Я слышал шаги Ханка в спальне, но не обращал внимания На его передвижения, пока он не появился,, страшно ругаясь. Я с удивлением смотрел на него.

Красный, как рак, ужасно злой, он в то же время выглядел комично: над головой он нес пару туфель на высоких каблуках.

— В какую игру ты играешь, Келл? — прорычал он.— Лавери Кеннеди там нет. Все, что я нашел, эти вот туфли под кроватью!

Мое удивление сбавило его злость.

— Ты сошел с ума,— сказал я,— или ослеп, как крот. Я же видел собственными глазами, как она вошла в эту комнату.

Я сам пошел посмотреть под кроватью, потом открыл шкаф и обследовал ванную комнату. Лавери не было. Из спальни можно было выйти только через гостиную, где все время находились мы, и Лавери не могла бы проскользнуть незамеченной.

— Итак...— угрожающим тоном проговорил Ханк.

— Я и сам ничего не понимаю. Она не...

Тут мой взгляд упал на окно, и я понял все. Я приподнял раму — за окном видна была пожарная лестница, которая спиралью спускалась до земли. Определенно Лавери воспользовалась этим путем, сняв свои туфли, чтобы не мешали спускаться и острые каблуки не стучали по металлу.

— Вот каким образом она удрала отсюда, Ханк,— сказал я.

Полицейский устремился к телефонному аппарату, вызвал Центральное полицейское бюро и, как только соединился с коллегами, отдал приказ: -

— Пусть патрульная машина немедленно начнет розыски Лавери Кеннеди. Вы знаете её описание, прибавьте еще: без туфель.

Он послушал несколько секунд то, что ему отвечали, потом вдруг закричал:

— Конечно, она их сняла! Она в чулках!

Он резко опустил трубку на рычаг и повернулся, сердито глядя на меня.

— Я не вполне доволен твоими объяснениями, Келл.. Если ты сам спровадил ее при моем появлении, то очень пожалеешь об этом. Напрасно ты делаешь из меня дурака!

Мне начало все это надоедать.

— Подожди немного, Ханк. Я сказал тебе, что эта девица была здесь, но я еще не сказал тебе, почему. Тебе интересно узнать об этом.?

— Еще бы! Но я хочу только правду. Начинай с начала.

Я рассказал Ханку, как Уат попросил меня заняться розысками его жены, делом, как мне казалось, очень простым. Потом я рассказал о моем разговоре с Сандрой Томас и об исследовании передвижений Молли Уат в утро ее исчезновения. Потом поведал о визите Камерона Поувера. Сообщил об угрозах Дермоида, о выволочке, полученной мной у заброшенной фабрики, и закончил рассказ появлением Лавери.

Я не рассказал Ханку лишь об одной подробности: о моих соображениях относительно бегства Отто Канзаса. Я хотел первым увидеть этого прохвоста.

Когда я замолчал, Сликер задумался. Он, видно, пытался определить, до какой степени мог Мне верить.

— Какой трюк собиралась выкинуть эта Лавери, чтобы скомпрометировать тебя? — спросил он наконец.

— Она пыталась заставить меня дать ей денег, чтобы она с ними исчезла. Это лишило бы Вирла Томаса алиби и сделало более сомнительной виновность моего клиента. ' Маленький магнитофон, спрятанный в ее сумочке, зафиксировал бы все мои слова.

— Значит, анонимный телефонный звонок, которым предупредили меня о ее присутствии здесь, исходил от ее сообщников?

— Это очевидно. Когда я ее разоружил, она призналась, что пришла сюда по приказанию Дермоида. Один из его сообщников позвонил тебе, видимо, думая, что Лавери удался ее план. Если бы я оказался настолько глуп, чтобы попасться в ловушку, магнитофонная лента могла скомпрометировать меня и я распрощался, бы с лицензией.

— А эта магнитофонная лента... что на ней?

Я взял с кушетки магнитофон вместе с револьвером тридцать восьмого калибра и все это отдал Ханку Спикеру.

— Когда вернешься в бюро, запусти эту ленту,— посоветовал я— Запись, правда, не может свидетельствовать против Дермоида без показаний Лавери, а эта маленькая ведьма, должно быть, уже далеко! Но тем не менее эта лента доказывает, что алиби, организованное Вирлу Томасу, ничего не стоит. И так как Вирл Томас находился в момент совершения преступления, в «Блантоне», его передвижения в этот день заслуживают пристального внимания. Я надеюсь, что теперь Дермоид оставит меня в покое. Мне надо проделать немало работы, чтобы доказать невиновность моего клиента..

—. Если Уат в самом деле невиновен...

— Он действительно невиновен,— перебил я.

— В случае если лента содержит то, о чем ты говоришь, твоя цена в Центральном полицейском, бюро определенно поднимется. Я поговорю с Гузом Бентоном, и он попросит Дермоида оставить тебя в покое. Но если это жульничество с твоей стороны, ты можешь собирать вещички... Твоей заднице мы зададим такого жара, что ты не выдержишь.

Когда я провожал Сликера к двери, неприятная мысль пришла мне в голову. Я ведь сам не слышал эту плевку. Был ли в самом деле записан мой разговор с Лавери... или там что-нибудь другое? Но что?.. Дрожь пробежала у меня по спине.

В среду я встал рано. В семь часов, решив, что Холли уже проснулась, я набрал ее номер, но только после четвертого гудка она сняла трубку.

— Доброе утро, Холли. Это что, Джим Аллен заставил вас лечь так поздно?

— Вы же знаете Аллена, в двенадцать он уже в постели.

— Я вам звоню, чтобы предупредить, что утром не приду в контору. Но я постараюсь сделать, все, чтобы наведаться днем.

— Вы напали на след, патрон?

— У меня есть мысль, что Отто Канзас прячется в маленьком городке под названием Румвилл. Я хочу проверить это.

— Ну, а я провела вчера день со старыми газетами, как вы меня просили. Я выписала многое весьма вам полезное. Я перепечатаю сегодня все" это на машинке и оставлю на вашем столе. Вам будет интересно почитать..

— Полезные сведения?

— Может быть, патрон. Похоже на то, что Камерон Поувер был немного гангстером перед тем, как женился на богачке из-за ее денег.

Эта новость меня не удивила. То, что Винс Кате был одним из его компаньонов, уже насторожило меня.

— Вы просто прелесть, Холли,— сказал я.— Напечатайте мне все это. Я уверен, что это очень интересно.

— Ладно, патрон. Я не очень старалась заставить Джима вчера говорить об убийстве, я считаю, что это было бы неразумно, но тем не менее я все же кое-что узнала. Поувер и Дермонд используют во всю свое влияние, чтобы удержать Вирла Томаса вне этой истории. Но их поведение возбудило подозрения Джима. Во-первых, генеральный прокурор не любит, когда на него стараются влиять, а во-вторых, Д. А. Уат уж очень старался, чтобы нашли убийцу его жены. Джим начинает думать, что он, может быть, и невиновен.

— Вы просто ангел, Холли!

Я быстро оделся и в восемь часов был уже далеко от Аркенты. Хорошо изучив маршрут, я уже без четверти девять съехал с автострады и направился по дороге в Румвилл.

Пейзаж сразу же переменился: поля сои, хлопка, маиса тянулись по обе стороны дороги. Время от времени попадались большие стада коров! Я вдыхал свежий воздух деревни и думал о том, почему столько людей проводят свои лучшие дни, дыша окисью углерода, когда так легко проветрить свои легкие.

Неожиданно дорога искривилась и слева, у подножья холма, показалось озеро со спокойной гладью воды. Здесь и появились первые дома Румвилла.

Вскоре указатель оповестил меня, что я въезжаю на территорию городка и что его население составляет четыреста тридцать шесть душ. По, всей видимости, местное население состояло главным образом из мелких коммерсантов, обслуживающих фермеров.

Минув железнодорожный переезд, я сбавил скорость, ища глазами контору шерифа. Я быстро обнаружил ее. Остановив «форд» на одной из пустынных площадей, где была стоянка для машин, я посмотрел на часы. Было пять минут десятого. Я выскочил из машины.

Контора шерифа помещалась в правом крыле здания. Я прошел через широко раскрытую дверь и оказался перед сидящим за столом коренастым человеком. На нем были высокие ботинки, ковбойская шляпа и значок, сверкавший на рубашке цвета хаки. Он казался героем вестерна.