Я хихикаю и прячу голову. В тот день, когда Клэр узнала, что я уезжаю, она умоляла меня об этом. Ее задание начинается через неделю после моего, и она уже планирует нашу вечеринку «Добро пожаловать в Шарлотт».

– Биззи, не могу выразить, как я горжусь тобой и тем, что ты принесешь персоналу в Шарлотте, но ты уверена, что хочешь этого?

Эви знает... Эви знает все. Она была с Ники и его родителями, когда они получили известие, что он чист. Она также была со мной и моими родителями, когда я получила ту же новость. Она встретила меня с распростертыми объятиями, когда я переезжала с этажа на этаж, и с четырнадцати лет знает о моей влюбленности в Шоу.

– Да, я действительно взволнована.

– Ты была во время похорон Грея. Его родители все еще хвастаются тобой перед администрацией. Если тебе что-нибудь понадобится, звони без колебаний.

Мои глаза и нос начинают жечь, потому что эта женщина сформировала мою жизнь. Из-за нее я стала медсестрой. Среди прочего…

– Обязательно. Я позвоню.

Она протягивает мне маленький конверт. Когда я открываю его, у меня перехватывает дыхание. Он заполнен фотографиями меня и Ники, сделанными много лет назад. Хорошие, плохие и уродливые.

– Где ты их взяла?

– Я сохранила их. Если ты посмотришь, то увидишь некоторые из всех семей, включая вас и Шоу. Я думаю, они важны для тебя, чтобы взять их с собой.

– Они бесценны, – я прижимаю их к груди и снова борюсь с нахлынувшими эмоциями.

– Иди и убирайся отсюда. Увидимся через несколько недель, когда я буду в Шарлотт.

Она отмахивается, но я успеваю заметить блеск в ее глазах.

Я очищаю свой шкафчик и перекидываю рюкзак через плечо. Проходя мимо, Клэр надувает губки и пинает меня в голень. Она хочет уехать со мной завтра. Держу пари, она будет менее раздражена, когда узнает, что мы остановились в меблированной квартире.

Я сворачиваю за угол и останавливаюсь как вкопанная. Саша Крейн прислонилась к сестринскому посту, положив руки на округлившийся живот, и смотрит в коридор.

Черт! Лифты и лестница позади нее. Нет способа сбежать, не пройдя мимо нее. Кроме того, мне действительно нужно добраться до компьютера персонала, прежде чем уйду. Видя ее в дизайнерском костюме и туфлях на высоких каблуках, с длинными волосами, ниспадающими на плечи, я чувствую себя неловко в своей медвежьей шкуре, но заставляю себя выбросить это из головы. От мыслей о том, что она сказала Шоу, и о том, через что она его заставила пройти, у меня кровь закипает в жилах.

Без сомнения, она здесь, чтобы попытаться запугать меня, снова. Но этого не случится сегодня или никогда. Я проглатываю кипящий гнев и иду прямо к столу, поворачиваю за угол и подхожу к компьютеру.

Я чувствую ее смертельный взгляд, но не поднимаю глаз.

– Ты всегда хотела того же, что и я.

Я игнорирую ее заявление и яростно печатаю, посылая быстрое прощальное сообщение моим коллегам.

– Не игнорируй меня, Лизбет Гастингс!

Я поднимаю глаза и одариваю ее своей самой сладкой улыбкой.

– Вы пришли к пациенту?

– Нет, черт возьми! Я здесь, чтобы сказать тебе, держать свои жадные руки при себе и оставить Рена в покое.

– Ну, если вы здесь не для того, чтобы увидеть пациента, вы заблудились?

– Хватит притворяться! Пора нам с тобой поговорить.

– Это невозможно. Мне посоветовали не разговаривать с вами без свидетелей. Если вы хотите поговорить, я бы посоветовала вашему адвокату позвонить Колдуэллу, и это можно устроить.

– Чушь собачья! Бойфренды, друзья, женский клуб – ты хотела того же, что и я. На этот раз ты зашла слишком далеко. Я буду терпеть то, что ты дружишь с Ником, но я никогда не позволю моему ребенку быть рядом с тобой.

Я не могу сдержать смех, который срывается с губ, и это еще больше ее бесит. Как будто ее шестое чувство включилось, Клэр мгновенно оказывается рядом со мной. Не видела, как она подошла, но никогда в жизни не была так рада видеть ее.

– Что здесь происходит? – холодно спрашивает она.

– Саша Крейн умеет появляться на рабочем месте без предупреждения и приглашения. Короче говоря, она здесь, чтобы сказать мне, держаться подальше от Шоу, и я объяснила, что мне посоветовали не говорить с ней без свидетеля.

– Я буду чертовым свидетелем. Или я могу вызвать охрану. Ваше решение.

– Мне бы хотелось, чтобы ты выслушала, что я скажу. Почему-то, когда Саша их повторяет, все как-то неправильно истолковывается, – я поднимаю бровь, смотря на Сашу, наслаждаясь ее разгоряченным лицом. Это начинает доставлять удовольствие. – Во-первых, мне кажется забавным, что ты считаешь, будто у тебя есть выбор между мной и Ники. Ты ничего не диктуешь в моей жизни, особенно в моих отношениях. В любой части. Что касается того, чтобы быть рядом с вашим ребенком, это дело твое и Шоу. Он всегда заботился о вашем ребенке.

– Думаешь, я не понимаю, что ты делаешь? Используешь его доброту и жалость? Вот что это такое – жалость. Тебя всегда жалели. С тех пор как мы были подростками, ты хотела быть похожей на меня. Твоя одежда, твои волосы... я видела это, когда все смотрели в другую сторону, потому что ты была больна. Но все кончено. Одно дело пытаться украсть моего парня в школе, но совсем другое – пытаться украсть отца моего ребенка. Рен будет посмешищем для своих друзей, деловых партнеров и всего сообщества, если он покажется вместе с тобой. Это то, что ты хочешь? Погубить его? Связать его с тобой только потому, что ты ревнуешь ко мне?

Клэр шипит рядом со мной, и я изо всех сил стараюсь не шевелиться. Ее слова ранили, но это то, чего она хочет. Увидеть, как я забираюсь в себя и убегаю, поджав хвост.

Она потерпит неудачу, потому что я больше не та девушка. Теперь я женщина с карьерой и мужчиной, который даже лучше, чем я всегда мечтала. Пристально смотрю ей в глаза и вижу, как в них закипает ревность. Она напугана. Впервые в жизни я одержала верх. И Саша это знает.

Как бы сильно я не хотела наброситься на нее, подразнить своими отношениями с ним, дать ей знать, что переезжаю, и мы продолжаем нашу совместную жизнь, я воздерживаюсь. Вместо этого, заканчиваю письмо. Клэр неподвижна, как камень, за исключением ее руки, которая дрожит на телефонной трубке, готовая вызвать охрану. Я смотрю на нее, давая понять, что со мной все в порядке, и поворачиваюсь к Саше.

– Я не собираюсь этого делать. Ты зря потратила время, придя сюда.

У меня вертится на языке сказать что-то еще, но останавливаю себя. Она так напряжена, что я боюсь за ребенка. Последнее, что ему нужно, чтобы я ввязалась в словесную перепалку с его мамой, и она обвинила меня в стрессе.

Я целую Клэр в щеку и шепчу, что позвоню ей позже, а потом иду к лестнице.

Ее слова звенят у меня в ушах, но я держусь, пока не сажусь в машину. Потом кричу все гадости, которые хочу ей сказать, пока не охрипну. Приятно выпустить пар, но мне бы хотелось прокричать все это ей в лицо.

Всю дорогу до пристани одна и та же мысль не выходит у меня из головы.

Что со мной случилось? Как моя жизнь вышла из-под контроля?