Л и з а (показала в сторону пианино). Прочти, пожалуйста.

С т а р ь е в щ и к (прочел). Ну, ты вспыльчива! Все верно — я не хотел сюда ехать. А потом — потянуло. Ты знаешь — я люблю импровизации. (Тише.) На станции встретились с товарищ Гараевой. Учти, замечено: этот дом любит людей доверчивых и раскрепощенных! (Кружит Лизу.) Ах, Лизхен, Лизхен, что же ты страдаешь! Я же на тебя молюсь — разве ты не знаешь?! Раскрепостилась?

М а к с. Оладушка! Отключись от их проблем. Видишь малиновое зарево? (Показал внутрь приемника.) Лампа шесть ЖЕ-ЭН — можно выразиться, праматерь всех анодных ламп. Посмотри, эстетически же красиво!

С т а р ь е в щ и к. Так обследуем замок. Пошли?

Л и з а. Погоди. У меня одна просьба. Сними этот маскарад.

Старьевщик снял.

Все, все. И это, и это… Повтори еще раз то, что ты говорил.

П е т р. Что именно?

Л и з а. Про то, почему ты сюда приехал… Про то, как встретил Гараеву…

Пауза.

Прости за эксперимент. Твое обличье мешало мне.

П е т р. Ну, что повторять… Я был бы опечален, если бы сия прекрасная чаша… Чего там я еще говорил? (Сам чувствует, что слова звучат теперь притворно.) Действительно, идиотский эксперимент. Честно, я не хотел сюда являться… Лизхен, Лизхен, что же ты страдаешь?.. (Совсем не получилось, и его повело в худшее — в оправдания.) Вообще-то в последний момент я тебе позвонил, хотел прихватить с собой… Когда звонил? (Хотя Лиза не спрашивает.) Так что-то около семи… Без двадцати, по-моему… Никто не подошел.

Л и з а. Без двадцати?

П е т р. Нет, скорее, без пятнадцати… Или… тут еще автомат попался дефективный… Может, ты и была дома, но… Если будешь так взирать на меня, я снова завернусь в этот плащ и умчусь в сырую полночь. В смысле — снежную… Лизка, Лиз, ну… (Совсем увял.)

М а к с (на корточках у приемника). Радиотехника — не мой уклон. Но, между прочим, слышишь, Лад?

Лада стоит неподвижно.

Я и в этой отрасли мог бы заработать на полноценную семью… У меня специальностей — спектр. Куда ни ткнусь — везде деньги платят. (Встал.) Я хочу показать то, что храню у себя на сердце. (Прижал ладонь к груди.)

Л и з а. Ну, что ж. Подышала свежим воздухом. Посетила дом-музей. И сбросила с души энное число забот. В частности, о товарище Шмелеве. О его великой карьере и великой будущности.

Л а д а. Он как раз отказался от будущности и карьеры. Он говорил.

Л и з а. Замечательно. Значит, с этой беднягой мы разыгрывали роль отрешенного индусского саньяси. У тебя много ролей. Это тебе пригодится. (Взяла свою записку, достала эффектные пригласительные билеты, протянула Петру.) Можешь разорвать, можешь поместить в свой архив. Как ты догадываешься, поход в красивый особнячок на берегу Невы отменяется.

Л а д а. Особнячок на берегу Невы?

М а к с. Дворец бракосоединений! (Неожиданно стянул куртку «Адидас», фирменную футболку — на шее у него шнурок, на шнурке — что-то вроде крупного зуба, засохший цветок, ладанка, пошевелил их.) Самое дорогое. Без этого не прошел бы сквозь тьму бытия. (Торжественно вынул из ладанки темный рулончик, потянул Ладе.) Вот СЕРП — на эстраде. Крупный план — ты у микрофона. Панорама кафе, где ты выступала.

Л а д а (отсутствующе). Целый фильм. Ничего не понимаю.

М а к с. Я ждал этой минуты века. Ты всегда была в моем кругозоре. Меня не видно, не слышно, но я — тут.

Голоса, топот. Входит  д е в у ш к а, за нею — п а р е н ь; замерли, щурясь.

Л а д а (радостно). Левка, Левушка!.. Вари скорей морской суп по-марсельски и хмельной компот крамбамбули. Я хочу поддать. И побрызгай нас своим великим оптимизмом — иначе мы тут совсем. А вы — новая подружка Льва? Он у нас любвеобильный, учтите! (Хохочет.)

Девушка, улыбаясь, сняла дубленку, лисью шапку — сугроб, оказалась в пуховом платьице, ладненькая, модненькая. Дубленку и шапку сунула Левушкину — очевидно, чтоб повесил, — но он стоит неподвижно.

М о д н е н ь к а я  д е в у ш к а (подошла к Лизе, протянула руку). Эля. (Достала из сумочки аппетитно-яркий продолговатый предметик.) Это в подарок. «Ред-уайт». Самая лучшая паста зубная. Двойного действия. (Пожала руку Шмелеву.) Вам тоже. (Направилась к Максу и Ладе, доставая на ходу еще «Ред-уайты», отдала один Ладе: «Вам тоже». Повернулась к Максу, держа наготове «Ред-уайт».)

Макс, как всегда грубовато, вынул из рук Лады фотопленку, натянул адидаску и мрачно, не глядя на удивленную Элю, выговорил: «Я зубы не чищу».

Эля дернула подбородочком, повернулась к Левке: «Повесь дубленочку».

Левка никак не отреагировал.

Э л я (громко и быстро, она всегда так говорит). Прошу не удивляться, он у меня сегодня шокированный, ваш великий оптимист. Даже не знаю, как сообщить… Мы все фактически обречены на вымирание от голода. Если кто-то не продублирует. Повесь дубленочку! Я ему, главное, — «Левицкий, сумка где?!» Мы уже перед самой дверью. Нет сумки. И ничего не помнит: где, как… Повесь дубленочку! И колбаска твердая, и крабов баночка, и… Я художник-оформитель, защищаюсь весной. Я тут получила заказ, оформляла «Океан», центральный, я его под морское дно сделала… Эффектно, вот наведайтесь. Повесь дубленочку! Какой очаровательный интерьер… Что все молчат — словно в заколдованном замке? Одна я не поддаюсь волшебству, да? А сколько еще приедет? Мы хотели, чтоб всем досталось, у меня так (считает «Ред-уайты»): еще три, пять…

Дубленочка упала на пол, Левка подскочил к Эле — вырвал «Ред-уайты», швырнул: «К дьяволу! Двойное действие — ненавижу. Все!»

Л а д а (аж взвизгнула). Левка!!

Эля стоит побелевшая. Вспышка как будто вывела Левку из мрачного оцепенения — он попробовал улыбнуться.

Л е в к а. У меня сегодня с утра что-то… (Потрогал лоб.) Пищепродукты вот посеял. Потом заплутались — год, наверное, искали… Потом… Что замерли? С вами — что, не бывает? Между прочим, передавали — циклон-антициклон… Снег. Влияет. Да, вот еще… Забыл представить: Элеонора — моя супруга. Уже полтора месяца.

Вот теперь Эля разрыдалась. Левка вздохнул, поднял дубленочку, разделся сам — и оказался невеликого роста пареньком, очень домашнего облика.

Л е в к а (поглядывая на жену и обращаясь к молча стоящим ребятам). Только покорнейше прошу, деньте куда-нибудь этот «Ред» и «уайт», — вызывает дурные ассоциации…

П е т р (Лизе, с помощью свежей темы старается как-то наладить отношения). С юристом — сверхординарное, как по-твоему? Хотя что-то там на нас всех сегодня влияет, правда?

Эля всхлипывает.

Л е в к а (ожесточение сменилось эйфорией). Эля, оглянись! Как здесь хорошо! (Подошел к музыкальному «салону».) Буду играть на всех инструментах по очереди, Эля!

Звуки разнообразных духовых и струнных.

Эль! А хочешь — фоно?! Ты же любишь ностальгию двадцатых — тридцатых? Иди сюда, Эль?! (Прошел по клавишам.) Это не фоно! Поняла, что это?! (Играет.) Какой-то умелец встроил в старое пианино… Ну, поняла что?.. Эль?! (Играет.) Завис! Нирвана! Забыл все горести мира. Итак, что это? Это — СИНТЕЗАТОР!! (Поиграл еще, вскочил.) Да, живет Черныш!