Гиммлер отрицательно покачал головой:
– Рахав не нужен. Даже если мы проиграем эту войну, Германия должна существовать всегда. И наш орден тоже должен существовать вечно.
– Вы имеете в виду СС?
– Как бы он ни назывался – орден будет жить вечно. А сейчас иди, – Гиммлер махнул рукой жестом, не допускающим возражений.
Дейч вернулся в комнату, сел за свой пюпитр, и, когда на него никто не смотрел, незаметно вытащил из-под мундира переданный Гиммлером пергамент и засунул его между страницами лежащей перед ним книги.
Все. Теперь можно спокойно рассмотреть листы перед тем, как огласить свое «открытие».
В вырванном из какой-то самодельной книжки фрагменте говорилось о процедуре передачи себя во владение «левой стороне» – темным силам нашего мира. Взамен демонические создания обязывались выполнить любую волю человека, заключившего с ними пакт. В принципе, ничего нового в этом не было – подобными текстами были прямо-таки напичканы книги, обрабатывавшиеся отрядом «Бергельмир». Но эта процедура немного отличалась от виденных в книгах штандартенфюрером: она была значительно проще – с одной стороны, а с другой стороны – гораздо кровожаднее.
Например, для заключения пакта требовалось принести столько человеческих жертв, сколько выполняющий обряд черный маг прожил на белом свете. Понятно, что такое возможно только при наличии мощной организации, которая помогла бы совершить обряд.
Дейч опять подумал о тайном «Ордене Алголя», объединявшем когда-то черных магов Европы. Если бы такая организация дожила до нынешних времен, то ее возможности были бы велики, как никогда ранее. Она могла бы приносить человеческие жертвы без счета, проливать кровь десятками и сотнями литров, пускать на амулеты целые свитки человеческой кожи. Кстати, когда в 1938 году по заказу НСДАП в недрах «Анэнербе» готовился указ о запрещении в Германии разного рода оккультных организаций (под запрещение попал даже Тевтонский орден), «Ордена Алголя» в списках Дейч не увидел. Или он действительно растворился с приходом нового времени?..
Неожиданно Дейч вспомнил, как в 1943 году, 20 апреля, в день 54-летия Гитлера, в концлагерях расстреливали по 54 человека. Тогда это казалось очередным кровавым безумством эсэсовцев. Но если вспомнить, что концлагерями командовал Гиммлер – не было ли это попыткой связать намертво Гитлера с темными силами (возможно, даже без его ведома)? И значит, Гиммлер все-таки считает Гитлера выразителем воли всей немецкой расы?
Ничего, недолго им уже осталось играться…
– Нашел! – закричал Дейч. – Посмотрите, что я нашел – мы раньше такого никогда не видели!
И он поднял листки пергамента над головой. Когда штандартенфюрер проносил пергамент мимо лампы, буквы вдруг вспыхнули темно-багровым огнем. Как будто страшный текст был написан не чернилами, а кровью.
Хотя скорее всего, так оно и было.
Дейч не знал, что было дальше, и как Гиммлеру удалось уговорить фюрера провести церемонию подписания Договора. И удалось ли вообще?
Главное, что потом был прорыв в Арденнах, когда чаша весов войны, казалось, уже обретшая устойчивое положение, вновь закачалась.
В те дни Дейч, казалось, совершенно потерял опору во времени и пространстве. А «Бергельмире» все ходили веселые, поздравляли друг друга – им казалось, что в войне наступил перелом, и вот-вот немецкие танки снова вернутся к воротам Москвы.
Но то ли Договор был заключен слишком поздно, то ли железная воля Сталина оказалась сильнее всех демонов, но наступление немецких войск на Западном фронте удалось остановить только гигантским напряжением сил на фронте Восточном.
И тогда в отряд «Бергельмир» пришел от Гитлера короткий приказ, начинающийся словами:
«– Конец Третьего Рейха должен стать и концом Вселенной».
В тайном приказе Гитлер требовал от сотрудников «Анэнербе» немедленно разбудить Рахава – ангела моря. Для этого, как указывалось в документе, им будут предоставлены все подводные лодки специального назначения – «U-977», «U-530» и «U-465». Также в приказе сообщалось, что специальное оборудование, необходимое для пробуждения Рахава, уже в спешном порядке готовится на одном из подземных оборонных заводов рейха, где-то на берегу Балтийского моря.
Выслушав приказ (это было в бункере «Анэнербе», куда бумагу занес какой-то эсэсовец) Дейч минуту просто не мог подняться со стула. Он еще раньше установил по своим каналам, что подводная лодка «U-465» была предназначена для эвакуации Гитлера, Геббельса и нескольких его приближенных в тайное убежище, приготовленное еще в начале 1944 года в отрогах Кордильер. Значит, безумный вождь, приведший Германию к такому краху, какого она еще не знала, решил все-таки покончить с собой – а заодно со всем окружающим миром.
Гиммлер, которому все же удалось немного оттянуть катастрофу, в эти дни в «Бергельмире» уже не показывался. Ходили слухи, что он попал в немилость к Гитлеру, и теперь рейхсфюререра больше волновали вопросы собственной безопасности.
В приказе требовалось, чтобы вместе с подлодками для пробуждения Рахава отправились несколько сотрудников ГАБ «Бергельмир».
Профессор Зебетендорф решил не жертвовать людьми, втянутыми в секретные операции против своей воли. На «U-530» пошел он сам, а на «U-977» своим приказом отправил штандартенфюрера Михаэля Дейча.
Весь оставшийся отряд «Бергельмир» личным указом Гитлера был объявлен распущенным – за неимением территорий, на которых можно было бы искать тайную оккультную литературу.
Дейч удивился про себя, что Гитлер не приказал уничтожить все богатейшие архивы, собранные отрядом за несколько лет войны, но потом понял – если удастся пробудить ангела моря, то читать тайные книги уже будет некому.
– Погружаемся, – коротко бросил через плечо капитан Гейнц Шеффер стоящему у него за спиной Дейчу. По всему было видно, что подводник недолюбливает эсэсовцев, да и вообще не терпит посторонних в рубке.
– Всплывать где-нибудь будем? – все-таки спросил штандартенфюрер, несмотря на явно недовольный тон капитана.
– Нет. Воздух будем забирать через шнорхель. Нам предстоит почти всю Атлантику пройти под водой.
С этими словами капитан Шеффер склонился над приборами. Дейч, чтобы не обострять обстановку, вышел из рубки и направился к себе в каюту.
Каюты на лодке были буквально крохотные, однако Дейчу предоставили отдельное помещение – размером немногим более школьного пенала для карандашей, как пошутил он приведшему его к каюте боцману.
– На спецподлодках каюты хотя и маленькие, но максимум на два человека, у офицеров – отдельные, – не поддержав шутки, ответил боцман. – В целях секретности.
И вышел. «Это для того, чтобы в свободное от вахт время команда меньше общалась между собой», – догадался Дейч.
После того, как лодка погрузилась, штандартенфюрер вернулся в свою каюту и вытянулся на узкой койке, сняв сапоги.
Придется ли ему еще увидеть Германию, к которой он так привык за многие годы? Удастся ли вернуться в Советский Союз?
Прикрыв глаза, Дейч начал размышлять, что он может сделать в сложившейся ситуации. В Центре ему не поверили – он это чувствовал инстинктивно. Да и мудрено было бы поверить, после стольких лет, когда Спецотдел был уверен, что хитроумно дурачит Гитлера… В 41-м тоже думали, что перехитрили фюрера – но все оказалось не так просто. Сейчас, в самом конце войны, когда напряжены все силы для ее скорейшего окончания, Сталин не станет посылать корабли на поиски трех сбежавших (как он считает) подводных лодок.
Так что делать? Устроить диверсию на подводной лодке?
Дейч, поразмыслив, признался себе, что понятия не имеет, как это сделать. Перед отходом на каждую лодку поставили по торпедному аппарату, и дали несколько торпед на крайний случай… Но торпеду так просто не взорвать – и кроме того, даже если погибнет «U-977», то останутся еще две субмарины. И кто-нибудь из них вполне может справиться со смертельным заданием.