— Спасибо, Ирука-сенсей! Вы такой внимательный и хороший! — расчувствовался Узумаки, поправляя свою новенькую бандану.

Внезапно я со всех сторон почувствовал чужую чакру. Из кустов и с деревьев, словно по сигналу, полез народец в серых жилетах и масках. Нас окружили шиноби АНБУ. Во главе процессии с парочкой дзёнинов шёл Хокаге.

— Наруто, как ты мог похитить секретный свиток? — строго сказал Третий.

Мне дико хотелось хихикать. Наверное, что-то истерическое. Переволновался за парней. Но пафоса-то сколько в этой деревенской драме, как будто простому генину реально проникнуть в охраняемую библиотеку самого Хокаге и спереть какие-то там документы и свитки. Наруто, конечно, не дурачок, много что умеет, но, извините, он ещё малолетка, а там не старичок-пенсионер с колотушкой и фонариком дежурит. К тому же старый Обезьян не гнушается и всякими барьерами.

— Он не специально, Хокаге-сама! — рьяно вступился Ирука. — Наруто обманул Мизуки. Мальчик просто очень хотел стать генином. Он думал, что это такой экзамен! Вот свиток.

— Что ж, — задумчиво раскурил трубку Хокаге. — Это меняет дело. Забрать, — кивнул он на тело помятого учителя. АНБУ подхватили Мизуки и скрылись в темноте.

— А что с ним будет? — робко спросил Наруто.

— Его посадят в тюрьму для опасных преступников, — ответил Хокаге.

Во как! Типа «предателя», который чуть джинчуурики из деревни не увёл, — в тюрьму. В военной деревне… Это что же надо сделать тогда, чтобы к казни приговорили? Или они что-то реально нужное для деревни в этой тюрьме делают? Как эти… которые на лесоповалах в СССР работали, «страну поднимали». Если это всё какие-то хитрые планы Третьего, то жалко парня…

Пожурив Наруто и похвалив Саске, что тот помог своему другу, Сарутоби отпустил их по домам. Поляна за пару секунд опустела. Пацаны остались одни.

— Как ты здесь оказался, Саске? — буркнул Наруто, старательно избегая встречаться взглядом с Учиха.

— Как будто я тебя не знаю, — также буркнул Саске в ответ. — Любой идиот поймёт, когда ты врёшь.

Пришлось выбегать из кустов, и мчаться к ним.

— То… Намаики-чан! — обрадовался мне Наруто и подхватил на руки.

— Наруто… Это правда, что Мизуки сказал? — тихо спросил Саске. — Ты — носитель девятихвостого демона?

Меня сжали так, что я самопроизвольно мяукнул. Наруто дрожал. И на меня стали падать горячие капли. В носу засвербило, и я чихнул на весь лес. Эй, он что?.. И правда — ревёт.

— Думаю, это правда, — выдавил Узумаки и, прижав меня к себе крепче, побежал от Саске сломя голову. При этом он продолжал беззвучный слезоразлив, который за счёт ускорения срывался с его век и падал всё равно на меня. Я вцепился когтями ему в плечо и видел, как Саске выскочил за нами на улицу, но отчего-то замер и остановился.

Вот чёрт! Пришла беда, откуда не ждали.

Наруто хмурился, как будто не находил себе места, и хватался за всё на кухне. Помыл посуду. Начал что-то готовить, на ночь глядя. Впрочем, он, наверное, голоден, да ещё и чакры кучу потратил. Поставил рис вариться и сел, наконец, на попу ровно.

— Тора-чан, ты тоже считаешь, что я — монстр? — спросил меня он.

— Чего? — удивился я. И помотал головой.

— Мизуки-сен… Мизуки, он сказал, что я — девятихвостый демон, что из-за этого меня все ненавидят в деревне, — закусил губу Наруто. — А те, кто не ненавидит, просто не знают о моей сущности. И что я обречён на одиночество и ненависть окружающих.

О, а вот это я как-то пропустил, больше сосредоточившись на Ируке и обстановке, чем на конкретных словах, которые говорились мелкому. Досадное упущение.

— Ты знал, что я — такой? — шмыгнул носом Наруто. Я кивнул и для подтверждения ещё и потёрся о его щеку мордой.

— Правда, знал?! — округлились синие глаза. Я снова кивнул. Да, я Тора всемогущий, всё про всех знаю.

— А Саске? Он же не знал, да? — продолжился мой допрос. — То, что он дружит с демоном… Теперь, наверное, уже не будет дружить… и остальные — тоже. Я снова буду один, — он укусил свой кулак, видимо, чтобы снова не разреветься.

— Эй, что за упаднические настроения? — не выдержал я грустного взгляда, устремлённого куда-то вглубь, и толкнул Узумаки лапой, отвлекая от «ухода в себя».

Хотелось надавать ему оплеух, но у самого сердце было не на месте. Саске… не знаю, то ли обиделся, то ли правда испугался, то ли дал Наруто время подумать и всё осознать. Фиг поймёшь. К тому же они парни, а Наруто так не по-пацански разревелся. То ли стресс такой, то ли вот подумал, что всё — конец их дружбе, то ли откат от адреналина и всё вместе навалилось. Всё же пошло не как должно. Там в аниме его Ирука вроде как успокоил, сам слезу пустил, сказал, что не считает Наруто монстром, что он — Наруто, а не девятихвостый. Психологическую разгрузку до загрузки мозга устроил, а тут-то всё вот так получилось. И Саске всё это тоже узнал из третьих рук, да при таких обстоятельствах. Ему, может быть, тоже всё это переварить надо. К тому же у них сейчас такой возраст специфический между двенадцатью и тринадцатью — переходный — начался. Гадский, по себе знаю. В голову лезет всякое, злишься, раздражаешься, срываешься на всех. Башка с них кругом, и уши в трубочку сворачиваются! Вот так вот бывает, если все пойдёт не так, как задумано, и вмешиваться.

— Ой, кипит, кипит! — подскочил Наруто, когда с плиты зашипело. Он начал мешать свой рис.

А я услышал тихое скрежетание из комнаты и побежал проверить, что там за звуки, и кто к нам пытается вломиться.

— Тора-чан, это я, — в окне обнаружился силуэт Саске.

Уф, ну слава всем кошачьим богам, явился, не запылился, наш Учиха! Ой, а вдруг он просто за вещами втихаря пришёл? Тут его вещичек немало накопилось!

— Тора-чан, там Наруто… Он уже?.. В общем… — Саске бесшумно спрыгнул на пол и присел, почёсывая меня за ушком.

— С Наруто всё в порядке? — шёпотом поинтересовался Саске. Я помотал головой, положил ему на ладонь лапу и выпустил когти.

— Он расстраивается из-за меня? — сразу догнал мою пантомиму Учиха.

Я кивнул.

— Не переживай, Тора-Намаики-чан, — он схватил мою лапку, словно в дружеском пожатии, — у нас всё будет хорошо. Мы же друзья.

Уф! От сердца отлегло. Он явно заслужил обнимашек. В итоге, Саске взял меня на ручки и со мной же осторожно зашёл на кухню.

Наруто вздрогнул при нашем появлении и чуть не выронил из рук тарелку с рисом.

— Наруто… — робко помялся Саске.

— Есть будешь? — перебил его Узумаки, грохнув своей тарелкой на стол.

— Э… Да, давай, — Саске ссадил меня с себя на третий стул и сел рядом.

— С рыбными консервами, — Наруто достал местные шпроты из холодильника.

— И мне консервы! — подал голос я. Война войной, но ужин я тоже из-за некоторых пропустил!

— И тебе тоже? — чуть дрогнули в улыбке сжатые губы Наруто. Я кивнул.

— Тора-Намаики-чан за тебя очень волновался и искал, когда ты переместился куда-то с Мизуки, — выдал Саске. — Я тоже волновался…

И оба накрепко замолчали, уткнулись в свои тарелки и начали есть, тщательно пережёвывая свою еду. Я понял, что ничего интересного пока не предвидится и занялся своим ужином, который мне вскрыл, вытряхнул в миску и поставил на пол Наруто. М-мям, кажется, крольчатина.

В общем-то, да, всё сложно. Они парни. Все эти неловкости. Ладно, ещё я, такой хороший, есть, — универсальный кошачий объединитель. Но они друзья, справятся. Ещё и Саске сам пришёл, не пришлось мне и его тоже по всей Конохе разыскивать, чтобы наподдать и отправить мириться с Наруто. Но они вроде как и не ссорились. Просто Узумаки психанул и сбежал, расстроившись, что с ним теперь дружить не будут. Вот же накрутил его учитель! Ну тут, как говорится, у Наруто «всё встало на свои места», всяко он спрашивал себя, почему к нему так относятся. Хех, поднасрал, получается, Саске Сарутоби своим вмешательством. Наруто у нашего Обезьяна в лицо спрашивал, в чём дело и за что его все ненавидят, а тот ему что-то о хулиганье втирал. Если, конечно, Узумаки, за всеми этими переживаниями, вообще задумается о чём-то подобном. Но с другой стороны, Саске-то здесь, рядом, голова у него работает, может быть, вместе, если они вернутся к этой щекотливой теме с демоном, что-то надумают.