— Тренируемся, — ответил юноша, — готовимся к битве.

Я отстранилась от него, строго взглянув в глаза.

— Тебе обязательно было портить это чудесное утро?

— Битва неизбежна, рано или поздно мы сразимся с Морганой, поэтому мы решили напасть первыми. Так у нас больше преимуществ.

— Нет, Роберт, так не пойдет. А если ты пострадаешь? Я ведь не прощу себе никогда, если из-за меня ты будешь ранен или, что еще хуже, погибнешь…

Он положил палец мне на губы, обрывая речь.

— Нас шестеро, а их всего трое, плюс я и Стефани пользуемся магией. Ничего не случится.

— Ты не можешь гарантировать этого. Вы не знаете тех мест, да еще и не до конца уверены, где точно находится Моргана.

— А Стефани нам для чего? Как только мы хоть на милю приблизимся к Охотнице, сестра быстро ее обнаружит. Мысли нас всех выдают, и Моргана не исключение.

— Тогда я пойду с вами, — твердо решила я.

— Нет, исключено, — лаконично отрезал он.

— Я буду беспокоиться о тебе, я места себе не найду, пока вы будете сражаться насмерть.

Он притянул меня к себе, преодолев мои сопротивления, и нежно поцеловал в лоб.

— Не думай об этом.

Я обняла его, положив голову на плечо, провела рукой по напряженной спине и здесь обнаружила кое-что интересное: слова на чужом языке, высеченные в столбик на левой лопатке. «Est semper verum. Semper idem. Semper. Itur ad astra» — гласила надпись.

— У тебя что, есть наколки?

— Да, несколько.

— И как это переводится? — поинтересовалась я, проведя пальцами по каллиграфическим буквам.

— Всегда верен. Всегда тот же. Всегда готов. Таков путь к звездам.

— А еще есть?

Роберт повернулся боком и поднял руку. Я увидела еще одну надпись, тянувшуюся вдоль бока от подмышки до бедра — «Amor means dolorem sentire non est praeter».

— Какой это язык?

— Латынь, мертвый язык.

— И что означает?

— Любить — это значит чувствовать боль, когда ее нет рядом, — перевел он.

Я задумалась: после какого опыта он сделал эту надпись? Спрашивать побоялась. Может, она адресована той девушке, которую он раньше любил? Я никогда не спрашивала его о ней, а он, рассказывая мне о своей жизни в общих чертах, всегда старался уходить от этой темы, насколько это было возможно. Я аккуратно поинтересовалась у Адама о его бывшей любви, на что тот настоятельно посоветовал мне не вмешиваться. Очевидно, для Роберта это больная тема, потому я приняла решение опустить все подробности.

Роберт вытянул правую руку и, развернув ее тыльной стороной, показал еще одну тату-надписать.

— Belau in me, — прочел он по-латыни и сразу же пояснил: — Монстр во мне.

Я вскинула брови.

— Монстр в тебе? С какой стати?

Юноша живо убрал руку и, не смотря на меня, кратко произнес, желая прервать расспросы:

— Не думай об этом. — А после подхватил меня и с лисьей ухмылкой спросил: — Ну что, готова встретить этот день во всей красе?

Мы вышли к остальным, успев на бой Стефани против Брайана.

— Выкладывайтесь на полную, — говорил Габриэль — главный «тренер» — стоящим друг напротив друга Стефани и Брайану. — Стефани, ты можешь применять магию.

— Черт, Габриэль, это же нечестно! — возразил блондин. — Она так быстро меня одолеет!

— Я и без колдовства тебя на лопатки уложу, — ухмыльнулась Стефани и ринулась на него.

Брайан среагировал молниеносно: уклонился в бок и моментально сделал выпад в сторону, однако Стефани, похоже, знала его дальнейшие действия, так как подпрыгнула вверх и, оттолкнувшись от плеча Брайана, перелетела через голову, плавно приземлившись за его спиной. Парень выругался, но не успел даже обернуться, как маленькая колдунья проворно прошмыгнула под него и нанесла удар ногой прямо в солнечное сплетение, отчего противник отлетел на пару метров.

— Ох! — я присела на землю. — А разве это не опасно?

Адам стоящий неподалеку рассмеялся:

— Принцесса, ты забываешь, что мы не люди.

— Почему он называет меня «принцессой»? — шепотом спросила я у Роберта, кивая на Оуэна, который поддерживал Брайана громкими фразами.

— Адам любит давать прозвища.

Я перевела взгляд на Стефани и Брайана.

— А она неплохо обходит его, — заметила я.

— Стефани читает его мысли, что позволяет ей предугадать каждое его движение.

Тем временем Брайан пошел на таран. Он вцепился в девушку, потащив ее вперед, а она обхватила его за спину, пытаясь остановить натиск. Брайан уверенно теснил ее к дереву, однако Стефани, опять перелетев поверху, через спину перекинула юношу, ударив его всем корпусом об землю так, что в почве под ним образовалась вмятина, сама же села верхом на Брайана и двумя резкими ударами в обе его руки лишила их функций движения.

— Стоп! — крикнул Габриэль. — Стефани победила! — объявил он, и мы взорвались овациями.

После этого Стефани вернула чувствительность рукам Брайана и отошла в сторону, присев на ступеньки дома. Вся ее одежда — спортивная майка ниже пояса и треники — были в пыли, несколько темных прядей волос выбились из высокого хвоста.

— Следующая пара! — раздался голос Габриэля. Он оглядел присутствующих и тут остановился на мене и Скотте. — Вы, оба, на поле! — приказал он, махнув рукой.

— Я? — заикаясь, переспросила я. — Но я не буду сражаться!

— Пару приемчиков ты должна знать, — отозвался Габриэля, — на всякий случай.

— Идем, — Роберт поднялся на ноги, разминая руки, — сразимся.

— Принцесса, — промолвил Адам чуть Роберт отошел, — давай, покажи этому засранцу, что и девушки могут сражаться! Покажи всё, чему я тебя научил.

Пошатываясь, я поплелась за Скоттом.

— Ты ведь это не всерьез, да? — простонала я.

Роберт внезапно остановился и, развернувшись, оказался прямо передо мной, не давая пройти. Я застыла на месте, едва не врезавшись в него. И здесь он нанес первый удар: замахнулся рукой в голову.

— Ты должна быть всегда готова к нападению, — сказал парень, опустив руку. — Ты только что умерла.

Я хмыкнула, отошла от него на пару шагов и встала в оборонительную позу. Адам кинул мне деревянный меч.

— Только не сильно бей, иначе на щепки разлетится, — предупредил он и подмигнул.

— Начали! — Габриэль хлопнул в ладони.

Роберт ринулся на меня с вампирской скоростью, тем не менее я ожидала этого, потому, обогнув его со стороны, нанесла удар «мечом» в спину, однако Скотт соскользнул в сторону, и мое оружие воткнулось в землю.

— Убита, — услышала я голос над самым ухом, чувствуя его пальцы на своей шее.

Я обернулась и вновь попробовала его атаковать, да Роберта след прослыл. Миг спустя он неожиданно материализовался рядом, схватил меня за руку, подставил подножку, из-за чего я повалилась на траву.

— Убита, — объявил Роберт, насмешливо улыбаясь.

— Мне это надоело! — прорычала я, скинув ногу юноши со своего колена.

— Правда? Тогда попробуй победить меня.

И его фигура вновь растворилась в воздухе.

Я живо вскочила на ноги, закрыла глаза и прислушалась. На него работает скорость, но на меня — слух. Шелест справа. Я распахнула глаза и, положившись на интуицию, направила свое оружие в сторону, где только что ощутила вибрацию в воздухе. И не ошиблась. Острие меча воткнулось как раз в оголенную грудь Роберта, остановив его.

— Убит, — победоносно улыбнувшись, повторила я за ним.

— Стоп! — раздался голос Габриэля. Он приблизился к нам, положив свою ладонь мне на плечо. — Молодец! — одобрил он. — Челси выиграла!

Семья одобрительно загудела — громче всех аплодировал Адам, — я отошла от Роберта.

— Неплохо, — кивнул мне Скотт, переведя дыхание, когда я убрала клинок от его тела.

Следом за нами бились Альваро и Элеонор. Было удивительно смотреть, как муж и жена делают выпады и обороняются — ни один не уступал в мастерстве. Габриэлю пришлось остановить состязание, объявив ничью. По улыбкам мистера и миссис Скотт стало понятно, что равный счет не в новинку для них. Борьба пошла по второму кругу. В следующем ринге партнеров распределили так: Брайан — Альваро, Роберт — Адам, Брайан — Элеонор и еще раз Элеонор, но против Стефани. Меня решили оставить в стороне, потому что уже главную битву я выиграла. Я особо и не возражала, без единого звука следя за спаррингами. Младшую сестру Роберта нигде не было видно. Подняв голову, я нашла глазами окна ее комнаты, плотно закрытые темными шторами. Интересно, что она делает?