– Возможно, ему надо кровь из носа, но взять город, а не затягивать войну. К тому же, ценность Русы, как опорного пункта весьма сомнительна. Порусья и Полисть ведут в болота, подкрепления по ним не переправить. А вот перекрыть её устье, нет проблем, тем более, с флотом у нас всяко лучше. Ещё момент, если осада затянется, им уже не отступить. Озеро вскроется через месяц, берега станут непроходимыми ещё раньше. Мстислав в ловушке. И похоже сам это прекрасно понимает, по этому уничтожает любую возможность для отступления, своему разношерстному войску. Теперь им остаётся или победить, или умереть.

– Хорошо, ну разграбь, сжигать то зачем?

Всё просто, Андрей Юрьевич не может взять и аннексировать республику, другие не дадут. Однако, посадить своего князя, обложить данью и загнобить по торговой части, ему вполне по силам. В таком свете, политика выжженной земли направлена на запугивание и разрушение экономики, что в свою очередь сделает золотых поясов очень сговорчивыми.

– Дикарь. Закрыл бы волоки и дело с концом. Сколько ты насчитал импортного хлеба в республике? Или он боится запасного пути по Каме и Северной Двине?

– С хлебом засада, тридцать процентов импорта. Перекроет волоки, через пару лет передохнем с голоду. А про путь по Каме, забудьте. При современных затратах на логистику, он лишь продлит агонию. По нему можно тащить только нечто с маленьким объёмным весом и высокой стоимостью. Рентабельность перевозки заканчивается на ладье с награбленным у булгар или персов, тащить зерновоз, чистый минус.

– Значит, Андрей Юрьевич задумал некую хитрую интригу, для которой ему нужен Новгород именно сейчас.

– А у него пупок не развяжется?

– Хм…, в нашей, как я понимаю, развязался – а ведь действительно, что могло сподвигнуть умного и осмотрительно мужика на выбор столь неудачного времени. Одно дело снабжать армию под Киевом, другое в конце зимы под Новгородом, он то всю жизнь воюет, должен понимать разницу. Ведь тоже самое, можно получить без лишних расходов и ненужного риска, просто чуток подождать.

– Действительно – Рябушев взял у Олега бинокль, посмотрел в сторону Руссы, естественно, ничего кроме поднимающегося дыма не рассмотрел – я вижу только одну цель, ради которой такой матёрый человечище засуетился как школьник перед первым свиданием.

– Думаете он договорился с Константинополем? Интересно о чём, о царском титуле или карманном митрополите?

– Если разграбит Новгород, денег хватит на оба мероприятия. Просто не вижу других причин для спешки. Представь, стань он контролировать одновременно и Киев и Новгород, все остальные княжества окажутся в весьма дурацком положении. А Византия, десять раз подумает, а стоит ли отказывать в столь незначительной просьбе такому уважаемому человеку. Ведь уважаемый человек может обидеться и по примеру императора, взять все церковные дела под личный контроль. Последние события прекрасно показали, решимости ему не занимать. Оно им надо? Однозначно нет, а если с этого ещё и можно поиметь денег, то они будут очень даже за.

– По возрасту, он конечно должен помнить дела своего деда, возможно, даже присутствовал когда тому прислали царские регалии – Олег задумался, действительно, в обоих мирах какаято странная история, мужик с темпераментом компьютера вдруг взял и обиделся на своих постоянных противников. Можно подумать, он ожидал от новгородцев чегото иного – ладно, наши умствования Мстислава из под стен не уберут, лучше расскажите, что решили господа олигархи.

– После того, как князь навёл порядок, решили стоять до конца. Ну и перед псковичами с ладожанами не удобно было труса праздновать. Шанс отбиться всё же весьма велик.

– Понятно, а я бы договорился.

– А сейчас уже поздно, раньше надо было думать. Земли разорены, торга на масленицу уже не будет, до этого два года он портил торговлю и пирамида эта, убытков не счесть. Короче, довыпендривались. Если сейчас разбить их войско, то летом можно будет поторговаться. Якобы лицо сохранить. В нашем мире получилось заключить мир без аннексий и контрибуций, просто поменяли князя на назначенного в Боголюбове. – Ну и дураки, Боголюбскому осталось пять лет, даже если сейчас лечь под него, выйдет дешевле и куча народа в живых останется. Уже ли, у нашего военного пропал дар красноречья?

– Это тебе с Климиным обсуждать, в нашей истории его как раз и грохнули после череды военных поражений. Кстати, после того, как мы оттянули на себя кусок рынка по торговле предметами роскоши, золотые пояса нас очень не любят. По этому, мы сейчас сидим и помалкиваем, о политике не говорим. Да и сами посудите, знаниями о будущем народ не отягощён, за то тут все прекрасно помнят кто его дед и отец. По этому, решили драться. Ладно – Рябушев махнул рукой – уподобились понимаешь, русским интеллигентам с их кухонными разговорами о судьбах мира – хирург усмехнулся – есть для тебя новость, уж не знаю, плакать или смеяться. У меня госпиталь появился на торговой стороне, а в нём устроились на работу пять молодых добровольцев, угадай с одного раза, кто.

– Звиздец – строитель аж побелел – как?

– Прибились к ладожскому отряду, с ним дошли до Новгорода.

– И что теперь с ними делать? С одной стороны, они не выполнили приказ. С другой стороны, поступили правильно, хотя и по идиотски. Столько труда в них вложено, очень не хочется потерять когонибудь из них по глупости.

– Олежек, чё ты несёшь. У человека всегда есть своё мнение на предмет собственного места в подлунном мире, обычный риск, когда инвестируешь в людей. Ты можешь только радоваться тому, что у нас дети правильные. А вот зачем Саня припёрся мне не совсем понятно. Как я понимаю, фехтовальщик он ниже среднего, а с медициной вообще по нолям. – А здесь как раз всё путём – Олег с обречённым видом махнул рукой – он пытается стать своим для псковичей, лучшего способа не придумать. На стенах стоять особого умения не надо, а в поле мы его выпускать не будем. Знаете что, пока с тем берегом сообщение не перекрыли, я их у вас заберу. Торговой стороне при любом раскладе достанется сильнее, здесь целее будут и опять же, под присмотром.

– Если награда за Лёшкину и твою голову всё ещё висит, было бы разумно. Разобраться с непослушными детьми Олег решил не откладывая в долгий ящик. Вот прибавилось геморроя с этой войной. Сначала, не успел приехать на завод, как выдернули обратно, срочно приводить в порядок новгородские метательные машины. Когда его с Величкиным привели на склад с артиллерией, у обоих волосы встали дыбом. Похоже ими последний раз пользовались во время разборок с войсками Владимира Святославовича. Просто, судя по cледам огня на некоторых из них, при нашествии Всеслава Чародея их даже вытащить на улицу не успели, так и пролежали на складе. Но хуже всего было не их плачевное состояние, а отсутствие нормальных боеприпасов. Народ с точностью стрельбы особо не заморачивался, стрелял всем, что под руку попадалось, с соответствующим результатом.

На взгляд Олега, возиться с этим пиломатериалом, являлось занятием бессмысленным. Для контр батарейной борьбы за оставшееся время толкового всё равно ничего не сделать, даже если чтото получиться, то стрелять всё равно нечем. Сосредоточиться на лёгких машинах? Так укрепления для их установки не предназначены. На некоторых башнях можно установить, но именно что на некотрых. Перед тем как уйти в рейд по тылам противника, Климин успел поделиться опытом. С какими трудностями он столкнулся при организации обороны Киева, где укрепления были не чета Новгородским. Собственно, весь этот дурдом с метательными машинами возник исключительно по вине бравого военного, который своим циклом статей посвящённых осаде Киева, создал вокруг артиллерии нездоровый ажиотаж. И ведь главное сам признавался, состряпанные киевлянами арбалеты переростки на спешно возведённых позициях, особой роли не сыграли. Однако, народ в совете, впечатлённый его художественным словом, закусил удила. Вынь да полож им новгородскую артиллерию, а то что ей стрелять нечем, ни кого не интересовало.