А вскоре Ельцин сразу стал похож на… Брежнева и Горби! На первого, ибо от некоторых излишеств он стал бормотать речи по бумажке, еле-еле спускается с лестницы и избегает всякого общения с «посторонними». На Горби, ибо, как и тот, стал заискивать перед Западом, идя на капитулянтские соглашения.

…В бессмертной книге «Робинзон Крузо» описан говорящий попугай, который утешал одинокого обитателя острова человеческой речью – способная, видать, была птица. Любимым его речением было такое: «Робби, бедный Робби, куда тебя занесло!»

Было бы прекрасно, если бы гайдаровец-тимуровец или бурбулис-чубайс, входя в кабинет шефа, напоминали ему, как тот умный попугай: «Борри, бедный Борри, куда тебя занесло!»

Довольно близкий уже финиш Борри совсем нетрудно определить. В России и у русских за ее нынешними пределами он полностью растерял свой авторитет. Это по самой мягкой мере, а вообще – его многие просто ненавидят. На Западе – примерно то же (там ценят надежную прислугу, а не ту, что может впасть «в отключку»). На открытую диктатуру у него и его присных сил, слава Богу, нет, а внешняя полуприкрытая диктатура никого не пугает. Никакого улучшения хозяйственной жизни в стране и тем паче – жизни трудящихся при правлении Борри ждать нам не приходится.

Как он закончит свою личную жизнь не народные, а его личные заботы.

Итак, наше коммунистическое руководство и те, кто ему шептал на ухо и вел под локоток, не смогли воспользоваться благоприятной возможностью. Проиграли они, а главное – проиграла наша несчастная страна и ее народ, обреченные ныне на хаос и голод.

«Ганнибал у ворот!»

Для начала позволю себе представиться возможному читателю: автор этих заметок– коренной великоросс, деды его по отцу – из купцов Олонецкой губернии (промышляли лесом), по матери – из сельских священнослужителей Валдайского уезда. Кстати уж, оба моих деда были «раскулачены» в самом начале двадцатых годов и вскоре от пережитых потрясений скончались, оставив после себя соответственно одиннадцать и восемь детей. В том числе моих будущих отца и мать.

Это во-первых. А во-вторых – автор данных заметок есть не только сугубо русский по происхождению человек и верующий православный христианин, но и всю свою взрослую жизнь был русским патриотом, борцом против всякого рода русофобии (дело известное по обе стороны Атлантики, кто заинтересуется – библиография налицо).

Это вместе взятое дает мне природное право судить о современном состоянии русского народа, не оглядываясь ни на кого и ни на что. Так я и позволю себе сделать, хотя сразу признаюсь: размышления мои ныне весьма печальны.

Вот бытовые впечатления современника: я имею несчастье жить у одного из крупнейших московских вокзалов. Каждодневно с утра и до позднего вечера толпы небрежно одетых людей волокут за собой тележки с тюками, коробками, узлами и т. п. Особенно жуткое впечатление производят женщины: потные, растрепанные, со сбившимися головными уборами и прическами; они не имеют в своем облике не только ничего женского, но и человеческого. Сочувствовать ли им или пожалеть их? Давайте присмотримся.

Вроде бы надо пожалеть, и не только из христианского человеколюбия, но что-то, что-то колет глаз и смущает сердце в этом безусловно тяжком зрелище.

При изучении нашей жуткой Гражданской войны мне стало хорошо известно по доподлинным документам и свидетельствам, что несчастные «мешочники» того времени добывали всеми средствами муку, крупу и сахар для голодающих своих семей. Да и дети порой тем же занимались, вспомним хотя бы «Ташкент – город хлебный». Людей этих гнали тогдашние красные власти, вплоть до применения пулеметов. Да, и семьдесят лет спустя судьба несчастных не может не вызвать сострадания.

А ныне? Чем загружаются тюки и коробки на московских привокзальных площадях? Ответственно свидетельствую как очевидец: нет, не мукой или сахаром, хотя эти продукты в Москве есть в достаточном количестве и относительно недороги. Потные женщины и небритые мужчины («гости столицы») скупают целыми ящиками «Сникерсы» и «Мальборо», чтобы, приехав домой, в Курскую или Николаевскую губернии, перепродать их поштучно. Ради незначительных, в общем-то, доходов эти тысячи (или миллионы?) людей сутками томятся в переполненных и расшатанных вагонах, ночуют на грязном полу вокзалов, подстелив под бок газетку. Большинство из них явно не тяготится этим, они привыкли, не осознают своего тяжкого и унизительного положения. Такого рода «массы» стремительно отвыкают от повседневного и упорного труда, и вряд ли большинство сможет к нему когда-либо вернуться. А ведь у всякого имелись свои профессии и трудовые навыки. Сочувствовать ли им? По совести сказать, не могу.

Еще недавно, накануне тысячелетия крещения Руси, мы, православные русские интеллигенты, мечтали: вот бы хоть дюжину-другую храмов открыли… Прошло всего лишь несколько лет, и открылись на Руси сотни храмов. Слава Богу, конечно, когда-то несомненно это скажется. Но сегодня, когда все русские рэкетиры вешают на шеи православные крестики, ясно, что нам придется долго ждать тут плодоносящих всходов. Недавно я беседовал с одним православным священником из большого прихода под Москвой – молодой он, умный, сильный, образованный. Спросил я его: «А многие ли сейчас венчаются?»– «Да почти все», – отвечает. «Так это хорошо», – то ли спрашиваю, то ли утверждаю я. «Нет, – говорит он сурово, – очень плохо». И пояснил: если невеста в девственной фате находится уже на пятом месяце беременности, а жених уже рассчитал, что, прописавшись в доме будущей жены, вскоре разведется и поделит жилье, а он, священник, не имеет права не совершить над ними венчального обряда – то что туг хорошего?.. Да, призадумаешься тут над этим неожиданным (для меня, во всяком случае) суждением.

«Народ-богоносец»… Выражение давнее, но в современной культурной традиции у нас принято связывать его с именем Ф. Достоевского. Да, он много писал на эту тему, писал горячо и талантливо. Существовал ли на Руси народ-богоносец во времена Достоевского – вопрос неизученный, а потому не доказуемый с любой стороны. Отметим, однако, бесспорное: у самого писателя, среди его героев, отыщется ли русский «богоносец»? Раскольников, семья Мармеладовых, полоумный князь Мышкин или (положительные!) герои «Бесов»? Тут же предвижу возражение: Алеша Карамазов. Но ему по сюжету всего лишь лет семнадцать, он еще юноша, и характер его еще не сложился. Заметим также, что автор романа «Братья Карамазовы» предполагал в дальнейшем сюжете книги сделать Алешу цареубийцей (чтобы потом покрепче раскаяться). Ну, остановлюсь, но все же назвать героя «богоносцем» никак нельзя.

Можно сделать осторожный вывод, что для Достоевского «народ-богоносец» был все же некой идеальной теорией, а не художественной практикой. Впрочем, это второстепенное в нашей теме.

Теперь рассмотрим время, когда Достоевский уже оставил этот мир, – XX век, столь многострадальный для России и ее народа. Рассмотрим с точки зрения исторической или даже узкодемографической. Выводы, кажется, будут интересными.

Русско-японская война – 270 тысяч убитых или искалеченных, Первая мировая война – около семи миллионов жертв, страшное число! Подчеркнем, что погибшими тут сделались преимущественно молодые и здоровые мужчины, подавляющее большинство которых были неженатыми, а потому, естественно, ушли из жизни бездетными. Значит, тут убивались не только участники кровавых событий, но и их неродившееся потомство. Далее – ужасающая Гражданская война, число жертв которой никогда не будет точно установлено, однако счет тут следует вести на многие миллионы. Один лишь сыпной тиф косил всех: старых и юных, сильных и слабых. Итогом той междоусобной бойни был выброс из страны около двух миллионов эмигрантов, преимущественно опять-таки молодых мужчин. Огромное большинство их бесследно растворилось в чужой среде.

А потом: уничтожение священства и работящего крестьянства, сколько их пошло на смерть – пока не известно. Далее – так называемые жертвы «тридцать седьмого года». Долгое время эта тема была вотчиной нынешних, а ранее сугубо партийных «демократов». Теперь-то положение изменилось, и на данную тему можно говорить спокойно и объективно. Выскажу свое сугубо личное мнение: товарищей Троцкого и Тухачевского жалеть нам нечего, они получили в конечном счете то, что заслужили. Только вот трагедия – за ними пошли гекатомбы «троцкистов», которые и словом не слыхали о своем «вожде», а также великое множество командиров, старших и младших, здоровых физически и нравственно мужчин, а их семьи… Ну, тут даже не следует продолжать.