– Я быстро, – вызвался Балиан и принялся карабкаться обратно.

В его ожидании Кристиан и Юан следили, чтобы никто из поверженных противников не очнулся и не сбежал. Это было непросто – бледного света луны, то и дело заслоняемого тучами, не хватало. Но все же они справились с задачей. Пришлось только еще раз ударить одного рукоятью по голове (это с робким видом сделал Юан).

Вскоре вернулся Балиан и привел за собой Артура и целую группу солдат. Артур только головой покачал при виде разгрома и приказал своим спутникам доставить всех новоявленных пленников наверх. Не дожидаясь, пока это будет сделано, сам он вместе с Кристианом, Юаном и Балианом вернулся к генералу Теладору. Тот выслушал их и, совсем как Артур, покачал головой. Расценить это можно было как «и что ж вам, дети, не сидится». Но отчитывать их он не стал и счел, что предприятие в целом оказалось полезным.

– Но мы же не призвали Врата, – расстроено проговорил Юан. – И даже до тех не добрались.

– Зато устранили шпионов, – пояснил Теладор. – Они здесь были, безусловно, лишними. Допросим, может, что-нибудь и выясним, – и он, кивнув, отошел – требовалось отдать приказания касательно вновь прибывших, пока не стало слишком поздно: генерал Рейнальд, воинственно размахивающий мечом подобно Балиану, клялся и божился, что лично отрубит им головы в течение пяти минут.

Балиан, Кристиан и Юан выпили чего-то горячего, предложенного Артуром, и воспользовались минуткой отдыха. Они рассчитывали подремать несколько часов. Это им удалось, правда, с перерывом на десятиминутное бодрствование, когда Розетта громко отчитывала Балиана за побег. Балиан выслушал гневную тираду, глядя на нее виновато-преданными глазами, исполненными вселенского страдания, а после того, как проснулся окончательно, очень удивился, что Розетта устроилась неподалеку, и спросил, когда она сюда явилась. Это его невинное удивление, начисто лишенное воспоминаний о приходе и выговорах девушки, вызвало такую громкую обвинительную речь, что тут уж проснулось, без преувеличения, полвойска. Кто-то даже высказал своему товарищу, что, мол, хватило у кого-то ума сюда с женой притащиться. Кристиан, Юан и Артур так и покатились со смеху, Балиан побагровел, а Розетта без обиняков ударила высказавшегося сковородкой, на которой собиралась готовить украденное мясо.

После того, как все немного утихомирились, Кристиан, Балиан и Юан отметили, что чувствуют себя не слишком хорошо – создавалось впечатление, будто совсем не спали и работали втрое больше, чем на самом деле. Артур с мрачным видом объяснил, что это из-за долгого пребывания в темноте.

– Когда все время ночь, организм, сами понимаете, несколько страдает, – сказал он. – Здесь все не в своей тарелке. Все время сонные.

– И как эти градеронцы живут, – зевнул Балиан. – Поймаем, надо будет спросить. Не поймали еще?

– Нет. Совсем недавно пришел ответ Роланда. Ищут, но пока безрезультатно.

– Мне не кажется, что Таранос до сих пор там, – сказал Кристиан. – Если подумать, что ему там вообще делать? Он же сам сказал, что к нам явился.

– А если он все же помогает Грилду? – спросил Юан.

– Думаю, это уже не так важно, – пожал плечами Артур. – Честно говоря, очень странная история. Несмотря на это «К.С.» мы начинаем сомневаться, что за всем этим стоял Сигфрид. Во-первых, тайные проникновения для него совершенно нехарактерны. Во-вторых, Сигфрид уже рвется в бой – а теперь объясните мне, зачем было проворачивать эти махинации с внедрением, если все решает грубая сила.

– Может, они свои махинации уже завершили? – предположил Балиан.

– Помнишь, задержались на два дня – может, как раз времени не хватало.

– Вряд ли. Битвы и раньше шли, только не глобальные. Да и войско, как видите, в порядке.

– Возможно, это дело пергамента, – рассеянно проговорил Кристиан. – Если им нужны были шпионы, чтобы наблюдать за нами – ну, за теми, кого послали из Этериола, – эта запись могла раскрутить совершенно ненужную историю, которой вообще никогда не должно было быть… Вот и нет смысла, – он вздохнул. – Тем и опасен пергамент. Тристан рассказывал – когда-то пергамент был дан людям Этериола, чтобы вершить судьбу Дилана, но последствия простых записей оказались настолько непредсказуемыми, что от этого всего, в конце концов, отказались. Никто не хотел брать на себя такую ответственность.

– То есть вы по определению должны управлять нами? – улыбнулся Артур.

– Не управлять, – поправил Кристиан. – Помогать. Но, как видишь, без действия пергамента вам куда лучше, чем с ним.

– Да уж, – согласился Артур. – Лучше уж смиренно принимать то, что есть. А свое счастье ковать самому.

Неожиданно откуда-то издалека послышался странный звук – будто бы дули в рог. Все замолчали и прислушались, надеясь на еще одну попытку разобрать, что это было, и потому вздрогнули, когда молчаливое ожидание слабого отзвука разрушилось оглушительным ором генерала Рейнальда:

– А ну встать!!! Собрались!!!

– Вот теперь ты понимаешь, – поделился Балиан с Артуром – тот потирал ухо, – что значит приготовиться почувствовать немного, а потом ка-а-ак бац!

– Понимаю, – торопливо проговорил Артур, отодвигая Розетту на задний план, чтобы ее не было видно. – Но вы его не злите, это вам не Теладор.

Солдаты как могли быстро построились перед двумя генералами. Снова прозвучал рог.

– Внимание! – снова прокричал генерал Рейнальд. – Генерал Теладор будет говорить, – с видимым неудовольствием объявил он.

Теладор некоторое время молчал, глядя на многочисленных подчиненных. Потом вскинул голову и твердо проговорил:

– Войско Сигфрида раскинулось рядом с Тилией. Все мы знали, что это ненадолго. Враги не будут ждать. Они пойдут прямо на нас. Мы не должны их пропустить. Это всем ясно?

Строй – хотя это было скорее столпотворением – дружно грянул: «Да!».

– Хорошо. Враг не медлит. Вскоре прибудет сам Сигфрид, и на нас двинутся с основными силами. Мы должны ответить тем же. Мы попросили о подкреплении, и оно прибудет. Наша цель – продержаться. Да, они будут превосходить нас количеством, но мы все равно должны продержаться. Это понятно?

Все снова грянули «да!», на сей раз несколько обреченно, но в этой обреченности причудливым образом слышалась решимость. Словно бы все, как один, решили скорее умереть, чем позволить Сигфриду пройти в Асбелию.

– Хорошо. Готовьтесь. У нас совсем мало времени. Но, благодаря нашим помощникам, мы узнали от шпионов Галикарнаса много нужной информации, не требующей подтверждения. Старшие чины, пожалуйста, сюда.

Строй разделился. Кто-то кинулся к генералам, кто-то принялся разминать раненые конечности, кто-то пускал в воздух боевые кличи.

Артур ушел, а Кристиан, Балиан, Юан и Розетта вернулись к своему костру.

– Интересно, что узнали от этих, – сказал Юан.

– Неважно. – Кристиан вздохнул. – В войне мы смыслим мало, так что все, что мы можем, это сократить число солдат Галикарнаса, не думая о том, к каким частям они принадлежат. Розетта, тебе лучше…

– Я тут останусь, – сказала девушка. – Все равно тут тяжело раненные останутся – верно? И вообще лагерь будет. Ну вот. Присмотрю. Может, мне даже заплатят.

– Но вдруг с тобой что-нибудь случится, – заволновался Балиан.

– Не случится, – хмыкнула Розетта. – Бегать я умею, не волнуйся, а для этих извращенцев, – обвела она рукой раненых солдат, одни из которых поперхнулись от возмущения, а другие, наоборот, смущенно закашлялись, – у меня есть сковородка. Хотя, если достанешь мне нож, будет здорово. На всякий случай.

– Достану, – пообещал Балиан. – Сейчас будет! – и он, вскочив, бросился в копошащуюся толпу.

Расталкивая солдат, он оглядывался в поисках Лориана, который когда-то сражался против него во время показательных боев при войсковой части – теперь он отвечал за оружие. Наконец, он увидел его: Лориан расположился на бревне рядом с костром и чинил чей-то меч. Рядом допрашивали одного из пойманных разведчиков Галикарнаса. Балиан хорошо запомнил его и сразу узнал – это был тот самый, что чуть не зарубил его заодно со своим товарищем. Сейчас он тоже вел себя вызывающим образом, несмотря на то, что теперь он стоял на коленях, а какой-то силач держал его за волосы и бил коленом при каждой громкой реплике. А пленник смеялся, оскорблял всех направо и налево, и пророчил скорую смерть всем и каждому на территории Асбелии.