Все смотрят на Элю, она жует сандвич по-английски.

П е т р. Самое загадочное. Мы про него — ничего, а он про нас… Помните, я постукивал по фужеру — хотел, чтоб обратили внимание… Откуда он знает, например, что я имел касательство к биологии, что Левушка с юрфака. И самое главное — откуда он знал, что мы…

М а к с (прервал). Пофилософствуй, пофилософствуй, нагони туману по своей привычке. Цель у него — вот и знал. Цель! Был у меня в слесарне старший дядя. Раз приносит вот так же попить-поесть, домашнее тоже. Ты, говорит, наверное, не в курсе — сегодня день твоих именин? Максим, говорит, это в переводе величайший, польстил, тесезеть. Ну посидели, отметили… Так я на него потом полгода шестерил. Ясно? Это он так, на дурочку, заявил, что ложится спать. Вон — топ-топ-топ. Слышите?

Никаких звуков. Растерянно смотрят по сторонам. Дверь на площадку отворилась, появился  А л е к с е й  Б о р и с о в и ч.

М а к с. Делаем вид, что не замечаем.

Алексей Борисович спустился вниз, ищет что-то, вид взъерошенный, недовольный: «Ну, куда делся, куда… Свойство этого дома — вечно все девается куда-то…» Провел ладонью по лбу: «Совершенно лишнее, совершенно…» Нашел, видимо, то, что искал, сунул в кармашек, подошел к столу.

А л е к с е й  Б о р и с о в и ч. Пейзаж после битвы. (Мрачно.) Всю жизнь ненавидел вид стола к финалу пира. (Нелогично, так же мрачно.) Так что не кончайте… Еще есть компоты, мороженые фрукты, торты. Семечки: арбузные, тыквенные, подсолнуховые. Орехи: фундук, фисташки. Много еще всего, неисчерпаемо. (Сел в кресло.) Ешьте, пейте, грызите. (Помолчал.) Что смолкнул веселия глас? Есть претензии?

Переглянулись удивленно.

Дать жалобную книгу?

П е т р. Увы! До утра нам придется пробыть в вашем доме…

Алексей Борисович думает о чем-то своем.

Максик, расскажи еще про дядю из слесарни?.. Может, в твоих аналогиях есть сермяжная правда?

Общее молчание.

(Алексею Борисовичу.) Простите, но уж коль судьба нас соединила… Побеседуем на светские темы? Широкие народные массы удивлены. Во время трапезы вы заинтриговали нас кое-какой информацией. Проще говоря, сведениями о нас, грешных. В частности, откуда вы знаете, что мы, пятеро, из секции ориентирования?.. Нет, в принципе мы — щенята доверчивые. Например, с сумкой Левушкиных — йок вопросов. Рассеянный Лева повесил на забор. Вы сняли. Вполне материалистическое объяснение… (Нажал клавишу — свет, музыка.) Итак, откуда вы знаете про секцию?

А л е к с е й  Б о р и с о в и ч. А что — засекречено? (Достал предметик, который положил в кармашек, это градусник в футляре, но ставить не стал.) Вообще — мало ли что я знаю.

П е т р. Что еще?

А л е к с е й  Б о р и с о в и ч. Знаю, что вы пишете роман. Еще что знаю? Что называться он будет «Связь времен».

В доме тихо.

П е т р. Вы — товарищ ясновидящий? Подрабатываете гаданием?

А л е к с е й  Б о р и с о в и ч. Не ясновидящий, а знаю. (Оглянулся на ребят, задержался взглядом на Лизе.) Перешагну?!

Л и з а. Перешагну. Да, это мое ключевое слово. Отгадали. (Встала.) Я действительно перешагну — если это послужит мне на пользу. Я — Лиза, но отнюдь не бедная.

Э л я. Ну, это не сенсация! (Вставая.) Связь времен. Перешагну. Подумаешь, тайны. Вот скажите, если вы в самом деле. Куда я наметила попасть после Мухи? Моя высшая цель, потолок?

А л е к с е й  Б о р и с о в и ч. Потолок? (Смотрит вверх.) Потолок называется КЛРС при ТКУ лаборатории совр…

Э л я. Тьфу-тьфу-тьфу… (Постучала по дереву.) А теперь, раз вы такой пророк, скажите: попаду я туда? Я уже год там мелькаю и после школы там трудилась. Дядя Леня говорит, такие заповедные места надо держать под прицелом три года минимум. Попаду?

А л е к с е й  Б о р и с о в и ч. Эля. У вас в сумочке, там где «Ред-уайт», мои часы. Будьте добры.

Э л я (достала). О-ля-ля! Когда успели?!

П е т р. Не экстрасенс, не ясновидящий, но ловкость рук в наличии. Может, работали в цирке?

Макс шествует к Алексею Борисовичу, закинув руку за спину, в руке листок. Когда он повернулся, стала видна надпись: «В мою душу посторонним вход воспрещен!!»

М а к с (остановился около Левки). Пошли, Левушка. Покатаем шарики, там бильярд есть.

Левка не слушает.

Договорились же: у него своя жизнь, у нас — своя?!

Л е в к а (сделал несколько шагов, чтобы видеть лицо Алексея Борисовича). У нас с вами особые отношения? Поэтому я ни о чем не спрашиваю. Правильно?

А л е к с е й  Б о р и с о в и ч. Правильно… Что ж делать? Не спится, не лежится, и сон меня не берет… (Обернулся.)

За столом теперь — только Лада, она смотрит с простодушным и нетерпеливым ожиданием.

Мишка или Катька? Славные имена, славные. Если девочка — то Мишка?

Л а д а. А если мальчик — то Катька. (Захохотала.)

А л е к с е й  Б о р и с о в и ч. Нет, нет. Не пророк, не экстрасенс… В цирке не работал, на эстраде не выступал… Но знаете, иногда бывают такие дни и часы… Когда мы все вдруг становимся немножко экстрасенсами… Всё видим на семь верст сквозь землю. Разве с вами не случалось? Помню, однажды я ехал по тундре. Осень была, серенькое бесконечное поле, выцветшее, высохшее… Ветерок, пух какой-то летит, вроде тоже, как снег… (Помолчал.) Очень рад, что вы здесь. Думал — придется ночевать одному. Очень рад. У нас есть о чем поговорить. Вот, например, задавались ли вы когда-нибудь вопросом: за что мы можем любить самих себя?

На секунду взвыла музыка, потом погас свет.

Г о л о с. Гражданин начальник! Вы конкретно: что требуете?

— Заплатить за постой?

— Дровишки поколоть?

— Пол вымыть?

Шквал странных звуков — мяуканье, лай, чириканье. Свет. Ребята — в тех же позах.

А л е к с е й  Б о р и с о в и ч. Насколько я помню, это называется — «А у нас во дворе». Еще есть: «Голоса сельвы», «На Невском в час пик», оратория «Кузнечный рынок»…

Несколько секунд звучит упомянутая оратория.

Вы неплохо изучили музыкальные секреты дома. (Остановился у кучи старья.) Даже странно — насколько все это мне не нужно… (Пошел.)

Э л я. Вы забыли часы.

Алексей Борисович вернулся, взял часы, так же не спеша ушел.

П е т р. Всё. Понял — кто он. И откуда. (Ходит.) Ну, игрун! Ну, хитрован! Все они теперь научились крученым подачам. Чуть зазеваешься — всё! (Лизе.) Он мне даже Вел. Чела напомнил. Тот тоже ведет мягонько, мечтательно так, и вдруг — раз! — и ты уже под колесом. Молодцы эти сорокалетние, разыгрались!.. Впрочем, пару ошибок он допустил. См. финал монолога… Они-то его и раскрыли.

Л е в к а. Ошибаешься, Шмелек. Кто он есть и зачем он здесь — ведомо только мне. Увы!

Л и з а (насмешливо). Не терзайтесь, соратники. Я об этом человеке знаю довольно много… заочно — я знакома с ним этак лет пять…

Л а д а. Смешно. Оказывается, мы все его знаем. Поделимся?