– Это понятно.

– Тут написано, что ты не желаешь служить в армии? Это так?

– Да, так.

– И чем же вызвано такое нежелание? Мне кажется, каждый уважающий себя мужчина должен отслужить в армии, тем более ты физически крепкий парень, я смотрю.

– Кх, – усмехнулся я. – Я просто не хочу проходить через эту «школу» жизни, потому что чувствую, что морально могу ее не выдержать. За место траты времени на издевательство над своим характером, я лучше предпочту найти работу и начать самостоятельную жизнь, чтобы нормально устроиться в обществе.

– Интересно, почему это издевательство?

– Я думаю вы там наверное представляете сложившиеся реалии службы… С моим складом характера мне там не сладко придется, это точно. Ну а если там возникнет какая-нибудь неприятная ситуация, которая оставит душевный отпечаток на всю жизнь… то тогда я за себя не смогу уже ручаться…

– И что же ты сделаешь если такая ситуация произойдет?

– Не знаю точно. Но дело скорее всего дойдет до крайности…

– А у тебя возникали такие ситуации?

– Думаешь? – Последовал второй вопрос после появившегося промежутка молчания.

– Вспоминаю.

– Где наши гномики? – внезапно прозвучал веселый голос из раскрывшейся двери. – Не видно еще? Где-то прячутся наверное.

Вслед за этим последовал звонкий смех заглянувшего человека в белом халате над собственной же шуткой. Я в свою очередь ответил презрительным взглядом…

– Хх, не шутите, Владимир Алексеевич. Не видите, у меня тут серьезный разговор.

– Ну-ну, не буду мешать.

– Шутники у нас здесь работают, – попыталась сгладить ситуацию врач вслед за закрывшейся дверью.

– Я что, похож на психа?

– Психические расстройства бывают разные, для этого не обязательны галлюцинации и голоса.

– Вам виднее…

– Я услышу ответ на свой вопрос?

– Ответ на этот вопрос «да».

Перед моим мысленным взором появилось окропленное кровью лицо Юрчика и нарастающие, беспощадные удары, обрушивающиеся с все разгорающейся ненавистью…

– Опиши пожалуйста, что тогда происходило и что ты ощущал?

– Я не нуждаюсь в психоаналитике, и не собираюсь об этом говорить.

– Эх, Денис-Денис, ты же будущий мужчина, должен нести честь перед своим отечеством и родными, а ты тут придуриваешься. Кто по-твоему должен это делать?

– Послушайте, мне без разницы, что вы по этому поводу думаете. Ставьте там что хотите, мне похер.

– Ну что ж… Вот твое личное дело, пройдешь с ним к председателю комиссии, скажешь что проходил личное освидетельствование у психиатра. Как выйдешь – направо, до конца коридора.

Покинув врачебный кабинет, я тут же принялся в скором порядке листать свое дело, отыскивая нужный листочек. От волнения у меня дрожали руки, из-за чего заветная страничка не желала быстро показывать свое содержимое. Наконец-таки я нашел ее… категория «В», результаты обследования подтверждены.

Меня охватило чувство облегчения, к которому добавилось переживание относительно влияния психической статьи на мой и без того сложный вопрос общественного устройства.

Вернувшись с призывного пункта я тут же позвонил самому родному человеку, ничуть не менее меня переживающего за мою дальнейшую участь… Фраза «я не иду служить» облегчила материнские переживания, пусть мне и поставили неприятную «отметку».

– Все что не делается – все к лучшему, сынок.

«Может оно и действительно так, если не брать в расчет наш выбор в предоставленных жизненных ситуациях…»

– Надеюсь…

«Ободряющая» народная мудрость все же прибавила мне духовных сил, да и, в конце концов, нужно было двигаться дальше…

Выселившись с общежития я нашел недорогую по местным меркам комнату, пусть райончик был не из лучших, да и дому уже требовался капитальный ремонт, но горячая вода и подведенная канализация после коммунальных лишений детства все же стали основным подспорьем в выборе места жительства в рамках предоставленного лимита денежных средств. К общинной бытовой жизни мне уже было не привыкать, поэтому адаптация к новой жилой обстановке прошла легко. Оставалось только найти работу…

Пройдя по повторному кругу распространения своего резюме, я каждую неделю ждал очередной выпуск популярной местной газеты, попутно осуществляя ежедневный просмотр размещаемых в интернете вакансий и телевизионной бегущей строки. В таком ритме прошел месяц: с каждым днем, не находя среди кучи лохотронского спама и клиентоориентированных специальностей интересующих меня вакансий, мои надежды падали под гнетом реальности бытия, до тех пор, пока, в излюбленный жизнью «самый неожиданный момент», не появилась спасательная «страховка»…

В казалось бы обычный будний день мне поступил незнакомый звонок, который, как оказалось, представлял когда-то посещенную мною организацию. Приятный женский голос известил меня о наличии свободной вакансии специалиста по учету и предложил пройти собеседование, на что я с радостью ответил желанным согласием. Видимо среди пылящихся стопок макулатуры одному из моих резюме все-таки удалось обратить на себя внимание, а это значит что «обивание порогов» работодателей уже прошло не зря.

Я успешно преодолел барьер собеседований с начальницей отдела учета и главным бухгалтером страховой фирмы, ведь теперь армейская служба отпала до наступления войны, а жилищный вопрос на первое время оказался решен. Дело оставалось только за сбором необходимых документов для трудоустройства, среди которых также значилась медицинская справка. Очередной медицинский осмотр сильно беспокоил меня, а именно еще один визит в кабинет психиатра. Мои опасения были связаны с возможной постановкой на психоневрологический учет, поэтому ожидая своей очереди у дверей врачебного приема, я всячески перебирал последствия получения своего военного билета…

– Следующий, – прозвучал громкий голос из-за двери вслед за вышедшим посетителем.

«Ну что ж, посмотрим что меня ждет…» – раздалась финальная мысль, перед вступлением на порог неизведанного поворота судьбы…

– Добрый день, я как вам по поводу прохождения медкомиссии для трудоустройства, – начал я.

Меня немного удивило присутствие ранее не знакомого мне психиатра.

– Присаживайся, – произнесла безразличным тоном тучного вида женщина, видимо уже порядком уставшая от своей работы.

– На учете у нас стоишь?

– Нет, – произнес я, как показалось, твердым голосом.

– Так… – протяжно проговорила женщина-психиатр, набирая что-то на клавиатуре.

– Головные боли не беспокоят? Потери сознания были когда-нибудь? – Раздались беглые вопросы после словесной приостановки.

– Нет.

– Возьми карточку, можешь быть свободен, – услышал я желанную фразу, от которой сразу же испытал вздох облегчения, подтвержденный вердиктом «годен».

После выхода из кабинета я ничуть не пожалел о высказанном отношении к российской армии при первом знакомстве с психиатром, пусть тогда я и винил государство вместо определяющих его людей, каковыми мы и являемся…

Через неделю я вышел на свое рабочее место, успешно пройдя процедуру «регистрации», через две недели я уже в полном объеме приступил к своим обязанностям, через месяц я получил свою первую заработную плату.

Я рад, что пришел к ожидаемой самостоятельности таким путем, и я благодарен жизни за отсутствие катастрофических «точек» перемен… Мне удалось безболезненно вступить на следующую «ступень», пребывание на которой позволило осознать плату «независимости» за «независимость»…

Взбираясь по «лестнице» жизни мы строим вожделенные перспективы от вступления в самый «желанный» жизненный период. Мы думаем, что обретем счастье в лице долгожданной самостоятельности, станем свободны от влияния порою огорчающих «необходимостей», и, в конце концов, начнем жить в свое удовольствие, так как хотим, невзирая на схожие цели других людей… Но мудрая судьба дает нам понять, что мы не одиноки в своих желаниях и стремлениях, что для воплощения драгоценных чаяний необходимо развиваться, не стоять на месте, а двигаться дальше, тем самым выигрывая конкуренцию за место под «солнцем»… И этот жизненный этап должен являться действительным нашим расцветом, несмотря на закрепощающие общественные рамки устройства…