•Месть за месть и еще полмести

Она сразу потребовала развод, моментально получила его и тут же, словно в насмешку, вышла замуж за одного очень родовитого англичанина, близкого родственника самого Уинстона Черчилля. Единственное достоинство этого человека состояло в том, что он принес ей титул маркизы Блэндфорд, и ее бывший муж только из-за одного этого мог умереть от ревности!

Тем временем Аристотелес уже несколько пресытился чарами оперной дивы с ее нескончаемыми истериками и понял, что все еще очень привязан к Тине, которая была не только матерью его детей, но и вообще единственной женщиной, которая много значила в его жизни. От этого досада и обида толь-

110

ко увеличивались, и он все время придумывал какую-нибудь месть поэффектнее, чтобы смыть нанесенное ему оскорбление.

Кладбище

Онасис покоится рядом со своим сыном на острове Скорпиос.

•Час от часу не легче

Известие о его женитьбе на Джеки Кеннеди, супруге убитого американского президента, должно было в свою очередь наповал сразить Тину. От бессильной злобы она разбила несколько тарелок, после чего выставила маркиза Блэндфорда, который был уже ей ни к чему не нужен, и мобилизовала все ресурсы своего ума, чтобы снова взять верх над Арис-тотелесом. Случай, если не сказать удача, помог ей-при довольно подозрительных обстоятельствах умерла сестра Евгения, и Ставроса Ниархоса, хотя и напрасно, но все-таки подозревали в причастности к этому. Разыгравшийся скандал забрызгал грязью все семейство. Пресса раздувала дело, один из мелких судейских чинов в Пирее уже наяву видел знаменитого миллиардера у себя в руках. Модное общество предало само имя Ниархоса анафеме.

•Удар по Онасису

Тина решила воспользоваться этой трагической ситуацией, чтобы нанести бывшему мужу смертельный удар, который и на самом деле прикончил его. Всего через год после того, как умерла сестра, в 1971, она стала женой Ставроса Ниархоса-соперника, врага, самого опасного конкурента, которого Онасис только один раз за всю жизнь смог заставить есть землю: в тот уже столь далекий день, когда Тина выбрала именно его... Унижение было слишком жестоким. Реванш Ниархоса сокрушил Онасиса. Воспылав ревностью, он сызнова, как школьник, ощутил трепет сердца и робкую нежность. Но инфаркт свалил его.

•Злая судьба

Этим отнюдь не исчерпывались несчастья, выпавшие на долю великолепного Онасиса. Дав ему всю славу, о которой может только мечтать смертный, жестокие Парки сплели для него финал, достойный античной трагедии. Словно сорвавшись с цепи, смерть удар за ударом поражала самых дорогих ему людей.

В 1973 г. она настигла его сына и наследника Александра, погибшего в авиационной катастрофе.

111

Он был генеральным директором «Олимпик Эйр-вэйс»--компании, созданной Онасисом для завоевания небес. С ним рухнули все надежды отца на то, чтобы стать основателем династии.

Через год, в 1974, пришел черед Тины. После смерти сына от нее осталась одна лишь тень. Ее нашли бездыханной в ее парижском дворце на улице Шаналейль. Это был отек легких.

Кроме горя непостоянные боги заронили в душах Аристотелеса и Кристины еще и подозрения. Они не могли поверить, что эти смерти не были насильственными. Ведь истинные греки чрезвычайно привержены ко всему трагическому. Отец подозревал ЦРУ в диверсии на борту самолета. У него была старая вражда к дяде Сэму, и американцы могли отплатить ему за это. А дочь обвиняла в «убийстве» матери Ниархоса. Что касается публики, пораженной и даже как бы оскорбленной тем, что столь богатые люди могут быть несчастными, она, конечно, сразу поверила их необоснованным подозрениям.

Сократес Аристотелес Онасис, великолепный олимпиец Фортуны, умер в американской больнице в Нейи 15 марта 1975 г. Он оставил после себя состояние, «необъятное, как море», и единственную наследницу, Кристину, которая, как Пенелопа, никогда не испытывала недостатка в претендентах на свою руку. Так и не узнав счастья, она последовала за отцом в 1988 г.

Третье замужество

Став женой Стаероса Ниархоса, Тина могла не жалеть ни о Скорпиосе, ни о «Кристине». Ее новый муж владел еще более красивым островом (Спетсопупа), а его «Ат-лантис» оставлял далеко позади яхтуОнасиса.

Яхты

Нельзя быть настоящим миллиардером, не имея опоры на морях. Это как бы неотъемлемая часть образа. Обязательны адмиральская фуражка, башмаки с особыми подошвами, чтобы не скользить по лакированной палубе, синяя матросская блуза на случай шторма, и весь этот шик старого морского волка, который сплевывает на три шага вперед. Именно таким должен быть истинный миллиардер, даже если он проводит на воде всего несколько дней в году, не выходя из гавани Сен-Тропеза.

Под страхом быть никогда не допущенным в узкий круг Ьарру ?е\у", он обязан иметь ослепительно сверкающую яхту, всегда щегольски новенькую и отличающуюся от других хоть чем-нибудь «самым-самым»: самой большой длиной, самым большим тоннажем, самой большой скоростью и т. п. Престиж денежного мешка измеряется водоизмещением его яхты, подобно объему груди кинодивы. Онасис всю жизнь страдал от того, что длина «Кристины» меньше, чем длина яхты его свояка. Яхта-это символ могущества и респектабельности. Продать ее значит признаться в собственной несостоятельности и увидеть, как твои акции катастрофически падают на бирже Уолл-Стрита. Легенда о самом капитане тонет вместе с его кораблем. Крах 1929 г. был, в сущности, гигантской морской битвой, самой драматической за всю историю, можно сказать, Трафальгаром капитализма. За несколько дней в нью-йоркском порту погибла целая армада роскошных яхт. Дети целыми днями вылавливали своими сачками адмиральские

фуражки и башмаки с пробковыми подметками, которые плавали по воде подобно епископским митрам с надгробий в соборах. Сегодняшние миллиардеры поняли, сколь важны все эти символы. Фуражка-залог успеха, башмаки-свидетельство успеха в делах. И они берегут эти знаки отличия, как зеницу ока.

По последним сообщениям, самая большая яхта принадлежит саудовскому королю Фахду. Благодаря сверхсовершенным радарам, она откликается на нежное имя «Абдул Азиз» и может поддерживать непрерывную связь с биржами всего мира. Хотя ее владелец никогда не курит (что категорически запрещено религией), она имеет форму белой сигары длиной в 159 метров и с виду подобна мирному плавающему дворцу из «Тысячи и одной ночи*, но на самом деле ее вооружение не уступает военному кораблю. За безобидными иллюминаторами таятся торпеды и ракеты. Эмир эмиров может спокойно следить за самыми бурными биржевыми катаклизмами и отражать атаки японских финансовых камикадзе.

Чтобы не слишком проигрывать от сравнения, и Ставрос Ниархос, и английская королева старательно избегают вставать на якорь рядом с «Абдул Азизом». У «Атлантиса» длина всего 113 метров, а «Британия» хотя и достигает 125, но столь старомодна, что только консервативные англичане могут оставлять ее в строю.

Намного позади этих мастодонтов остались яхты других миллиардеров, выглядящие сравнительно с

'Немногих счастливцев (они.).

113

этими как простые спасательные лодки: жалких 46 метров у «Хайланде-ра», правда, его хозяин, Малькольм Форбс предпочитает путешествовать на воздушном шаре; и 45 метров «Шергара», принадлежащего Кариму Ага Хану. Не стоит даже говорить об этик скорлупках. Что касается Бер-нара Тали, который, как всем известно, всегда и во всем самый первый, то здесь и он не выдерживает сравнения. Его «Фокеа» едва достигает 77 метров. Это все равно, что танцевать в кордебалете. Впрочем, злые мар-сельские языки утверждают, будто пользуется он ею лишь для того, чтобы стать на якорь у замка Иф, да и то при благоприятном прогнозе, и потом сразу же с триумфом возвратиться, подобно Агриппе после битвы при Акциуме, с той лишь разницей, что его приветствуют фанатики футбола, избиратели и иарсельские иммигранты. Впрочем, это, конечно, лишь плоды бурной южной фантазии.