— Докладываю, сэр, из тридцати четырех выпивших, очнулись все, описанным вами свечением глаз обладали только шесть.

— Нет, очнулись не все, — Улькиус с грустью смотрел на тело командующего. — Даже антидот не помог, — печально выдохнув, добавил профессор.

Улькиус уже начал вставать, как вдруг командующий схватил его за руку и сделал глубокий вдох. Его глаза отдавали тускло-белое свечение. Улькиус схватил его за руку и помог подняться.

— Добро пожаловать в новый мир, — произнес профессор, сильно обрадовавшийся такому чуду.

Командующий заулыбался.

— Так это оно, да? Такое чувство, будто я могу сворачивать горы, не зря моя мама всегда меня учила — удача благоволит храбрым, — он слегка засмеялся, потрясенный чувством силы, переполняющим его.

— Да уж, мой друг, сегодня удача явно на вашей стороне, — похлопал Улькиус его по плечу.

— Постойте, а что с ребятами, что с теми, кто выпил капсулу, они все живы? — взволнованно спросил командующий, попутно всматриваясь в толпу в поисках бездыханных тел или носилок.

— Не беспокоитесь, все в порядке, все живы и здоровы, правда из тридцати четырех выпивших, всего семь получили желаемый результат и вы в том числе, — подбодрил его Улькиус.

— Это хорошо, это хорошая новость… Стоп вы сказали из тридцати четырех?

— Совершенно верно, из тридцати четырех, а что? — удивленно спросил Улькиус.

Главнокомандующий нахмурил брови и глянул в сторону солдат. В руках у передних рядов он увидел все еще не выпитые капсулы. Было видно, как его лицо стало наливаться гневными красками. Он схватил микрофон и спустился с трибуны.

— Ах вы ублюдки поганые! — он врезал кулаком по лицу первому попавшемуся ему под руку солдату. Остальные в первом рядом отделались пощечинами или ударами по туловищу. Главнокомандующий еще не умел пользоваться силой, так что удары были вполне самые обычные. Во время этого процесса, он не переставал кричать в микрофон.

— И вы, называете себя мужчинами?! Тоже мне, лучшие из лучших, трусы! Слабаки, лучше бы я сюда привел женщин! Как вы вообще посмели здесь остаться после того, как не выпили капсулу, испугались смерти?! Тогда какого хрена вы вообще стали солдатами! Клянусь, я лично буду драть каждого из вас на плацу сутки напролет, вы у меня сортиры языком будете вычищать!

Линтранд и Улькиус удивленно смотрели на представление, после чего первый наклонился к профессору и шепнул ему на ухо:

— Да уж, суровый парень, надо будет перенять у него опыт общения с подчиненными, а то защитники совсем распоясались уже, — товарищи слегка посмеялись над этим. — Ладно, пойду, прекращу все это, — Линтранд взял в руки другой микрофон.

— Прощу прощение, главнокомандующий, я думаю, солдаты уже пожалели о своем поступке, больше такого не повторится. Все же их можно понять, никто не захочет отдать свою жизнь просто так, глупо съев какую-то таблетку.

— Они должны выполнять приказ, а не думать о своей шкуре, — главнокомандующий еще раз злобно оглядел первые ряды и затем поднялся на трибуну, где сидели высшие руководящие чины. Линтранд подождал, пока он усядется, затем обратился к солдатам вновь.

— Как видите, никто не умер, все живы и здоровы. А теперь, я еще раз прошу вас выпить эти капсулы. Нам дорога каждая минута, которая может быть отведена на вашу тренировку, прошу вас, приступайте, на счет три.

После небольшой паузы Линтранд начал считать:

— Раз… Два…Три! — в этот раз каждый повиновался и заглотил пилюлю. Огромная толпа из десяти тысяч человек попадала на землю. С двух сторон окружавшие их военные врачи в количестве около тысячи человек начали работать согласно плану. Если спустя две минуты, кто-то все еще не очнулся самостоятельно, нужно тут же начинать вводить антидот, таким образом, будет еще минута, чтобы успеть спасти всех. Спустя несколько минут все было позади, к Улькиусу снова подбежали с докладом. Из десяти тысяч испытуемых, обрели нужный оттенок глаз тысяча сто сорок два бойца, умерло, сто шесть человек, остальные благополучно проснулись и находятся в добром здравии.

— Всего тысяча сто сорок два… Это лишь одна третья часть того, на что мы рассчитывали, — печальным тоном сказал Линтранд, который стоял в это время рядом с Улькиусом и также слушал отчет.

— Ну что там, господа? — ковыляя, к ним подошел главнокомандующий армии.

— Прогнозы неутешительны, всего тысяча сто сорок два бойца смогли пробудиться. Одна третья из того, на что мы рассчитывали. А ведь это лучшие из лучших… если их силы духа и воли оказалось недостаточно, я боюсь представить, какая ситуация будет с остальным населением планеты, — задумчиво произнес Линтранд, подсчитывая шансы.

— Так же есть погибшие. Сто шесть человек, к сожалению, не пережили принятие капсулы, даже антидот не помог, — добавил Улькиус. Генерал слегка побледнел.

— Сто шесть отличных ребят…боже… а я еще и накричал на них… дурак, лучше бы я сказал им нужные слова утешения, — он положил ладонь себе на лицо, Линтранд тут же взял стул и подал ему.

— Нужно срочно организовать похороны, каждому по медали за защиту человечества, посмертно, — сказал он, садясь на стул.

— Полностью с вами согласен, — ответил Линтранд, затем подошел к Улькиусу и отвел его подальше, чтобы посторонние не могли их слышать.

— Ты оставайся, а я направлюсь в орден, посмотрю, как идет подготовка к обороне. К тому же илкарцы уже должны были прислать очень крупную поставку илуния, нужно начать приготовления.

— Хорошо, я пока начну обучать этих солдат, надеюсь, что к приходу илкарцев хотя бы несколько дойдут до десятого круга, — тяжело вздохнул Улькиус.

— А также следи за каждым из них, мы знаем, какие люди по своей натуре. Дай им силу, и очень многие почувствуют вседозволенность. Нельзя, чтобы те, кто будут продвигаться в обучении быстрее остальных, начали чувствовать себя лучше или выше других. Иначе все это в дальнейшем плохо кончится, как и говорил Джунгран. Вспомни эпоху лжебогов, сколько мы тогда потеряли сильных воинов. Будь они сейчас все живы и на нашей стороне, у нас было бы куда больше шансов. Так что твоя основная задача — не допустить раскола. Зверь не должен почувствовать свободу.

— Я приложу все свои силы, чтобы такого больше не повторилось. Обещаю, никто не позволит себе подумать о том, что лучше остальных. Я покажу новобранцам, что с нами им ни за что не тягаться, — кивнув, ответил Улькиус. Линтранд крепко обнял товарища, и направился в орден.

Джорелл сидел напротив Илиана за одним из илкарских остроугольных столов, и пил ту же текучую красную жидкость, что и Илиан. На вкус она была похожа на смесь миндаля и мускатного винограда. Сначала он думал, что из-за тягучей консистенции пить ее будет необычайно тяжело, но стоило напитку попасть в рот, как он тут же растворялся до плотности воды. Илиан заверил его, что жидкость будет безвредна для человека. С чего он это взял, Джорелл так и не понял, но любопытство и знакомый аромат взяли верх над разумом и, как оказалось, не зря.

— Я должен извиниться, мы так и не представились друг другу должным образом, — сказал Илиан.

— Зови меня Джорелл, — сказал тот и протянул руку. Илиан посмотрел на эту вытянутую руку с непониманием.

— Для чего ты протянул руку? — спросил он.

— Э-э, так у нас принято, когда тебе приятно познакомиться с новым человеком, — растерянно ответил Джорелл, не понимая, почему сей жест не знаком Илиану, ведь его братья были знакомы с рукопожатием. Однако тут же поймал себя на мысли о том, что его братья уже давно общаются с людьми и знают особенности их поведения.

— Серьезно? Интересная традиция, — Илиан протянул свою ладонь в ответ, и, аккуратно вложив её в ладонь Джорелла, пожал её. — Зови меня Илиан, хотя, думаю, ты уже знал мое имя, — с улыбкой, он посмотрел на своего собеседника.

— Приятно познакомиться, я надеюсь, ты будешь не против объяснить мне некоторые вещи? — спросил Джорелл.