– Давайте же! – взахлеб уговаривал Балиан. – Пусть надерет этому козлу…

– Я бы вас попросил! – голос надсмотрщика от ярости на такие эпитеты сорвался почти на визг.

– Не надо меня просить! – отрезал Балиан. – Доставай меч и дерись! Ну же, – снова пристал он к Кедвалору. – Ничего Юану не сделается. Он сможет, я знаю!

– Битву разрешаю, – наконец, решил Кедвалор. – Но драться будете на тренировочных мечах. По всем правилам. Никаких ударов со спины. И я оставляю за собой право прервать поединок.

– Очень хорошо, – остался доволен надсмотрщик и садистки улыбнулся в предвкушении.

Заслышав отзвуки скандала, к этой части площади стало стекаться все больше любопытствующих. Многие, увидев, кто будет сражаться, подобострастно поглядывали на Кедвалора, уверенные, что это он затеял бой ради их развлечения. Но сам Кедвалор смотрел с Балианом и Кристианом на разворачивающееся действо.

Юан и надсмотрщик, вооруженные деревянными мечами, уже бились вовсю. Стремясь отомстить мальчику за унижение, надсмотрщик и не думал делать скидки своему маленькому противнику. Но Юан смело отбивал все его удары. Это было не так уж сложно – мужчина бил тяжело, однако с куда меньшей скоростью, чем Балиан на тренировках. Таким образом, Юан сохранял завидное спокойствие, понимая, что такого удара он не пропустит. Удержать сложно, зато отбить легко, – думал мальчик. Но он не терял сосредоточенности, помня, что у любого врага может быть туз в рукаве.

И он не ошибся. Однако Юан не учел того, что далеко не все бойцы честны и благородны.

Видя, что мальчик уверенно отбивает все удары, надсмотрщик пришел в ярость и решил схитрить. Он сделал обманный выпад, потом рванул вперед, уйдя немного в сторону; он буквально пролетел мимо Юана, заслонив его на некоторое время от окружающих и, главное, от Кедвалора. Юан разгадал обман и намеревался быстро повернуться – он бы успел – но было поздно. Рукоять меча противника с огромной силой вдарила его по затылку.

Перед глазами Юана мелькнула белая вспышка, в глазах поплыло. Он начал падать, но в последний момент почти инстинктивно среагировал на движение соперника – тот замахнулся, чтобы на сей раз ударить в открытую. Стиснув зубы, Юан уперся ногой в землю и, развернувшись, наугад взмахнул мечом. Ему повезло – удар удалось встретить. Надзиратель этого совершенно не ожидал, и меч вылетел из его руки.

Юан качнулся и осел на землю.

Кристиан первым бросился к нему и осторожно провел рукой по его голове. Юан не выдержал и всхлипнул – ушибленное место невыносимо ныло.

– Значит, мне не показалось, – сказал Кристиан, глядя на свои окровавленные пальцы, и глаза его сузились от гнева.

– И я видел! – вдруг осмелев, крикнул кто-то из зрителей. – Он ударил его по голове! Смотрите, кровь!

– Ну все, – Балиан, бледный от ярости, вытащил меч, но Кедвалор придержал его руку.

– Маленький воин победил, – объявил он. – Достойно почтения, особенно в свете случившегося.

Солдаты восторженно завыли и зааплодировали – особенно неистовствовали те, которых тоже раскритиковали проверяющие.

– А вы, – Кедвалор обратился к растерянному и злому проигравшему, – следуйте за мной. Господа, помогите, пожалуйста, – обратился он к стоящим рядом солдатам.

Те с удовольствием вцепились в плечи теперь испуганного надзирателя и повели его следом за Кедвалором.

– Жив, Юан? – Кристиан помог братишке встать на ноги.

– Голова чуть-чуть кружится, – промямлил Юан, цепко держась за его руку. – А меня оставят в армии?..

– Конечно! – заверил Балиан. – Ты же показал этому гаду! Молодец!

– Хорошо, – Юан слабо улыбнулся.

– Пойдемте, – сказал Кристиан. – Ему надо прилечь.

Они повели мальчика в комнату. Балиан весь путь громко возмущался, что армия полна «козлов» и «зараз», и что только худший представитель двух этих категорий мог поступить так с ребенком. На этот раз Кристиан его не одергивал – Балиан был совершенно прав.

Юану промыли ссадину на голове и уложили его в кровать, где он проспал целых одиннадцать часов. Проснулся мальчик уже вечером, чувствовал себя очень бодро и радостно заявил, что он в полном порядке, только ушибленное место все еще болит.

– Что ж, замечательно, – улыбнулся Кристиан. – А мы получили записку от Кедвалора – он написал, что твой враг получил по заслугам, а сам он впечатлен твоей победой.

– Правда? – радостно зарделся Юан.

– Конечно, можешь сам почитать, – Кристиан протянул ему письмо.

Юан углубился в чтение коротенькой, но очень вежливой записки. Балиан в это время ходил взад-вперед по комнате. Наконец, не выдержав многочасового ожидания, он выпалил:

– Пойдемте к войскам!

– На сегодня нам достаточно, тебе не кажется? – спросил Кристиан.

– Ну не сидеть же здесь! – возмутился Балиан. – И так сколько просидели. Весь день. Хоть погуляем! Юану полезно. Свежий воздух и все такое.

– Но почему именно туда? – вздохнул Кристиан.

Балиан несколько растерялся, но быстро придумал себе оправдание:

– Надо же узнать, догнал ли Артур того, узнал ли! Это же покушение было! Это важно.

– Еще вчера это тебя не волновало, – усмехнулся Кристиан.

– А сейчас волнует! Пойдем! Заодно поедим. У Розетты еда есть. Там все едят, – Балиан уставился в окно затуманенным взором, свято веруя, что теплые чувства, согревающие его душу, возникли из-за мыслей о еде.

Кристиан и Юан переглянулись. Им тоже было интересно узнать, что удалось выяснить Артуру. Вчера они вкратце поведали подвернувшемуся Флориану о случившемся и отдали кинжал, и с тех недавних пор к странной истории не возвращались.

Втроем они вышли на улицу и направились знакомой дорогой к войскам. Было еще совсем не поздно, и вечернее солнце щедро поливало землю своими последними лучами. Почти все солдаты выбрались наружу и вяло переговаривались друг с другом, начиная потихоньку отмечать завершение очередного трудного дня. Здесь, кстати, кое-кто был наслышан о случившемся утром, и некоторые солдаты приветствовали Юана одобрительными криками. Мальчик весь раскраснелся от удовольствия и гордости.

Они зашли за Артуром, который немедленно пожелал услышать о его битве во всех подробностях. История произвела на него неприятное впечатление. Он не стал, подобно другим, злорадствовать наказанию надзирателя, только презрительно поморщился и со вздохом покачал головой. Юан молодец, сказал он, но будь его воля, он бы запер его дома хотя бы лет до двенадцати. Юан почему-то счел это за комплимент и принялся пересказывать свой подвиг в новых, еще более ярких красках.

Розетта очень обрадовалась гостям (а особенно – обильному заказу, за который ей причиталось десять процентов от суммы оплаты) и, принеся еду, примостилась рядом с Балианом. Они было начали беседу, но Розетту окликнули, и ей пришлось ненадолго переместиться к другому посетителю.

Балиан дернул Кристиана за плечо и указал на него – это был не кто иной, как Гардрин Бринн Дорденкель, в данный момент основательно упившийся вином.

– Я все равно его не узнаю, – сказал Кристиан. – И вообще, мы вроде хотели поговорить о кинжале.

– Да! – спохватился Артур. – Я догнал вчера того воина, из отряда Кедвалора. Его зовут Лориан…

– Дурацкое имя, – рассеянно проговорил Балиан, провожая взглядом пролетевшую мимо Розетту.

– В общем, – не обратил внимания Артур, – он поймал того, кто метнул кинжал.

– Правда? – изумились Кристиан и Юан, и даже Балиан навострил уши.

– Да, – кивнул Артур. – История очень странная. Он был… Как бы это сказать… Не в себе.

– В плане? – не понял Балиан.

– Он выглядел точь-в-точь как душевнобольной, – пояснил Артур. – И ничего толком не мог рассказать. Кивал только, что он кинжал метнул, но зачем – непонятно. С ним не стали возиться, решили, что просто больной, и докапываться о причинах его нападения бессмысленно. Но мне рассказал один человек, – он доверительно понизил голос. – Он был в шоке… Этот парень долгое время состоял с ним в одном отряде и всегда вел себя совершенно нормально.