— Ты будешь где-то недалеко?

— Нет, просто, когда тебя здесь обнаружат одного и без сил, тебе только и останется, что кричать.

— Ах ты… — люмитанец оскалил зубы и рассмеялся. — Значит, бросишь меня на произвол судьбы? Да ты еще хуже, чем голая бринрорка.

Неожиданно, люмитанец увидел протянутую ему руку. Он непонимающе посмотрел на Джорелла.

— Позволишь человеку вытащить тебе победу, или же докажешь, что ты настоящий люмитанец? — эти слова прозвучали для люмитанца, как нечто большее, чем просто вызов. Этими словами Джорелл воззвал к его нутру, гордости, люмитанец схватил человека за запястье и тот помог ему подняться.

Они стояли и смотрели друг на друга, продолжая держаться за руки.

— Пусть мы с тобой враги, но сейчас, это не имеет значение, сейчас, наши жизни зависят друг от друга. Я не позволю умереть своему напарнику, каким бы гавнюком он ни был, но и вытаскивать для тебя победу, пока ты будешь здесь прохлаждаться я также не собираюсь.

Люмитанец почувствовал, как ему становится лучше, а сила возвращается в его тело. Он посмотрел на их руки, а затем с ошеломленным взглядом посмотрел на Джорелла, который передавал ему часть своей силы.

— Я был уверен, что вы, люди — это жалкая ошибка, которая вылезла наружу и теперь угрожает нашему народу позором, но… — люмитанец хотел договорить предложение, но не хотел, чтобы слова предательства вылетели из его уст.

— Помолчи, просто возьми мою чертову силу и пошли размажем парочку голов. Что скажешь?

Люмитанец покрепче обхватил Джорелла за запястье и вплотную приблизился к нему.

— Я и сам хотел уже предложить, черт побери. Первый в мире союз человека и люмитанца, и пусть все остальные обосруться от ужаса.

В живых осталось лишь два участника из разных пар, которые решили объединиться, так как прекрасно умели считать и знали, что в живых остался, как минимум один боец из двух пар, что исчезли вдали в самом начале этапа.

— Идут! — прокричал делдаркец и подставил свой клинок перед собой, тем самым заблокировав мощный удар люмитанца, который появился перед ним в этот момент.

Джорелл шел на подлый замах со спины, но второй оставшийся в живых делдаркец спас своего напарника, выстрелив в человека сгустком оранжевого илуния. Джорелл подставил руку и рассеял силу так же, как в битве с легионом Эдера, но поток был такой силы, что снес его на огромное расстояние, сметая землю на своем пути. Начав выпускать илуний из своих ног в качестве обратной тяги, Джореллу удалось затормозить полет и вернуться в строй. Люмитанец бился против двух делдаркцев, уйдя в глухую оборону.

Оба противника одновременно вдарили со всей силы по щиту и люмитанец на мгновение потерял равновесие. Делдаркцы обошли его с двух сторон и, вытянув руки, создали между своими ладонями нить из илуния, которая была чертовски остра и прочна.

Люмитанец бросил все силы, что дал ему Джорелл на укрепление щита и смог замедлить нить, но постепенно, она все равно продолжала разрезать щит. То, что происходило на экране, казалось зрителям мимолётным, но для воинов, за этот миг могло произойти тысячи движений, и люмитанец наблюдал, как нить разрезает понемногу щит, пока тот, укрываясь им, падает на землю.

Наконец, рядом с троицей поравнялся вернувшийся Джорелл. Он схватил одного из делдаркцев за голову и мощным ударом ребром ладони буквально срубил голову противнику. Нить исчезла и люмитанец не мог допустить того, чтобы Джорелл сделал всю работу за него. Поэтому, он со всей дури вдарил своим щитом делдаркцу по голове и тем самым дезориентировал, после ловко раскрутился в воздухе, и голова второго делдаркца слетела с плеч от меча люмитанца.

Со спокойной душой люмитанец рухнул на землю. Едва это произошло, как голубое свечение озарило Джорелла и его напарника, и они снова оказались посреди стадиона. Планетарцы всех рас восхваляющими криками встретили победителей.

Толпа ликовала, а Джорелл не мог поверить своим глазам. Чувство победителя охватило его, чувство, будто он некое божество. Джорелл быстро пришел в себя и подошел к люмитанцу.

— Долго еще собираешься здесь лежать? Тут, вроде, чествуют нас, так что не хрен тут валяться, — Джорелл в шутку пнул люмитанца по ноге.

— Ты иди, я пока полежу на этом прекрасном песочке, который пропитался и провонял кровью.

— Как знаешь, — Джорелл снова молча ушел с песка, но на этот раз, под бурные аплодисменты в его честь.

— Я знал, что его победа в первом раунде не случайность, — довольный самим собой произнес Белиндор.

— Хм, если все люди, такие, как этот, то мне хотелось бы поглядеть каким будет будущее. Признаюсь, этот человек сильно удивил меня, — Хартэн слегка поглаживал свой подбородок, просматривая лучшие моменты только что прошедшего боя, которые крутили, пока новая десятка готовилась к выходу.

— Ну, чего вылупился, давай сюда мою награду, — вдруг сказал Белиндор бармену.

Тот хмуро посмотрел на него и затем угрюмо повернулся к сейфу за спиной, откуда достал пятьдесят полноценных илунов, переливающихся всеми цветами и отдал бринроку.

— Идите к папочке, — Белиндор сгреб кучу момент себе в огромную ладонь и посмотрел на Хартэна, чей рот был открыт от удивления.

— За какие это заслуги ты столько получил?

— Так бывает, когда ставишь на победу человека, — Белиндор укусил монету и затем подкинул её вверх большим пальцем.

Хартэн недовольно фыркнул и встал из-за барной стойки, направившись к себе в апартаменты. Остальные бои ему были не так интересны, как и Белиндору.

Джорелл прошел в раздевалку, где его ждал Дутанор и Лонут.

— Ты был чертовски хорош, — улыбнулся тот и подойдя ближе к товарищу, они крепко обнялись. — Линтранд гордился бы тобой, а Ильмарион уже б сочинил песню о твоем подвиге.

— Я бился за их память, — сказал Джорелл и затем посмотрел на стоящего рядом Лонута.

— Это был прекрасный бой, я уверен, что теперь все будет иначе, — илкарец улыбнулся и Джорелл слегка засмеялся. Он всегда так делал, когда его начинали хвалить, это было что-то вроде защитного механизма, чтобы не покраснеть от смущения.

К троице друзей наконец вернулась дружба, вернулся смех, который испугался и убежал, когда миллиарды людей и целая империя илкарцев пали на его глазах. Когда в жизни пропадает радость и остается лишь гнев, ты начинаешь лишь существовать, проглатывая однообразные серые дни и все глубже увязывая в пучине этого безумия.

В раздевалку зашел напарник Джорелла, и троица уставилась на него.

— Господа, это мой напарник, прошу любить и жаловать.

Люмитанец не ожидал найти здесь Джорелла, да еще и с друзьями, от чего тут же растерялся. Дутанор и Лонут посмотрели на люмитанца и первый подошел к напарнику вплотную. Люмитанец чувствовал, что Дутанор тоже не промах и может за себя постоять.

— Как твое имя? — вдруг спросил юноша.

— Зарблэ̀йн, — гордо ответил люмитанец.

— Спасибо, что помог Джореллу победить, — Дутанор протянул люмитанцу руку и тот с любопытством посмотрел на неё.

— Это обычай людей, пожимать чью либо руку, когда с кем-то знакомишься или заключаешь сделку, — пояснил Джорелл и люмитанец протянул руку в ответ.

— Хмм, интересный обычай… будто…

— Будто между вами появляется связь, — перебил его Джорелл, уже зная, что скажет люмитанец.

— Да, именно это я и хотел сказать. Так, значит, тебя зовут Джорелл? — люмитанец подошел к нему вместе с Дутанором.

— Верно, это мое имя.

Люмитанец протянул Джореллу руку, и тот, улыбнувшись, подал ему свою в ответ.

— Как я и сказал, первый в мире союз человека и люмитанца. Моя раса ошибалась и пусть теперь они меня убьют за это, но я не отступлюсь от своих убеждений.

— Пусть попробуют, мы не бросаем своих в беде, — грозно произнес Лонут.

— Ну все, мне надоело тут стоять, пора выпить! За дружбу! — мощным басом крикнул Зарблэйн и под общее одобрение троица направилась напиваться.