• Полезным индикатором может быть и растительность. В тех местах, где почвы были потревожены или содержание азота в них более высоко, растения могут расти обильнее. И наоборот, многие калифорнийские раковинные кучи покрыты скудной растительностью, контрастирующей на фоне зеленой травы в конце сезона дождей, из-за щелочной почвы, наполненной артефактами. Иногда специфические виды деревьев или кустарника можно связать с археологическими памятниками. Одним из таких растений является хлебное дерево майя или рамон, дерево, которое когда-то возделывали майя. Эти деревья до сих являются обычными возле древних поселений, и их можно использовать в качестве указателей местоположения многих археологических памятников.

• Изменение цвета почвы также может являться признаков археологического памятника. Во многих случаях темные унавоженные почвы давно оставленных поселений проявляются на вспаханных землях как темные пятна, часто содержащие глиняные черепки и другие артефакты.

Целые главы прошлого были открыты благодаря случайному обнаружению памятников, артефактов и захоронений. Сельское хозяйство, промышленное строительство, прокладка дорог, расширение аэропортов и рост городов, другие разрушительные действия жизни в ХХ веке обнажили бесчисленные археологические памятники, многие из которых нужно было исследовать очень быстро, пока бульдозеры не уничтожили любые следы. Технический прогресс является злейшим врагом прошлого, хотя самые яркие открытия явились результатом разорения нами окружающей среды.

Город Мехико построен на месте столицы ацтеков Теночтитлана. Рынки этого замечательного города, разрушенного испанцами под предводительством Эрнана Кортеса в 1521 году, по размеру соперничали с рынками главных городов Испании. На поверхности земли мало что осталось от Теночтитлана, но строители метро обнаружили более 40 тонн керамики, 380 захоронений и даже небольшой храм, посвященный богу ветров Эекатлю-Этцелькоатлю. Этот храм сохранили на том месте, где он и был первоначально, и сейчас он находится на станции метро Пино Суареж и является частью экспозиции в память предков. Другим случайным открытием является ритуальный камень с описанием солнца, и оно привело к обнаружению и раскопкам храма богов Солнца и дождя Уицилопочтли и Тлалоку, находящегося в самом центре столицы ацтеков (Таунсенд — R. Townsend, 1992).

Многие другие яркие находки явились результатом деятельности человека. В июне 1968 года отряд Китайской Народно-освободительной армии проводил рейд в пустынных холмах возле Мань-Женг в центральной части Китая и наткнулся на подземное захоронение. Солдаты оказались внутри обширной гробницы, лучи света их фонарей отразились от золота, серебра и жадеита. Бронзовые и глиняные сосуды стояли в определенном порядке. К счастью для науки, солдаты сообщили о своей находке в Академию наук в Пекине, откуда на памятник в течение нескольких часов отправили ученых. Те очень быстро идентифицировали могилу как принадлежащую Лю Шенгу, известному ханьскому вельможе, старшему брату императора и правителя провинции Жу-Шань до 113 года до н. э., когда и последовала его смерть. Спустя несколько дней обнаружили могилу жены Лю Шенга — Ту Вань. Династия Хань пришла к власти в 206 году до н. э., и ее императоры правили Китаем 400 лет. Правители династии создали Великий шелковый путь по Центральной Азии и отправляли торговые миссии вглубь Юго-Восточной Азии, превратив Китай в мощную державу. Две найденные могилы отражали положение и богатство людей на вершине общества эпохи Хань. На обоих были одежды, сотканные из сотен тонких пластин жадеита, соединенных между собой золотыми нитями (рис. 8.4).

^{Рис. 8.4. Одеяния из жадеита князя Ли Шенга, Китай}

Иногда сама природа приоткрывает для нас памятники, местоположение которых может определить внимательный археолог, изучающий обнажения вызывающих интерес геологических пластов. Эрозия, наводнения, приливы, землетрясения и ветры — все это может привести к обнажению археологических памятников. Одними из самых известных таких памятников является ущелье Олдувай в Танзании, «разрез» в долине Серенгети, где сдвиги земной поверхности и эрозия разрезали дно относящихся к плейстоцену озер и обнажили многочисленные памятники обитания предков человека. Неповторимые природные условия Олдувая, где обнаружено так много находок, сделали это ущелье уникальным.

В 1957 году некий археолог-любитель сообщил о находке, которая первоначально казалась просто пятью наконечниками стрел из кости бизона и несколькими метательными дротиками, оказавшимися на поверхности сухого ручья около города Кит Карсон в юго-восточной части штата Колорадо (Уит — Wheat, 1972). Этот памятник с высокой концентрацией костей, позднее известный как Ольсен-Чуббук, находился на насыпной дороге для бизонов, подобной тем, что пересекали долины в дни освоения новых земель на западе США (рис. 8.5). В итоге из этого арройо (сухого ручья) были извлечены остатки двухсот бизонов, многие из которых были забиты. Совершенно очевидно, что это была западня. У бизонов был острый нюх, но плохое зрение; при резком движении вниз эти стадные животные легко подвержены паническому страху толпы, и вожакам ничего не остается делать, как прыгать вниз, где они теряют способность передвигаться под тяжестью тел тех животных, что движутся за ними. Реконструкция охоты палеоиндейцев настолько ясна, что раскопщики могут даже рассуждать о направлении ветра в тот день. Драматические свидетельства этой охоты 8500 лет назад были скрыты природой в арройо, и только в наши дни они были найдены благодаря пытливому взору археолога-любителя.

^{Рис. 8.5. Кости бизона из памятника Ольсен-Чуббук в Колорадо, место забоя животных палеоиндейцами, обнаруженное археологом-любителем}

Письменные документы и устные традиции могут быть важными источниками информации для археологов, исследующих менее давние периоды. Классические греческие и римские тексты, надписи, сделанные с помощью египетских иероглифов или клинописи, могут содержать в себе ссылки на археологические памятники, а в некоторых случаях в них имелись даже карты. Письменное сообщение о разрушении классического римского города Помпеи во время извержения Везувия 24 августа 79 года н. э. было найдено в письмах Плиния Младшего Тациту, а записи, найденные во время раскопок на этом памятнике в XVIII веке, подтвердили местонахождение города (Дэниэл — Daniel, 1981). На такие известные памятники, как Парфенон, имеются ссылки во многих классических текстах, и об этих памятниках всегда помнят (рис. 1.9). Об Акрополе в Афинах не забыли даже тогда, когда этот город превратился в скромную средневековую деревеньку.

Археологи-историки, исследующие менее древнее прошлое, часто имеют в своем распоряжении детальные описания, помогающие им определить местоположение археологических памятников. Например, при изучении Сейнт-Августина, испано-креольского города во Флориде периода колонистов археолог Кэтлин Диган с помощью карт смогла проследить за ростом города, расположение главных зданий и даже определить имена и национальность владельцев домов (1983), хотя письменные документы не всегда можно принимать за чистую монету. Например, крупный африканский торговый порт в Эльмине, Гана, процветавший вслед за приходом португальцев в конце XV века, изображен на многих иллюстрациях и планах, но многие из них не масштабированы и в них отсутствует перспектива, а другие вообще являются подделками (ДеКорс — DeCorse, 2001b). Несмотря на наличие письменных документов, именно археологические сведения позволили понять детальное устройство города.