«И все таки, какая же она толстая», – подумала Адель. Герцогиня Альба сидела на низкой табуретке, в подоле длинного платья были сложены мотки разноцветных шерстяных ниток. Присбореная на коленках юбка открывала толстые отекшие щиколотки. «Ее ноги втиснутые в домашние туфли похожи на два бочонка», – не унималась Адель. Видимо ее взгляд был столь красноречив, что леди Нан тут же поправила рукой юбку.

– Во время беременности ноги так жутко отекают, – как-то виновато пробормотала она.

– Вы снова ждете ребенка? – с радостью воскликнула Лили.

– Да, хотя при моей комплекции это и не заметно, – рассмеялась Нан.

– О, мы поздравляем вас ваша светлость! – тут же откликнулись дамы.

Все разговоры немедленно перешли на животрепещущую тему. Будущую маму сразу засыпали советами и нравоучениями. Леди Нан принимала их с благодарной улыбкой. Она никогда не прерывала собеседника, как бы нуден не был разговор. Казалось она всем всегда была за все благодарна. И лишь когда в разговоре затронули пол будущего ребенка, молодая женщина погрустнела. Она родила мужу уже двоих дочерей и все знали как сильно она хочет подарить ему сына.

– А какой у вас срок? – с замиранием сердца спросила Адель. Сам факт беременности соперницы ее не радовал, но известие о том, что Амандо занимался любовью с женой, в то время, когда сама Адель жила в соседних апартаментах было ну совсем неприятно.

– Срок небольшой. Около трех месяцев.

– Но как такое возможно!? Когда!? – в изумлении прошептала Адель. У нее самой был такой же срок.

– Как возможно? – переспросила герцогиня Альба не поняв вопроса. – В начале лета муж уезжал на охоту, а после нее это и случилось, – начала объяснять она, немного смутившись от вопроса гостьи. Но Адель ее не слушала. Она полностью ушла в себя.

Молодая женщина никак не могла переварить что Амандо сразу после того как они занимались любовью перенес свою страсть на жену. А ведь он проделал такой тяжелый путь, что бы провести с ней ночь, был так ласков, и в тоже время так безудержно нетерпелив. Она так надеялась что он ее любит, ее хочет. Но так лихо перепрыгнуть из одной постели в другую…ну как у него хватило наглости сразу после свидания с ней, затащить в свою постель жену. Раньше, когда она слышала истории о том, что жена родила в один срок с любовницей, она искренне потешалась над обоими. И вот теперь смеяться будут над ней. А если Нан родит мальчика, наследника, сына? И что сама Адель может ему предложить? Редкие свидания, тайные встречи, бастарда? И кучу неприятностей со всем этим связанных. Но сам Амандо, как он мог так ее предать! Надругаться над ее чувствами. «Нет. Я и часа не хочу провести под его крышей»! – сказала себе Адель и резко встала, но видимо делать этого не стоило. В голове зашумело, перед глазами поплыли темные круги. Вскрикнув молодая женщина начала падать на пол. Она уже не видела какая суматоха поднялась в комнате. Очнулась Адель лишь в своей комнате, открыв глаза она увидела как графиня выпроваживает любопытных дам за дверь.

– Что случилось? – спросила она дрогнувшим голосом.

– Ты упала в обморок.

– Какой кошмар. Они поняли…

– Нет, конечно. Я сказала что ты с утра простыла. Скажешься больной, полежишь пару дней. Но скоро все равно все откроется. Шило в мешке не утаишь. Может пара рассказать герцогу?

– Нет. Ты слышала, герцогиня беременна. Из моей постели он сразу перепрыгнул в ее. Негодяй! Я так ему верила.

– Успокойся и подумай здраво. Разве он давал тебе обеты верности? Это именно его жена должна быть оскорблена, а не ты. Может он не мог…

– Не мог!? Это женщина не может отказать, когда муж тащит ее в постель. А у мужика хрен не вскочит, коли он не захочет.

– Адель!? – ахнула от ее грубости пожилая женщина.

– Прости. Я не могу жить под одной крышей с ней, с ним. Скоро мы обе будем ходить пузатыми. Как я посмотрю ей в глаза?

– Об этом он должен был беспокоиться, прежде чем притащил тебя в дом жены.

– Прикажи собирать вещи. Завтра утром мы уедем.

– Но что мне сказать хозяевам и нашим людям? Так стремительно…

– Скажи что пришло письмо от короля и он требует моего немедленного приезда, – быстро нашлась Адель.

– Но посланников не было на этой неделе.

– А кто посмеет мне возразить? – с вызовом спросила королева. – Ступай!

– Да, ваше величество вздохнула графиня.

Уже на следующей день, утром небольшая кавалькада покинула гостеприимный Леон и направилась на восток. Королеву Аквитанскую сопровождали только несколько десятков солдат охраны и десяток человек свиты. На больший эскорт у молодой женщины просто не хватило денег.

– Любой дворянешка путешествует по стране с большей охраной, – поморщилась баронесса. Даже леди Лили по просьбе герцогини Альба осталась зимовать в Леоне.

– Мне все равно некуда идти. Можно я останусь, ваше величество? – с виноватым видом попросила она. Конечно же Адель ей разрешила. Ей и самой, в общем-то некуда было идти.

– Остались самые стойкие, – процитировала леди Алика известное изречение.

– И самые верные, – поддакнула графиня.

– Сможем ли мы затемно добраться до следующего города? – спросила Адель Л-Иля, чувствуя, что у нее снова разболелся живот.– Конечно, ваше величество. Даже с остановками к вечеру мы туда доберемся, – ответил он, но увы оказался не прав.

После обеда королева почувствовала себя так плохо, что не смогла встать с разложенных на лугу одеял. Ее на руках отнесли в карету. В пределах видимости находилась деревня, куда и решено было поспешить. Деревушка оказалась маленькая и бедноватая. В два десятка домов. Но в ней зато оказалась повитуха, которую немедленно привели к королеве. Но, увы, старуха уже ничего не могла сделать. Ни смотря на ее снадобья и отвары трав, измучавшись в конец, к ночи Адель все таки потеряла малыша. Поняв, что вместе с кровью из нее вытекает и жизнь не родившегося ребенка, молодая женщина закричала так, что задрожала на столе посуда. Она выла, рвала на себе одежду, царапала кожу. Вошедшая баронесса ахнув, стремглав бросилась прочь. Лишь леди Марика смогла успокоить свою госпожу. Почти сутки Адель пролежала в деревянной халупе крестьянина. Она отказывалась есть, не хотела вставать. Она лишь лежала уставившись глазами в черный от копоти низкий потолок.

– Время лечит. – шептала леди Марика, поглаживая ее руку.

Она почти насильно кормила ее с ложки. Постепенно силы начали возвращаться, а сними и желание жить. Всю следующую ночь Адель проспала, а утром приказала собираться в путь. Напуганная ее состоянием свита наконец-то вздохнула спокойно. Конечно же приближенные догадывались в чем дело, но благоразумно молчали.

Весь следующий день, несмотря на просьбы графини Адель провела в седле. За последние месяцы ей так не хватало верховых прогулок, ей так хотелось почувствовать свежий ветер на своем лице. Она неслась впереди отряда и рыцари в тяжелом вооружении едва за ней поспевали. Заметив что их догоняет группа всадников Л-Иль насторожился, но разглядев на рыцарях герб графа Леонского дал команду остановиться. Адель услышав по цокоту копыт что за ее спиной люди замедляют движение обернулась. Их догонял отряд рыцарей. Увидев вышитого золотом льва, молодая женщина жестом приказала графу Харальту продолжить движение.

– Остановитесь! Именем графа Леонского! – закричал их предводитель, правильно поняв ее жест.

Л-Иль узнал голос герцога и кивком головы остановил своих людей. Они были на территории Леонского графства и обязаны были подчиниться представителю графа. Сам граф был вассалом короля и на своей территории подчинялся лишь приказам своего сюзерена, да и то, не всегда. Адель тоже узнала закованного в латы рыцаря, а поняв что Л-Иль тактично решил отойти в сторону и не встревать, она вонзила каблуки в бока лошади и понеслась вперед. Ей на перерез полетел всадник на гнедом коне. Несмотря на все усилия молодой женщины ее кобылка не могла тягаться с рослым боевым конем. Прошли лишь несколько минут и рыцарь на полном скаку догнал беглянку. Не церемонясь, он вырвал из рук королевы повод, заставляя лошадей остановиться.