Но больше всего вампира волновало не мнение королевских приближенных, а то, как ко всему отнесется сам Демур. Реальность богов заставляла относится к ним совершенно иначе, чем Александр привык, и некоторая оторопь присутствовала, хотя и не мешала делу. Сгладить фашистские идеи Светлой Церкви и показать людям другой взгляд на иные расы – эти два факта были основополагающими в плане вампиров по легализации. Отступать было нельзя, даже если божество вдруг будет против.

Пока обсуждали мартианство и возможные последствия для Элура от основания собственной церкви, прошло некоторое время, и к совещающимся присоединился граф Нури, который успел вправить сыну мозги и заявил о том, что Людовик все осознал и готов добровольно отречься от трона. При этом будущий канцлер стал единственным, кто высказался резко против мартианства, обосновав это тем, что все воспримут подобный шаг как попытку герцога Каса обелить своих гномов за ту резню, что они устроили под стенами Касии. Ведь мартианство прежде всего известно своим мягким подходом к нелюдям.

– Да плевать, как это воспримут! – раздраженно произнес Александр, – Самое главное не получить в страну армии вторжения под предлогом восстановления прежнего порядка, и сейчас у нас просто идеальные условия для этого. Церковники сами подставились, отказавшись признавать Карла. Армия Шореза разбита. Армия Гарна разбита и их принцы у нас в плену. Валерия будет на нашей стороне, так как наши действия законны.

– Но остаются Ильхори и Ород, – напомнил Нури.

– Ильхори не имеют даже пары нормальных полков сухопутной армии, а Ород и так собирается к нам вторгаться!

– И зачем давать им моральное преимущество? Они не дураки и разыграют религиозную карту на полную катушку.

– Пускай! – отмахнулся вампир, – Их вторжение не очень опасно.

– Не опасно?! – Нури аж запнулся от возмущения. – Да на границе просто нет боеспособных войск!

– Это сейчас нет. К лету следующего года мы восстановим оборону западной границы.

– Но вторгнутся-то ородцы не к лету!

– Ну почему, – Александр расплылся в довольной улыбке, – Немного золота одному, чуток золота другому – и вот уже при королевском дворе Орода существует сильная партия, выступающая против войны с нами. Тем более, такая партия там и так есть. Не все хотят воевать. И голос тех, кто призывает получить с Элура политические дивиденды без войны, звучит очень громко.

– Значит мы может купить мир? – у Нури не было своих агентов в Ороде и о положении дел у соседей он не знал даже когда правил Элуром вместо сына, – И сколько нам это будет стоить?

– Не так много. Да и покупать мир не надо. Надо задержать начало войны до лета, пока мы не подготовимся.

– Но зачем нам вообще воевать, если в Ороде сильны позиции тех, кто за мир?

– Нам нужно несколько лет на упрочнение позиции наших патриархов мартианства. Для этого соседи должны быть нами разбиты, чтобы у церковников не было даже возможности организовать армии против нас, – пояснил вампир, – Ородцев мы разобьем легко. К следующему году у нас будет достаточно людей в армии, чтобы можно было отказаться от гномов. Поэтому их я призову на границу с Ородом. В обороне коротышки особенно хороши, а как они умеют перемалывать армии людей вы видели лично.

– Я все равно против.

– Это ваше право, граф, но решение будет принимать король.

Взгляды присутствующих скрестились на Карле. Принц сначала смутился от такого внимания, но быстро взял себя в руки.

– Мне нравится идея герцога Каса объявить мартианство официальной церковью Элура наравне со Светлой Церковью, – спокойно заявил Карл, – Вызывайте в Касию архиепископов-мартианцев, пусть создают свою организацию.

– Она у них и так есть, – признался Александр, чем изрядно всех удивил, – Надо просто сделать ее официальной.

– Сделаем! – принц хлопнул в ладоши, – Обязательно сделаем. Это ваше предложение, герцог, я принимаю. А теперь поговорим об отречении Людовика и моей коронации.

*****

Зайдя в село под видом отпущенного монаха, вампир привычно осмотрелся, после чего отправился в местных кабак и уже через час знал все и обо всем. Отыграв свою роль до конца, довольный мужчина снял комнатушку на ночь и, укрывшись в ней, с удовольствием растянулся на жесткой кровати. Придуманный буквально на коленке план нравился изначальному вампиру все больше и больше. Опостылевшая работа по охране раскопок тем не менее сделала его чуть более гибким и хитрым. Привычно полагающиеся на собственную силу вампиры иногда забывали о других способах решения проблем, но прямые действия были не всегда возможны при отпугивании людей от тайны развалин древней расы. Поэтому стоило разведчику только пронюхать про огромный табор эльфов – беженцев из Великого леса, как он тут же сделал стойку, а уж когда узнал подробности…

Ушастые шли в Элур! Одна эта новость заставит триумвиров чесать себе затылки! Но куда более сенсационной была новость о том, что церковь решила уморить нелюдей голодом и издала прямой запрет на торговлю с ними любыми продуктами питания. Любой, кто посмеет продать эльфам хоть кусочек хлеба, отныне рискует нарваться на гнев всемогущих священников. И беженцы уже почувствовали на себе все последствия этого решения. В обозе уже недоедали, а в скором времени эльфам и вовсе грозил голод.

Достав амулет связи, разведчик улыбнулся и впервые в жизни напрямую связался с алукардом. Почти два века он мечтал это сделать, и желание наконец осуществилось. Причина для срочного вызова была. И был план!

– Слушаю, – раздался раздраженный голос Константина.

– Доброй ночи, экселенц, это Роман из охраны раскопок.

– Доброй ночи, Роман, – голос алукарда моментально смягчился, так как право прямого вызова высшего руководителя было позволено рядовым вампирам только в самых крайних случаях, да и самого Романа он хорошо знал, так как тот был одним из тех, кто попал в мир детьми.

– Экселенц, я тут наткнулся на беженцев-эльфов, остатки касты Воинов.

– И?

– Их примерно пятьдесят тысяч, и они направляются в Элур.

– Чего? – даже по амулету связи было понятно, что глаза триумвира реально полезли на лоб.

– Они решили переселиться на север Элура, то есть к нам под бок, но это еще не самое главное.

– Есть еще более интересная информация?

– Верно. Церковь решила морить их голодом. Продажа еды эльфам под полным запретом.

– Ну, это не так страшно. Есть охота, подножный корм, да и купцы никогда своего не упустят. Говоришь, их пятьдесят тысяч?

– Верно, экселенц.

– Спасибо за информацию, Роман, – Константин стал заканчивать разговор, – Хорошая работа.

– Одну минуту, экселенц! – быстро проговорил разведчик, – У меня есть предложение.

– Ну, говори, – голос триумвира вновь стал раздражительным.

– Я думаю, нам стоит помочь эльфам. Они конечно твари, но вскоре начнут голодать и ради еды будут готовы на все. Если мы в этот момент предоставим им продовольствие, причем не за деньги, а как помощь, то можно будет привязать их к себе, как гномов. На чувстве благодарности и все такое. Это же воины, и честь для них важней всего. За свое спасение они нам…

– Я понял, Роман, – оборвал вампира Константин, – Идея интересная, я выскажу ее на Совете.

– Благодарю, экселенц.

– У тебя все?

– Да. Доброй ночи, экселенц.

– Доброй ночи.

Связь прервалась, и разведчик, спрятав амулет, посмотрел на потолок. Детская мечта осуществилась, а если его предложение примут… Можно будет рассчитывать на более интересную работу, чем охрана раскопок. А в том, что Триумвират согласится с его идеей, у Романа не было никаких сомнений. Гномы это хорошо, а гномы и эльфы – лучше!

*****

Коронация прошла буднично и как-то скомкано. Даже отречение Людовика было обставлено куда более помпезно и празднично, а вот с церемонией возведения на трон нового короля вышла промашка. После объявления о том, что отныне Мартианская церковь имеет в королевстве те же права, что и Светлая Церковь, и именно священнослужители мартинства будут участвовать в коронации, часть знати просто побоялась прийти на церемонию, а другая часть не знала как себя вести. Любая ересь всегда была для знати чем-то опасным, и заигрывать с церковью позволяли себе только самые сильные или самые глупые. Теперь же в королевстве официально было целых две церкви, и хотя обе провозглашали веру в одного бога, всем было понятно, что мирным это сосуществование не будет. А уж столь явное предпочтение мартианства со стороны нового короля, выразившееся возложением короны руками именно мартианца, и вовсе сделало всю ситуацию напряженной.