Глава 12

Джилл очень нервничала. Она приняла душ, быстро вытерлась и забралась на середину огромной кровати Эвиаса. Там, где она расположилась, прислонившись к изголовью, валялась груда подушек. Сначала Джилл откинула одеяло, открыв свое обнаженное тело, но потом вспомнила о Виналин… сучке. Безупречное тело, которое видела Джилл, заставило ее спрятаться и укутаться в одеяло.

— Это не соревнование, к тому же я лучше. Я не такая тщеславная сука.

— С кем это ты разговариваешь?

Джилл подпрыгнула и повернула голову.

— Ты не издал ни звука. Я не слышала, как ты подошел.

Эвиас приблизился к краю кровати. Радужки его глаз снова начали двигаться, приобретая по большей части серебристый цвет. Они были чертовски сексуальны.

— Кто назвал тебя тщеславной сукой? — он выглядел сердитым.

— Никто. Я думала о Виналин.

— Зачем? — Эвиас нахмурился.

— Может, она и ужасный человек, но у нее действительно потрясающее тело.

— Я даже не заметил, — его взгляд опустился на ее грудь, которая была скрыта одеялом. — Незачем прятаться.

— Мне нравится честность в мужчинах, Эвиас. Ты не мог не заметить, что Виналин само совершенство. Она обладает какой-то сверхъестественной красотой. Порно продюсеры убили бы любого, лишь бы она снималась в их фильмах. Парни заплатили бы целое состояние, чтобы посмотреть, как ее нагибает какой-нибудь сантехник.

Он рассмеялся.

— Мне стыдно признаться, но я понял о чем ты. Так бы ее оценили в человеческом мире, верно?

— Да.

— Хорошо, что я не один из них, — Эвиас подошел к прикроватной тумбочке и поставил на ту большую коробку с презервативами. — Виналин просто раздражает меня, — он перевел взгляд на Джилл. — Не сравнивай себя с ней. Я не допущу, чтобы ты так унижала себя. Ты в тысячу раз привлекательнее во всех отношениях.

Джилл взглянула на презервативы.

— Ты нашел их.

— Конечно, — он повернулся к ней. — С чего бы ты хотела начать, Джилл?

— С поцелуя.

— Как я и планировал, — неожиданно Эвиас развернулся и пересек комнату. — Изменим освещение.

Джилл наблюдала, как он наклонился и стал разжигать камин в углу. Вскоре поленья разгорелись. Затем Эвиас, быстро двигаясь, выпрямился и выключил большую часть света в комнате. Подойдя к шкафу, стоявшему вдоль одной из стен, он открыл его и достал свечи. Джилл улыбнулась, когда Эвиас зажег их, расставив по разным поверхностям рядом с кроватью.

Эвиас был настоящим романтиком. Это удивило и обрадовало ее.

Наконец, он вернулся к кровати. Она прекрасно видела его, но должна была признать, что тусклое освещение помогло ей немного расслабиться.

— Так лучше?

— Да.

— Расслабься, Джилл. У тебя испуганный вид. Обещаю, что сумею доставить тебе удовольствие.

— Все парни так говорят.

— Я не простой парень.

Он был ее крутым гар-ликаном. Лорд клана. Крылышки. Джилл кивнула.

— Раздевайся, — она откинула одеяло, чтобы продемонстрировать свою грудь.

Эвиас тихо зарычал, его завораживающий взгляд остановился на ее теле.

— Красивые.

— Я тоже к ним привязалась, — поддразнила она.

— Думаю, так и есть, — его голос стал более глубоким. Эвиас чуть ли не сорвал с себя рубашку.

Джилл окинула внимательным взглядом его обнаженную грудь. У этого парня было много мускулов. Он был настоящей усладой для ее глаз, возбуждая Джилл своим видом. Эвиас наклонился, стянув сапоги. Отбросив обувь в сторону, он выпрямился, обеими руками потянувшись к брюкам. Неожиданно Эвиас решил подразнить Джилл, очень медленно расстегивая ширинку.

Она подняла глаза и осознала, что его обжигающий, серебристо-голубой сверкающий взгляд сосредоточился на ее лице. Эвиас опустил глаза, из-за чего их зрительный контакт был прерван.

А паренек-то уже не болтался. Этим утром Джилл мельком видела его член, но сейчас тот выглядел еще больше и толще. Девушка с трудом сглотнула. Была такая поговорка: чем больше, тем лучше. Джилл очень надеялась, что это правда.

Он сбросил брюки и снова наклонился, положив руки на кровать. Джилл смотрела ему в глаза, пока Эвиас полз к ней.

— Не бойся, — прохрипел Эвиас. — Я не причиню тебе боли. Мы будем продвигаться медленно.

Она облизнула губы и полностью откинула одеяло, чтобы оно не мешалось.

— Я не боюсь. Помнишь мое упоминание, что первый раз может быть неловким?

— Как я могу это исправить? — он вытянулся рядом с ней, матрас прогнулся под его тяжестью.

Ей пришлось немного отползти в сторону, чтобы не навалиться на Эвиаса.

— Поцелуй меня. Этого должно хватить. Ты отлично работаешь ртом, — в памяти Джилл промелькнуло его лицо между ее ног. И это возбудило ее. Этот мужчина чуть не довел ее до комы с помощью оргазмов.

— Я бы хотел избежать поцелуев на случай, если гормоны опустошения все еще активны. Я желаю, чтобы твой разум был ясен, когда мы будем заниматься любовью, Джилл.

— Это очень мило. Честно, — она протянула руку и провела ладонью по его щеке, потом по волосам. Кожа Эвиаса на ощупь была теплой, а черные волосы шелковистыми. — Но я возбудилась не только потому, что чувствовала, словно сгораю заживо. В данный момент мой разум ясен, и я утверждаю, что хочу тебя, Эвиас. Пожалуйста, поцелуй меня. Я не из тех, кто употребляет наркотики, но могу пристраститься к твоим гормонам. Я хочу этого… и тебя.

— Я не могу устоять перед тобой, Джилл, — он немного приподнялся, наклонился и пристально посмотрел ей в глаза. — Уверена?

— Да. Только не забудь про презерватив. Вчера вечером я не могла произнести ни одного связного слова. Мое тело слишком сильно жаждало твоих прикосновений. Я так хотела, чтобы ты оказался внутри меня. Возможно, сейчас я буду умолять тебя войти, но, прошу, включи разум и защити меня, хорошо? Никаких малышей летучих мышей.

Его губы растянулись в улыбке.

— Даю тебе слово.

Эвиас наклонился, и Джилл закрыла глаза. Его уста слегка коснулись ее. Она протянула руку, сжала его плечи и приоткрыла губы. Эвиас сразу скользнул языком между ними, углубляя поцелуй. В этот момент он обнял ее за талию и немного спустил по кровати. Эвиас перекатил Джилл на спину и сдвинул их тела подальше от груды подушек. Затем он немного придавил девушку своим телом.

Ощущения захлестнули Джилл. Его грудь была горячей и жесткой. Ее соски стали твердыми и чувствительными. Эвиас переместил свой вес и свободной рукой откинул подушки. Предательские признаки наркотического эффекта быстро проявились. Внутри ее тела стал нарастать жар, будто у нее была лихорадка. Клитор запульсировал, из-за чего Джилл раздвинула ноги, понимая, что это ощущение будет только усиливаться. Она застонала под натиском его языка и пробежалась ладонями по его спине, проводя ногтями по упругой коже.

Эвиас зарычал, из-за чего его грудь завибрировала.

Джилл слегка сместилась, закинув ногу на его задницу и пытаясь намекнуть, что хочет, чтобы Эвиас полностью накрыл ее своим телом. Казалось, он все понял и прервал поцелуй, приподнявшись. Джилл открыла глаза.

Теперь радужки Эвиаса приобрели чистый серебряный цвет и засветились, напоминая Джилл расплавленный металл. Светлые и темные оттенки серебра смешались и как будто двигались.

— Ты великолепен.

— Это из-за дурманящего эффекта. Прости.

— Вовсе нет, — его пристальный взгляд помог ей сосредоточиться на нем, а не на реакции своего тела. — Я так хочу тебя. Нам даже не понадобится прелюдия, если мы продолжим в том же темпе, — Джилл приподняла бедра и раздвинула ноги шире. — Я уже готова.

Эвиас положил руку на ее голень и нежно провел той вверх.

— Покажи.

Она застонала, но не прервала зрительный контакт. Эвиас медлил, но затем прижал ладонь к ее лобку… просто положив руку на ее киску и не делая ничего другого.

— Пожалуйста! Не заставляй меня умолять, крылышки. Это только разозлит меня, — Джилл дернула бедрами.

Он снова улыбнулся.

— Мне не хотелось бы этого, моя прекрасная Джилл, — он потер клитор, скользя рукой по половым губам. Выражение лица Эвиаса мгновенно изменилось, а из груди вырвался глухой рокот. — Ты еще не готова для меня.

— Я мокрая. У меня все болит. Ты нужен мне! — тяжело дыша, она закрыла глаза. В ту же секунду, как Джилл это сделала, ее тело запылало еще сильнее. Она впилась в Эвиаса ногтями, прижимаясь бедрами к его руке в отчаянном желании кончить.

Эвиас зарычал и заскользил ладонью по ее киске. Один из его пальцев глубоко вошел в ее лоно. Джилл застонала еще громче. Это было чудесно. Она извивалась, желая большего. И Эвиас дал ей это. Он двигал рукой, трахая ее пальцем и используя подушечку ладони, чтобы массировать клитор. Вскоре Эвиас ускорил темп, из-за чего Джилл выгнула спину, выкрикнула его имя и жестко кончила.

Он отдернул руку, внезапно перестав касаться Джилл. Она тяжело дышала, пытаясь отдышаться. Джилл открыла глаза и повернула голову, увидев лишь спину Эвиаса. Он возился с коробкой, которую положил на прикроватную тумбочку. Джилл услышала мужскую ругань, затем треск картона. Эвиас вернулся. Она открыла ему свои объятия, когда мужчина снова оказался рядом. Казалось, его глаза жили собственной жизнью, в серебристом омуте вспыхивали молнии и ярко-синие искорки. Эвиас прижал ее к себе, поэтому Джилл подняла ноги, стискивая ими его будра. Он был огромным парнем. Возможно, Джилл испытала бы беспокойство по этому поводу, но ее одолевала потребность в сексе.

Эвиас протолкнул руку между их телами. Джилл не стала опускать взгляд, не желая прерывать зрительный контакт. Его глаза завораживали. Красивые. Чарующие. Удивительные. Только благодаря этим глазам Эвиаса можно было причислить к одному из чудес счета.

— Ты моя, Джилл. Может, сейчас и не будет укуса… но ты моя, — прохрипел он.

Джилл почувствовала, как выпуклая головка члена прижалась к ее киске. Эвиас покачнулся, осторожно входя в нее. Она закрыла глаза и застонала. Он был такой большой. Джилл ощущала, как он вторгается в ее слишком узкое лоно.