Глава 21

Чжихао проснулся и увидел землю и мускулистый зад мужчины. Что-то твердое упиралось в его живот, и он будто подпрыгивал. А потом он увидел пятки и понял, что его несли на плече, а потом его бросили на землю. Через миг Итами оказалась рядом с ним. Чжихао моргнул и увидел Мастера Солнечной долины, глядящего на них. Он был потрепан, часть волос выбилась из пучка, и его туника местами была разорвана, а штаны — в грязи. На его груди было немного крови, она сочилась по торсу, и кровь пачкала его подбородок. Чжихао был уверен, что они неплохо сражались. И проиграли.

Чжихао со стоном закрыл глаза и отклонился, надеясь, что тьма заберет его.

— Они проиграли? — голос прокаженного как-то прозвучал кроваво.

— Они неплохо бились, — сказал Бинвей Ма, — но да. Они оба живы. Дальше ты, Эхо смерти? Или мы тут закончили?

Чжихао услышал влажный смех.

— Я так не сражаюсь, Бинвей Ма. У меня тело не подходит, — от его голоса Чжихао было не по себе.

— Понимаю.

Чжихао открыл глаза и увидел деревья над собой. Свет стал тусклым, и он видел за листьями тучи на голубом небе. Он знал, что скоро пойдет дождь.

— Выпьешь перед тем, как уйти? — сказал прокаженный. — Мне приказано не трогать вино Чена Лу, но… ты лишил его сознания, и он вряд ли узнает.

Чжихао взбодрился от надежды на выпивку. Он знал, что вкус будет гадким, но наслаждение от выпивки того стоило. Он был по большей части живым, но напиться еще мог.

Прокаженный попытался поднять бутыль, но ему было тяжело. После пары попыток Рой Астара сдался и вытащил деревянный черпак из сумки. Он откупорил бутыль и смог накренить ее, чтобы наполнить черпак. Он подошел к Бинвею Ма, и мужчина улыбнулся и потянулся к черпаку. Рой Астара чуть не отскочил от мужчины.

— Ты не хочешь меня трогать.

Мастер Солнечной долины шагнул вперед и взял черпак. Рой Астара не двигался, но Чжихао показался страх в молочном глазу мужчины.

— Если звезды захотят дать мне твою болезнь, они найдут способ, — он выпил из черпака и улыбнулся. — Мои люди дали ему хорошее вино.

— Они добрые. Добрее, чем нужно, с незнакомцами, — печаль звучала в голосе прокаженного. Мастер Солнечной долины тоже это услышал. Он склонил голову и передал черпак Рою Астаре.

— Тебе рады в Солнечной долине в любое время. И я буду рад сразиться со всеми вами снова. Скажите Железному животу Чену, когда он проснется, что он сильнее. Если он отработает свою технику, он одолеет меня в проверке силы, — он повернулся и поклонился Чжихао. — Вы двое чуть не победили меня. Я буду днями с синяками от того удара, Шепчущий клинок.

Итами удивила Чжихао, встав на колени и низко опустив голову.

— Было честью биться с тобой, Бинвей Ма.

Мастер Солнечной долины выпрямился, сделал два шага, прильнул к дереву, а потом рухнул.

— Мы победили? — Чжихао повернулся к Итами. — Как сильно ты его ударила?

Итами покачала головой.

— Вряд ли это я. Он выжил после моего удара.

Рой Астара подошел к павшему мастеру и замер над ним. Он с трудом перевернул мужчину на спину, двигая его краем ружья.

— Прости, Бинвей Ма, — сказал серьезно прокаженный.

Итами встала и протянула руку к Чжихао. Он сжал ее ладонь, и она помогал ему встать. Они вместе подошли к Бинвею Ма. Тот был еще жив. Розовая слюна бурлила на его губах, веки трепетали. Он содрогнулся пару раз и выдохнул. А потом застыл. Чжихао растерялся.

— Ты отравил его, — сказала Итами Рою Астаре. Это был не вопрос.

— Я отравил вино. А он его выпил.

— Слабое оправдание.

Рой Астара кивнул и отошел на несколько шагов, а потом сел у бамбука.

— Вы правы. Слабое. Я не мог сражаться с таким, как он, и если бы я промазал, я бы не пережил его удар. Яд был единственным способом для меня победить.

— Яд — способ убийцы, — едко сказала Итами. Чжихао не был против методов Роя Астары, но он недавно был бандитом и делал вещи похуже, чем отравить человека, которого не мог убить.

— И как еще ты меня назовешь? — спросил Рой Астара. — Благородные методы не для такого, как я, Шепчущий клинок. Я — убийца. Я убиваю издалека выстрелом, ядом или обманом. Но я убиваю плохих. Отцов, которые бьют детей, бандитов, которые нападают на слабых, — от каждого слова голос Роя Астары хрипел все сильнее, и кровь проступала на свежих бинтах на его рту. — И да, императоров, которых свела с ума их власть.

— Но Мастер Солнечной долины не был плохим, — перебила его Итами. — Он был хорошим и благородным, насколько я поняла. Или ты не согласен?

Прокаженный медленно опустил взгляд на землю.

— Ты права. Он не был злым. Но его смерть была необходима. Хорошему пришлось умереть, чтобы убить того, кто намного хуже. Императора десяти королей. Ты знаешь о нем только то, что Эйну поручили его убить, потому что шинигами хочет ему смерти. Я не знаю причины божества, но я знаю свои. Может, ты не заметила бедность в Бан Пине? Количество бездомных возросло так, что монахи не могут всех прокормить. Может, ты не заметила, что телеги фермеров, что встретились нам по пути, были заполнены не так сильно, как обычно? Может, если откроешь глаза на пути в Ву, увидишь больше, чем ожидаешь. Император десяти королей должен умереть, — сказал Рой Астара и указал на Бинвея Ма. — И если нам нужно убить его, пришлось убить Мастера Солнечной долины.

— Что за яд ты использовал? — спросил Эйн, тихо подойдя к ним. Он опустился у головы Бинвея Ма и вытащил иглу и нить. Мальчик быстро зашил рану на груди мужчины.

— Экстракт корня сэн, — сказал прокаженный через миг. — Его резкий вкус скрыло вино. Он действует быстро и мешает сердцу работать, пока оно не останавливается.

— Как скоро действует яд?

Рой Астара пожал плечами.

— Я не уверен.

Мальчик посмотрел на Роя Астару. Чжихао был рад, что он не оказался между их бледными взглядами. После того, как ёкай мучил его ночью, ему хватило жутких глаз на жизнь или две. Эйн повернул взгляд к небу, посмотрел на листья сверху.

— Я могу подождать до утра, чтобы вернуть его, но не дольше. Нам придется остаться на ночь тут. Ёкаи найдут меня.

Чжихао обошел павшего мастера и нашел храпящего Чена Лу под зонтом. Он опустился и зашлепал руками по его лицу. Он бил словно по стали. Толстяк открыл глаза и посмотрел на Чжихао.

— Я победил?

— Обычно те, кто это спрашивают, уже знают ответ.

Чен Лу замахнулся, чтобы оттолкнуть Чжихао, и с кряхтением повернулся на бок и сел.

— Кто-то должен был победить, — он указал на лежащего Бинвея Ма и посмотрел на Чжихао. — Ты это сделал? — недоверчиво сказал он.

Чжихао пожал плечами.

— Нет. Прокаженный убил его.

— Как?

— Ядом.

Чен Лу с кряхтением встал на ноги, вытащил зонт из земли и поднял над своей головой. А потом он пошатнулся со стоном и схватился за голову.

Итами собрала бамбук для костра, Эйн приглядывал за трупом. Рой Астара сидел неподалеку, бросал взгляд на всех по очереди.

Чжихао хотел устроиться и думать о Янмей, но увидел, как Чен Лу поднес бутыль вина к губам.

— НЕТ! — крикнул Чжихао, но было поздно. Толстяк сделал пару глотков. — Опусти, идиот! Прокаженный отравил вино.

— А? — Чен Лу опустил бутыль и вытер рот ладонью. — Сначала убил меня, теперь отравил мое вино?

— Экстракт корня сэн, — прокаженный разглядывал землю.

— О, — Чен поднял бутыль и сделал еще несколько глотков. — Ах, жажда как в пустыне.

— Отравлено! — сказал Чжихао. Он хотел даже выбить бутыль из рук толстяка, но было поздно. Мастер Солнечной долины умер после одного черпака, а Чен Лу уже выпил куда больше.

— А я — Железный живот Чен. Малый, расскажи ему о моем желудке.

Эйн оторвал взгляд от раны на груди Бинвея Ма, которую зашивал.

— Нет.

— Бесполезно, — Чен Лу рухнул на землю с таким стуком, что Чжихао ощутил его ногами. — Я рос тощим. Мальчишка на улицах, один, без вещей. Знаешь, что едят на улице? Все, что можно. Я забирал то, что другие бросали, бился с собаками за объедки. Я охотился на крыс и ел их сырыми. Порой меня тошнило от гнили, которую я ел. А однажды перестало. Я ощутил, как желудок стал прочным, как железо, и я мог съесть все. Король Лин как-то проверил меня Двенадцатью ядами крадущейся смерти, капля каждого может убить человека. Знаешь, что они со мной сделали?

Чжихао пожал плечами.

— Ничего?

Чен Лу покачал головой.

— Нет, у меня были газы, — и он после этого пукнул так, что звук разнесся эхом по лесу, а потом стал смеяться, словно пошутил невероятно смешно. Чжихао так не думал, но хорошее настроение было заразительным, и вскоре он тоже посмеивался.

Они устроились на ночлег. Чжихао занялся огнем, Эйн не покидал труп, но прижимал ладонь к зашитой груди мужчины. Мальчик был сосредоточен и не участвовал в разговорах. Чжихао догадывался, что он сохранял тело свежим, чтобы вернуть его, или отгонял духов, чтобы Мастер Солнечной долины не стал ёкаем. Листья сверху зашуршали, но он не ощущал ветра, и свет угасал. Ночь сгущалась, начался дождь, и костер стал дымом и шипящими углями. Они промокли до нитки, и Чжихао был рад, что не видел в темноте, как жутко видел мокрый Рой Астара. Во тьме и дожде прибыли ёкаи, и их было больше, чем раньше.