— Но есть ли какой-либо способ выгнать прежнего владельца души? Это вообще возможно? — Кэз перечитал всю возможную литературу по искусству потрошителя и даже проводил собственные исследования, но ни о чем таком не знал.

«Хм. Подчинение тела потусторонней сущностью, возможно ли, что это… Нет, бред, но все же… Что если я прав? Кто-то должен проверить мою догадку», — Джорелл посмотрел на Марендрайта глазами, в которых хранитель увидел возможные ответы на вопросы.

— Марендрайт, тебе что-нибудь известно про обряды экзорцизма? — четверка удивленно уставилась на Джорелла.

— Экзорцизм? Хм, это слово кажется мне до боли знакомым, но вот только…

— Только, что?

— Дай мне минутку.

Хранитель отвернулся и замер в одном положении. В этот момент он прочесывал свою память при помощи силы. Наконец, спустя полминуты Марендрайт вернулся в реальный мир.

— Да, я знал, что слово мне определенно знакомо. Латланцы упоминали про этот обряд, но из-за войны не успели передать нам его важность. Тебе известно, что это за обряд?

— Он изгоняет демонов, которые пытаются захватить тело живого человека.

— Демонов? — Марендрайт поднял брови от удивления.

— Да, так у нас называют разные потусторонние сущности и есть специально обученные монахи, которые изгоняют их, когда те пытаются завладеть телом живого человека.

— Я не понимаю, причем здесь сраный экзорцизм, и моя ситуация? — немного отчаянным и раздраженным тоном спросил Дутанор.

— Спокойно, юноша, кажется, я начинаю понимать, к чему ведет Джорелл, — Марендрайт посмотрел на Джорелла и на его лице стала проступать улыбка.

— Может, кто-нибудь просветит славного дядюшку Кэза? — делдаркец вытянул руки в стороны. — Что, никто?

— Я думаю, что душами людей пытались все это время завладеть не демоны, а те, кому их души раньше принадлежали… — медленно произнес Джорелл, чтобы остальные успели профильтровать информацию.

— А те, чье тело они пытались занять, были вагантем анима? — спросил наконец оживший Дутанор.

— В точку, — Джорелл щелкнул пальцами в сторону Дутанора. — Я никогда не верил в подобную хрень, но теперь, если покопаться и откинуть предрассудки, это может сработать. Должны же быть объяснения их странным кривлянием, когда священник читает над ними молитву. Марендрайт, в вашей истории были подобные случаи, когда с планетарцами начинали происходить абсолютно непонятные вещи? Будто бы они превращались совсем в других личностей.

— Да, я припоминаю множество таких случаев, но мы все списывали на психические расстройства, что тоже вполне возможно.

— Мне кажется, что парочка случаев все же были попыткой завладеть своей душой обратно. Вот только, как какие-то там слова могут повлиять на бывшего обладателя шестнадцатого круга…

— Думаю, что никак, здесь есть что-то еще, я уверен, — задумчиво произнес хранитель.

— Пф, это уже что-то совсем невероятное, мы теперь не мастера кругов, а гребаные охотники за привидениями.

— Ты бы помолчал, Дутанор, сам эту кашу заварил, а мы теперь все тут расхлебываем эту дерьмопохлепку.

Юноша что-то фыркнул себе под нос и с тяжелым вздохом облокотился на спинку дивана.

— Даже, если ты прав, у нас нету этих обрядов, а до вашей планеты нужно добираться минимум несколько дней по кротовой норе, — напомнил всем хранитель, чем очень озадачил всех присутствующих.

— Нужно, что бы кто-то слетал к нам на планету и все разузнал там, как следует. Я не могу, Дутанору тоже нужно остаться здесь и быть под моим и надзором Кэза, остается… — все не спеша повернули свои голову в сторону Лонута и тому на секунду показалось, что на их лицах промелькнули зловещие улыбки.

— Вот же… — все восприняли этот ответ Лонута, как согласие.

— Вот же… — все восприняли этот ответ Лонута, как согласие.

— Значит решено, будем ждать, что интересного сможет разузнать Лонут, — Марендрайт не спеша направился обратно за свой стол.

— Лонут, я подготовлю для тебя корабль, приготовься вылетать через пару часов.

Кэз посмотрел на илкарца, и тот одобрительно кивнул.

— Раз у всех есть свои задания, попрошу оставить меня и Джорелла наедине, — Марендрайт наклонился вперед, облокотившись на стол.

— Да, конечно. Увидимся дома, — сказал Лонут своему товарищу, и троица зашла в лифт. Джорелл окинул взглядом задумавшегося Дутанора, который был полностью погружен в свои мысли. Лифт тронулся с места и помчался в низ.

— Так, что-то случилось? — спросил Джорелл, смотря на хранителя.

— Я хотел бы поговорить с тобой по счет нашего уговора.

— Конечно, я весь во внимании.

— Ты хорошо подумал? Ведь пути назад не будет, — Марендрайт смотрел на Джорелла своим пронизывающим взглядом, слегка нахмурив брови.

— Вы выполнили свою часть договора и благодаря тому, что поменяли правила в том бое, Зарблэйн все еще жив. Теперь очередь за мной, я поклялся служить вам до самой смерти и сдержу обещание.

— Очень хорошо, такой ответ я и ожидал услышать.

— Значит, у вас уже есть какое-то задание для меня? — Джорелл посмотрел в глаза хранителю, тот был предельно серьезен, а взгляд его источал хладнокровие.

— Да, мне нужно, чтобы ты что-то разузнал об этом люмитанце, который управлял Зарблэйном. Он мне очень не нравится, и его микро контроль вызывает у меня сильное беспокойство.

«И не только у тебя…» — подумал Джорелл.

— Обычно я знаю всех сильных планетарцев в мире, но только не о нем. Его и твое появление стали для меня настоящим сюрпризом, но ты хотя бы идешь на контакт, в отличии от этого незваного гостя. Пока рядом со мной ходит кто-то вроде него, планетарец без имени и с неизвестными амбициями, я не могу спать спокойно. Если есть хоть малейшая вероятность того, что он собирается нарушить шаткий мир, его следует устранить.

— Я все понял, мне самому любопытно разузнать о нем, примусь за работу, как только смогу.

— Хорошо, я тоже постараюсь что-то разузнать о нем, подниму все свои связи.

— Это все?

— Да, ты можешь идти, но не забудь, скоро общий сбор двадцатки.

— Разумеется, — Джорелл кивнул головой, развернулся и побрел в лифт.

«Больше я не позволю умирать тем, кто мне не безразличен. Плевать, какую цену я заплачу, но ни за что больше не буду держать их мертвые тела на своих руках.

«Прости, я не хотел становится плохим, просто этот мир сделал меня таким…».

Звук выстрела заставил его открыть глаза.

— Все в порядке, это просто в моей голове, да… в голове… — Мальдрус не спеша провел пальцами по своему виску.

Маликанец встал с кресла, но тут же повалился на пол, успев схватиться руками за стол. Он стиснул зубы от боли, его глаза загорелись двумя цветами, а на лбу проступали вены от перенапряжения.

«Ну что, мальчик, теперь понял, где твое место и вашего никчемного народа? — в мыслях Мальдруса стоял окровавленный муликанец, и не только он.

Мама? Мама!

А-ха-ха.

Беги, Мальдрус, спасайся сам!

Пожалуйста, остановитесь, хватит!»

Многочисленные крики, выстрелы, плач и страдания рисовали в голове маликанца картины прошлого, а кровожадный смех делал эти воспоминания еще ужаснее. Он покрепче сжал пальцами стол, за который держался. Огонь, разруха и смерть предстали перед его глазами. Мальдрус трясся от ужасных чувств, разрывающих его мозг, пока наконец не закричал со всей силы. Напоследок его вырвало и маликанцу начало становиться лучше. Весь в поту, он плюхнулся на пол, тяжело дыша, и смотря в темный потолок своего корабля.

— Смерть — самое лучшее лекарство от безнаказанности. Однажды, я найду тебя, а по пути заберу с собой как можно больше мразей.

Мальдрус прокашлялся и посмотрел на часы, закрепленные на своем запястье.