Уильям Баффин имел большой опыт плавания в арктических водах: в 1612 и в 1615–1616 гг. он в качестве штурмана участвовал в экспедиция Халла, а затем Байлота, искавших Северо-Западный проход. Эти плавания убедили его в том, что этот проход может пролегать только через пролив Девиса. Именно сюда Баффин и отправился во время своего очередного плавания в Арктику летом 1616 г. На этот раз он сам был начальником экспедиции. В то лето ледовая обстановка в водах Канадского Арктического архипелага была вполне благоприятной, и Бафф ину удалось пройти далеко в глубь пролива Смита, отделяющего остров Элсмир от Гренландии. Однако дальше пролив оказался забит льдами, и Баффину пришлось повернуть назад. Он направился на юг, и открыл еще два пролива, ведущие на запад, которые назвал именами спонсоров экспедиции – лондонских купцов Джонса и Ланкастера. Но и по этим проливам далеко продвинуться не удалось из-за сложной ледовой обстановки. Баффин оценил результаты своего плавания пессимистически: он был убежден, что проливы Канадского Арктического архипелага попросту недоступны для мореплавания в любое время года. В одном из своих писем он сообщает о том, что «нет ни прохода, ни надежды на проход в северной части Девисова пролива». Поскольку в те времена вряд ли нашелся бы другой моряк, лучше Баффина знавший условия мореплавания в приполярных водах, омывающих северо-восток Канады, к мнению его прислушались, и поиски морского пути из Атлантики в Тихий океан были приостановлены, а «Компания по поискам Северо-Западного прохо да» распущена. По иронии судьбы Баффин открыл именно те два пролива, которые и ведут к Атлантическому океану, однако он же надолго закрыл Северо-Западный проход.

   Последние тайны Гудзонова залива

   В 1631 г. попытку отыскать Северо-Западный проход предпринял капитан Льюк Фокс. Это предприятие снаряжалось на средства бристольских и лондонских купцов, а также короля Карла I Стюарта. Экспедиции предстояло отыскать Северо-Западный проход со стороны Гудзонова залива, причем Фокс был настолько уверен в успехе, что даже заранее подписал контракт с британской Ост-Индской компанией на доставку перца из Малакки, а король Карла I дал ему письма к японскому императору.   Экспедиция отправилась в плавание в первых числах мая 1631 г. на двух кораблях. Одним судном кома ндовал Фокс, другим – капитан Томас Джеймс, при этом каждому судну предписывалось следовать своим маршрутом.   Фокс, идя на северо-запад, в конце июля достиг острова Саутгемптон. Отсюда он прошел вдоль всего западного побережья Гудзонова залива и установил, что никакого пролива на юге не существует. Дойдя до устья реки Нельсон, за которым простирался еще не исследованный южный берег Гудзонова залива, Фокс встретился с Джеймсом и вскоре подошел к мысу Генриетты-Марии, где берег круто поворачивал к югу. «По всему западному берегу Гудзонова залива никакой надежды на открытие прохода нет», – резюмировал Фокс. Повернув на север, он пересек весь Гудзонов залив и вышел в Гудзонов пролив. Залив между Баффиновой Землей и материком, открытый в ходе этой экспедиции, позже был назван заливом Фокса, а южный пролив, соединяющий его с Гудзоновым заливом, – проливом Фокса. 31 октября 1631 г. экспедиция вернулась в Англию.   Плавание Томаса Джеймса протекало в бо лее сложных условиях. В июле 1631 г. он вошел в Гудзонов залив, пересек его в юго-западном направлении до устья реки Черчилл, а затем прошел вдоль южного берега Гудзонова залива, до мыса Генриетты-Марии, где встретил Фокса. В сентябре, вновь расставшись с начальником экспедиции, Джеймс исследовал юго-восточную часть Гудзонова залива, открыв при этом несколько островов. Резко ухудшившиеся погодные условия – густой туман, льды – сделали своевременное возвращение путешественников в Британию невозможным. Пришлось оставаться на зимовку. Она оказалась очень тяжелой, много моряков умерло от цинги. Только в октябре следующего года Джеймс и оставшиеся в живых члены его команды прибыли в Бристоль. Результаты путешествия Фокса и Джеймса оказались весьма значительны: во-первых, английские моряки нанесли на карту все побережье Гудзонова залив, а во-вторых, было окончательно доказано, что Северо-Западный проход, если он существует, может располагаться только за полярным кругом, со стороны залива Фок са, остававшегося совершенно не исследованным вплоть до 20-х гг. XX в.

   Пессимисты и оптимисты

   В первой половине XVII в. интерес к Северо-Западному проходу начинает пропадать: ведь где бы он ни находился, в любом случае он был труднодостижим, в то время как путь в вожделенную Индию уже был хорошо известен и давным-давно освоен. Тем не менее попытки отыскать проход делались еще не раз. В 1741 г. очередную такую попытку предприняли два английских моряка, Кристофер Мидлтон и Уильям Мур. Идя по стопам Фокса и Джеймса, они стремились отыскать Северо-Западный проход со стороны Гудзонова залива.   В июле 1742 г. Мидлтон и Мур, перезимовав в устье реки Черчилл, двинулись вдоль западного берега Гудзонова залива. Удача, казалось, улыбается им: моряки обнаружили узкий и длинный канал, уходивший на запад. Это была похожая на фьорд бухта Уэйджер, протяженность которой составляет около 150 километров, но Мидлтон и Мур спе рва приняли ее за Северо-Западный проход. Однако, обследовав бухту, путешественники убедились, что вода в ней почти пресная и, следовательно, пролива здесь нет.   Мидлтон и Мур продолжили путь на север и, дойдя к началу августа до полярного круга, обнаружили бухту Репалс; к юго-востоку от нее был виден пролив Фрозен-Стрейт, который, как оказалось, ведет обратно в Гудзонов залив. Разочарованным морякам пришлось возвращаться назад. Правда, они сделали ряд открытий, позволивших уточнить карту Гудзонова залива, но Северо-Западный проход так и не нашли. По мнению Мидлтона, никакого прохода в Тихий океан вообще нет – по крайней мере, из Гудзонова залива. В Англии, однако, иллюзии еще сохранялись. В 1745 г. британский парламент назначил премию в 20 тысяч фунтов стерлингов тому, кто откроет Северо-Западный проход «через Гудзонов пролив к Западному и Южному океанам Америки». Уильям Мур, не разделявший пессимизма Мидлтона, возглавил новую экспедицию в Гудзонов залив; в ее сос тав вошел и натуралист Генри Эллис, написавший позже отчет об этом плавании.

       Экспедиция на двух судах покинула Лондон 20 мая 1746 г. На зимовку остановились в устье реки Нельсон, а летом 1747 г. пошли вдоль западного берега Гудзонова залива. Фортуна снова насмешливо подмигнула путешественникам: перед ними неожиданно открылся очень узкий проход, тянущийся в глубь материка в северо-западном направлении. Неужели это и есть желанная цель? Но это оказался всего-навсего залив Честерфилд, еще один фьорд на побережье Гудзонова залива…   Путешественники достигли бухты Уэйджер. Исследовав ее берега, а также пролив Рос-Уэлком, Мур и Эллис пришли к выводу, еще ранее сделанному Мидлтоном: через пролив Рос-Уэлком выхода в Тихий океан нет. Оставалась, правда, надежда, что залив Честерфилд все же може т быть проливом. В 1761 г. его обследовал капитан Уильям Кристофер. Он прошел по заливу около 150 километров, но из-за противных ветров отступил. В 1762 г. он вернулся, чтобы завершить исследования, и в конце июля дошел до крайней точки залива, за которым начиналось проточное озеро Бейкер. Так окончательно было доказано, что из Гудзонова залива нет прохода в Тихий океан.

   Джон Росс в проливе Ланкастер

   В 1818 г. секретарь британского Адмиралтейства Джон Барроу поднял вопрос о необходимости возобновления поисков Северо-Западного прохода. Будучи опытным моряком, Барроу понимал – и публично заявлял об этом, – что этот проход, если он и существует, вряд ли окажется проходимым для больших судов. Тем не менее он полагал, что эта географическая загадка в конце концов должна быть разрешена.   В 1818 г. британский парламент подтвердил свое давнее решение о назначении премии в 20 тысяч фунтов стерлингов за открытие Сев еро-Западного прохода. Британское Адмиралтейство, в свою очередь, организовало две арктические экспедиции, каждую на двух судах. Одна из них, руководимая Дэвидом Баханом, получила задание пройти восточнее Гренландии к Северному полюсу, а оттуда – в Тихий океан. Другая экспедиция, под начальством Джона Росса, отправилась на поиски Северо-Западного прохода.   Экспедиция Бахана многого не добилась: миновав Шпицберген, она достигла широты 80º 30′, встретила здесь сплошные льды и вернулась назад. Что касается Росса, то его путешествие сложилось гораздо более драматично.

       Корабли Росса вошли в море Баффина и 22 июня 1818 г. пересекли 70-ю параллель. 2 июля путь им преградила широкая полоса льда. Путешественники сумели отыскать в ней проход и продолжили движение к северу вдоль побер ежья Гренландии. В конце июля корабли Росса оказались в заливе, получившем название залива Мелвилл. Сильный шторм вынудил Росса встать на долгую стоянку в небольшой бухте у 76º. Лишь 16 августа корабли смогли вновь сняться с якоря. Идя на северо-запад, Росс спустя 3 дня достиг 77-й параллели. Далеко на севере он заметил два скалистых мыса, которые назвал в честь своих судов – Изабелла и Александр. Эти скалы отмечали вход в пролив Смит, блокированный льдом. Не имея возможности войти в него, Росс повернул на юго-запад, миновал пролив Джонс, также забитый льдом, и вошел в пролив Ланкастер. Пройдя по нему около 40 километров, Росс, не подозревая, что уже идет Северо-Западным проходом, решил повернуть назад: по его мнению (ошибочному), это был не пролив, а всего-навсего глубокий залив. 1 сентября корабли легли на обратный курс. Путь на юг шел вдоль побережья Баффиновой Земли. На всем протяжении путешествия Росс вел топографическую съемку; его данные оставались основой для географически х карт вплоть до первой аэрофотосъемки этих мест, произведенной в 1955 г.