— Я тоже рад знакомству, — Илиан посмотрел на свою ладонь, которую только что пожал Джорелл. — Теперь понимаю, почему у вас так принято. После этого, чувствуешь некое доверие к тому, чью руку пожал, будто между вами появилась некоторая связь.

Джорелл ничего не сказал, лишь улыбнулся на эту интересную теорию. Илиан отвлекся от своей ладони и вновь обратился к Джореллу.

— Да, конечно, спрашивай меня. Я постараюсь ответить на твои вопросы, только боюсь, разговор наш продлится не долго, у меня еще много важных дел.

Джорелл кивнул в знак того, что понял Илиана и незамедлительно приступил к снедающим его вопросам.

— Что мне теперь делать, Илиан? Как предупредить свой народ о предательстве илкарцев?

— Я бы тебе не советовал этого делать, Джорелл, — ответил тот, чем вызвал резкое непонимание со стороны собеседника.

— Почему это?

— Илкарцы в любом случае будут сражаться с твоим народом плечом к плечу против ренианцев, им не выгодно биться с ними в одиночку. Но если ты всё расскажешь, и люди откажутся от этих предателей, то вы останетесь один на один с ренианцами. Конечно, твои собратья будут там, словно на бойне, но у них будет шанс на выживание лишь с илкарцами вместе, — объяснил Илиан, отпив после этого немного из своего стального бокала песочного цвета, с гравировкой на не понятном Джореллу языке.

— А что твой орден? Вы правда поможете нам?

— Несомненно, когда все начнется, мы будем там.

Джорелл заметил, что Илиан излучает некую ауру, которая вызывает у него чувство спокойствия, а также веру в него и его слова. С чем это связано, он пока не мог понять.

— Кстати, меня гложет любопытство с того момента, как я столкнулся с ренианцами еще на Земле. Я понимал их язык, и твой тоже. Вы говорите на латинском? Откуда вы тоже знаете о нем?

— Латинский? — переспросил его Илиан. — Нет, мы говорим на латланском.

— Латинский и латланский немного похожи по названию. Тебе так не кажется? Может, у нас его просто назвали по-другому, — предположил Джорелл, чем так же озадачил Илиана.

— Или неправильно уловили его название, когда обучались ему у неизвестной расы, — сделал свое предположение илкарец.

— Что? Ты думаешь, этот язык пришел к нам извне? — задумчиво спросил его Джорелл.

— Не удивлюсь, если так оно и есть. Я не знаю, кто и для каких целей пытался вас научить этому языку, и, что самое главное, почему прекратил обучать. Но все расы начали разговаривать на нем примерно четыре тысячи лет назад. Если хочешь, могу тебе рассказать небольшую историю об этом, заодно немного ознакомишься с историей нашего мира. Признаться, я питаю страсть к новым знаниям, а также, люблю ими делиться.

— Да, конечно, буду очень рад, — тут же взбудоражился Джорелл и, словно ребенок, ожидающий сказку на ночь, он приготовился слушать историю Илиана.

— Давно, где-то сто тридцать тысяч лет назад, процветала одна раса — латланцы. В то время, когда нынешние господствующие расы только начали совершать первые полеты в космос, латланцы уже были его хозяевами. Именно они помогли всем расам развиться намного быстрее, одарили их технологиями и ввели в этот огромный мир. Поначалу, все шло прекрасно, никаких войн, латланцы заставили прекратить расы уничтожать друг друга на своих же планетах, а также поспособствовали заключению десятков союзов. Однако когда все идет хорошо, всегда найдутся те, кому надо это обязательно разрушить, чтобы править. Грязные скоты. Начались активно распускаться слухи о том, что латланцы не такие уж и хорошие, как кажется, что за всей их добротой есть некий скрытый мотив. Большой упор делался на том, что они были единственными во вселенной, кто путешествовал по пространству, а ведь действительно, до нашего прихода, кроме них никого не было. Как так получилось? Неужели эволюционировали только они, и других рас не было? Самое забавное, что не было даже никаких следов древних империй, будто латланцы вообще одна из первых цивилизаций во вселенной. Этот вопрос уже обсуждался с ними тысячи раз еще до всех этих слухов, и они уверяли, что сами задавались этим вопросом, и не раз.

Но пропаганда всегда делает свое дело. Сначала появилась горстка сомневающихся, затем толпа, а затем армия недовольных. Началась война. Если будешь изучать архив, то там сможешь подробнее об этом узнать. Событие вошло в историю под названием «Конец утопии». Мы истребили их, Джорелл, задавили огромным численным превосходством, как трусы, предатели, а ведь они научили нас даже использованию силы кругов. Никто из нас и понятия не имел о такой силе, скрытой внутри некоторых из нас. Последних латланцев уничтожили около одиннадцати тысяч лет назад. Жалкая горстка, которая спряталась на краю вселенной, и та была уничтожена. Шесть тысяч лет нам понадобилось на то, чтобы понять, что мы натворили, когда вся вселенная уже была охвачена войной. Все боялись латланцев, потому что они были сильнее и всегда улаживали конфликты, выступая в роли миротворцев, но теперь их не стало. Всем тут же захотелось повоевать в космосе, на космических кораблях, с использованием силы, ведь при латланцах, это было невозможным, а некоторым уж больно так хотелось. Здравомыслие куда-то исчезло, и на его место встали мускулы вместе с жаждой убийства. Сократив население вселенной наполовину, все вроде умерили свой пыл. Расы пришли к некоторому миру, в память о латланцах и нашей глупости, было решено использовать их язык как официальный, а наши со временем забыть. Конечно, как ты мог заметить, войны до сих пор много где продолжаются, но поверь, по сравнению с тем, что было, это действительно можно назвать миром. Даже население почти полностью восстановилось, а это очень много. К сожалению, точную цифру я тебе назвать не могу, но примерно на девятьсот миллиардов жителей стало больше, с момента подписания мирного договора, — Илиан закончил говорить и отпил еще глоток из стакана.

— Девятьсот миллиардов… как же много… я даже вообразить себе не могу, насколько это много в человеческом эквиваленте. Латланцев, конечно, очень жаль, видимо они и в правду хотели как лучше, а с ними так предательски обошлись… — с сочувствием сказал Джорелл.

— Да, и поверь мне, очень многие корят себя за войну против них… — Илиан сделал небольшую паузу, задумавшись над своими словами, но быстро пришел в себя и добавил. — Но один вопрос так и остался до сих пор не решенным. Где остальные расы, Джорелл? Почему латланцы первые, кто совершали полеты? Этого не может быть, так как вселенная существует уже несчетное количество времени.

— Ну, с таким вопросом точно не ко мне, я-то тут недавно, — Джорелл слегка усмехнулся, но, тем не менее, попытался дать ответ на этот вопрос у себя в голове.

— Я знаю, просто подумал, вдруг у тебя догадки будут интересные.

— Сомневаюсь, мне кажется, все возможные варианты уже перебрали. Я не внесу ничего нового, — Джорелл встал и подошел еще раз к окну, чтобы полюбоваться архитектурой и миром до сегодня не знакомых ему.

— Ладно, Джорелл, давай решим, что делать с тобой. Сам ты отправиться на Землю не можешь, поэтому, твой единственный шанс вернуться — это уже вместе с моими солдатами из ордена, когда они полетят помогать твоему народу. До тех пор, самое разумное, чем ты можешь заняться, как мне кажется, это взяться за обучение и знакомство с этим миром, — Илиан продолжал сидеть на диване черного цвета, сделанным из какой-то чешуйчатой материи.

— Да, пожалуй, здесь ты полностью прав, — согласился с ним Джорелл, вспоминая в этот момент Дутанора. «Интересно, как он там? Сильно ли ненавидит меня за то, что я оставил его. Надеюсь, Ильмарион ему все правильно объяснит».

Оставив свои мысли, Джорелл повернулся к Илиану и, продолжая показывать свое любопытство, обратился к тому с расспросами.

— Все хочу спросить, что это был за свиток, который ты создал, чтобы выяснить, кто прав, а кто нет.

— Это мой собственный изобретенный навык, основанный на илунии. Его принцип работы довольно прост, в нем, есть, в каком-то смысле, программа.