Рассмотрев все детали, вы понимаете, что подбор не случаен. В нем чувствуется своя система. Эксцентризм достигается тем, что артист сочетает нарочито бытовые, «приземленные» вещи с «розовой» мечтой о личной автомашине. Ну а если мечта осуществится и машина будет приобретена? Не станет ли она в руках собственника похожей на эту? Не все ли равно, чем «владеть»? Собственнические настроения всё окрашивают в один цвет, будь то дача или автомобиль. Конечно, можно показать дачу с «машинными» деталями. От такой перестановки идеал не изменится. Но все же машина с «дачными» деталями лучше. Она принижает «розовую» мечту, показывает собственника в самом неприглядном виде.
Олег Попов на манеже. Из-за занавеса доносится его громкий голос, смех зрителей, похожий на глухой раскат
грома. После очередной сценки артист приходит в артистическую комнату всегда возбужденный и всегда в образе, и сразу же ему приходится перевоплощаться в новый образ для следующей паузы.
Артистическая комната Попова необычна. Она очень похожа на музей необыкновенных вещей. Здесь можно увидеть огромный портфель с «юбилейной» монограммой, большой, с интересными деталями, торговый автомат, электропилу, телефонные аппараты, огромный магнит, березовые дрова, охотничье ружье, ласты и маску для подводного плавания^ кухонную утварь, музыкальные инструменты оригинальных систем, массу технических и радиодеталей. Костюмы, книги, фотографии знаменитых комических артистов — и среди них не почетном месте Чаплин — дополняют эту своеобразную «экспозицию».
Сегодня мы в гостях у Олега Попова. Поздним вечером, после представления, вместе с его женой Александрой Ильиничной, тоже занятой в сегодняшнем спектакле, мы едем к нему домой. В скромной двухкомнатной квартире нас встречает десятилетняя дочка Поповых Оля, светловолосая, как отец, и спокойная, как мать.
Мы беседуем о последних новостях театра и кино. Попову нравятся остросатирические спектакли Ленинградского театра комедии, искусство режиссера Акимова очень близко ему. Олег много говорит о кинокомедии. Самый народный жанр, он никак не может выйти у нас на большую творческую дорогу. Что было после войны? Ах да, «Карнавальная ночь», и, пожалуй, все... А возьмите на Западе! Одни «Полицейские и воры» в Италии да «Бабетта идет на войну» во Франции стоят многого. «Комедия должна быть и смешной и социально острой!» — с убеждением говорит артист.
Цирк и кино. Уже много говорилось о связи этих двух, казалось бы, далеких на первый взгляд видов искусства. Но если в театр эксцентрика — эта горячая кровь цирка — проникала с трудом, то в кинематографию она вошла, как в родной дом. Еще на заре своего развития кинематограф создает комедии ярко выраженного эксцентрического характера. В них участвуют Гарольд Ллойд, Чарли Чаплин, Пат и Паташон, Игорь Ильинский, Леонид Утесов. В кинокомедиях «Цирк», «Новые
времена», «Огни большого города», «Праздник святого Йоргена», «Закройщик из Торжка», «Веселые ребята» эксцентрика не только забавляла, но и волновала. Она помогала создавать реальные, значительные образы.
Анализируя своеобразный творческий почерк Попова, приходишь к твердому убеждению, что в кино он может достичь успеха не меньшего, чем в цирке. Фотогеничность, яркая мимическая выразительность, эмоциональность артиста привлекли к нему внимание кинорежиссеров. Попов участвовал в фильмах «Косолапый друг», «Арена смелых», «Вечер в Москве», в веселой киноклоунаде для телевидения «Олег справляет новоселье». Но это были лишь «пробы пера». Артисту хочется сыграть в эксцентрической комедии, а может быть, в серьезном фильме. Об этом его просят и зрители в многочисленных письмах.
Олег Константинович показывает нам одно из них: «Дорогой Олежек! Вот Вы наш любимый и уважаемый артист, и все, кто видит Вас, получают удовольствие от Вашего таланта в цирковом искусстве. А мы ничего не видим. Мы живем далеко, и единственное средство увидеть Вас — это экран, то есть кино. Но Вы не любите сниматься. Давно как-то была картина «На арене цирка» (по-видимому, имеется в виду фильм «Арена смелых».— В. А. и А. В.), и все, больше не было. Вот Вы ездите за границу и демонстрируете свое искусство перед людьми, которые зачастую нас не любят. А мы? А нам что? Вы же наш, Вы — русский! Дорогой Олег! (Не знаем отчества.) Сделайте нам картину с Вашим участием. Цирковые картины всегда идут с успехом. Смотрим не один раз. Если возможно, то не откажите нам. Мы понимаем, что это и сложно и дорого. Но, может быть, как-нибудь можно?»
Не хочется комментировать такое непосредственное письмо. Но как оно отражает огромную популярность искусства Олега Попова!
В этот вечер мы больше всего говорили с Поповым о самом дорогом ему деле — о цирке.
Мы вспоминаем события десятилетней давности: Саратов, Ригу, гастроли с молодежным коллективом, и, как бы отвечая на наш невысказанный вопрос, Олег говорит:
— Я не знаю, как все это случилось, как я достиг известности. Знаю только, что всегда много работал, иной
раз совершенно не видел публики, не слышал ее аплодисментов. Я чувствовал, что она хорошо принимает меня, но был всегда слишком поглощен своим делом, чтобы думать об этом. Я всегда думал лишь об одном: «Делай это или то по-другому, чем принято обычно. Делай так, как никто еще не делал до тебя!»
Недавно в Московском цирке один из зрителей спросил у Попова:
— Что вы считаете самым главным для себя в жизни, Олег Константинович?
— Прежде всего для меня главное — это чтобы на земле был мир,— ответил артист,— а второе — это умереть когда-нибудь с сознанием того, что хотя бы пятьдесят процентов задуманного мною было сделано, что хотя бы пятьдесят процентов пути артиста к цели были пройдены. И если я на эти пятьдесят процентов буду счастлив, то мне больше нечего желать.
— Странно слышать от вас слова о конце пути. Без вас цирк трудно представить!
Попов засмеялся.
— Конечно, я не собираюсь его покидать, но учтите: всегда будут новые хорошие клоуны.
Последние слова он произнес очень серьезно.
— Почему вы так думаете? — спрашивает собеседник.
— Потому что еще много серьезности на свете...
Эти слова многозначительны, они дают нам возможность вспомнить путь, пройденный артистом, заглянуть в его будущее. Когда-то это был беззаботный, веселый юноша, потом появился умелец, обаятельный и живой, характер которого имел глубоко народные корни. Но уже сейчас, в простом и добродушном герое Попова мы замечаем черты некоторой полемичности. Герой Олега Попова очень современен. Он живет всеми важнейшими событиями, которые происходят в нашем беспокойном мире. Его доброта выступает воином за общественные идеалы, она смертельно опасна для глупости, себялюбия, жестокости.
Вместе со своим героем вырос и Олег Попов. Обаятельный коверный клоун стал талантливым комическим актером, в его творчестве наряду с сатирическими появились и социальные мотивы. Пройдет еще немного времени— и мы увидим, каким станет его многообещающий герой.
А ТЕПЕРЬ ПРЕДОСТАВЛЯЕМ СЛОВО ГЕРОЮ КНИГИ
Таким я пришел в цирк...
Но вскоре я нарисовал себе клетчатую кепку...
...нашел собственное лицо...
стал известным вам Олегом Поповым!
умел ходить не только ле, но и по канату...
На нем я чувствовал себя буквально как дома.