«Сперва оторвать шлейф у платья, – с пронзительным треском материя поддалась усилию моих мускулов и полетела в сторону, накрыв группу инкубов в черных камзолах, все еще пытавшихся подняться на ноги. – Отдохните, парни. А я пока… Так, Алану на правое плечо, Гая на левое, и ходу, ходу. Блин, и что это Гай такой тяжелый‑то?»

Я бежал сквозь толпу корчащихся инкубов и суккубов, краем глаза отмечая, как некоторые из них уже поднимаются с пола и недоуменно оглядываются. Блин, а ведь прошло всего пару минут, видать, порошочек не на всех действует одинаково, хорошо еще до выхода путь пока свободен. Лайкоста уже распахнул дверь пошире и ждал, хотя, судя по слезящимся глазам, ему тоже досталось. Я вылетел в дверь и на секунду остановился, чтобы перевести дух, а капитан быстро захлопнул ее, после чего пододвинул к ней бесчувственных охранников. Передав девочку капитану, я поправил свисавшего с плеча Гая и, переглянувшись с инкубом, устремился на второй этаж. Почему на второй? Ну, во‑первых, спрыгнуть оттуда для меня и Лайкосты не представляло особого труда, даже с грузом на плечах, а во‑вторых, мы там уже были и более‑менее знали, куда бежать. Быстро преодолев расстояние до знакомого балкончика, где вновь мой кулак повстречался с челюстью едва пришедшего в сознание охранника, и спрыгнув вниз, мы направились к ограде. Точнее, собирались направиться, но оказалось, что нас ждут, причем, судя по потрепанному виду местной охраны, мои детишки порезвились всласть, и теперь местные секьюрити просто горели желанием устроить нам матч‑реванш. К тому же в доме поднялся шум, а еще через мгновение из окон и дверей, точно горох, посыпались ребята в черной форме. Я с грустью посмотрел на Лайкосту, который уже отрастил положенные инкубу по штату клыки, крылья и зубы, после чего мы, не сговариваясь, рванули с ним в разные стороны, причем так шустро, что охрана несколько опешила. Появившиеся же из дома солдаты, еще несколько ошалелые от действия порошка, сразу не разобрались и набросились на хотевших гнаться за нами собратьев, устроив порядочную свалку. Правда, недоразумение быстро разрешилось, но это дало нам с капитаном некоторое время, чтобы оторваться от преследователей.

Это сладкое слово «погоня». Ветер, бьющий в морду лица, и адреналин впечатлений, хлещущий чуть ли не из ушей, что может быть лучше? Ну, если честно, я бы лично назвал навскидку штук десять дел, коими я предпочел бы заниматься, вместо того чтобы драпать, петляя между деревьями, точно заяц, от преследующей меня толпы клыкасто‑крылато‑орущих существ, которые, судя по пожеланиям в мой адрес, совсем не собирались заключать меня в дружеские объятия. Бегать пришлось вокруг дома, постепенно увеличивая радиус, дабы приблизиться к забору, ибо стоило мне просто направиться в сторону ограды, как тут же вся толпа бросалась наперерез. Уйти прыжками тоже не удавалось, ибо летали демоны не хуже, чем я прыгал. В результате у нас образовалось некое шаткое равновесие, я, значит, бежал, постепенно увеличивая радиус своего круга, демоны пытались меня догнать, одновременно стараясь сей радиус уменьшить. Лайкоста, кстати, занимался тем же самым, причем, что интересно, его догоняющие не обращали на меня никакого внимания. В общем, мы иногда встречались и махали приветственно друг другу руками, расходясь на параллельных курсах. Иногда кто‑нибудь из моей группы преследования делал попытку меня схватить, но обычно лишь для того, чтобы получить по наглой клыкастой роже и прилечь отдохнуть в ближайших кустиках. Короче, дурдом и полная клиника. К тому же в мозгу настойчиво билась мелодия из «Неуловимых мстителей», ну, та, что про погоню, я даже напевать ее себе под нос стал. И выглядело это примерно так:. «

Усталость забыта

…» – хрясь ветка по лицу, ой, блин, фингал точно гарантирован, причем на полфизиономии. «…

Колышется чад, и снова копыта

», – ага, получил копытом, ну, в смысле ногой, а не фиг лезть. Ниче, немного опухнет, но ходить сможешь, а уж как петь будешь… заслушаешься. «…

Как сердце, стучат, и нет нам покоя

…» – блин, да сколько же бегать‑то можно. «

Гори, но живи. Погоня, погоня, погоня в горячей крови

».

Не знаю, сколько продолжалась бы подобная беготня, если бы к преследователям не подоспела подмога. Тут уж нас банально окружили, причем не только с земли, но и с воздуха.

– Господин учитель, – солдаты, замкнувшие вокруг нас плотный круг, расступились, пропуская сестру Аланы.

– Мадам Энжела, все же это ваших рук дело, – прошипел Лайкоста.

– Вы на редкость прозорливы, капитан, – улыбнулась та. – А теперь позвольте, я заберу свою непутевую сестренку и ее суженого.

Я осторожно опустил все еще находившегося в полной прострации Гая на землю и, бросив взгляд на окруживших нас демонов, спросил:

– А что будет с нами?

– С вами? – Энжела повела плечами. – Ничего. Ссориться с академией в мои планы не входит, да и капитан мне еще живой пригодится, так что подержим вас до окончания церемонии, после чего отпустим. Впрочем, моим ребятам вы все же доставили хлопот, а посему за целостность ваших конечностей и прочих органов я ответственности не несу… сопротивление, знаете ли, при задержании.

– Вы за это ответите, – бросил капитан. – Отец вам подобного не простит.

– Полно вам, капитан, когда прибудет этот старый пердун, все будет уже решено. А вас сдадут властям, как незаконно ворвавшихся в имение многоуважаемой мадам Кайтаны и устроивших здесь пьяную драку.

– Отец вам не поверит.

– Отец, может, и нет, а вот власти вполне, тем более господин учитель так хорошо пнул городского прокурора, когда убегал с детишками из библиотеки.

Я усмехнулся. Так вот кто был этот усатый толстячок, так самоотверженно кинувшийся меня перехватывать. Я еще удивился, то ли на него порошок не подействовал, то ли, наоборот, очень сильно подействовал, только как‑то не так. Однако обе руки у меня были заняты, поэтому пузу достопочтимого прокурора пришлось познакомиться, а также вступить, так сказать, в тесный контакт с моим сапогом.

– Госпожа Энжела, прежде чем мы продолжим общение с вашей охраной, не скажете ли мне, зачем вам это все надо?

Демоница усмехнулась и жестом руки успокоила рвущихся в нашу сторону охранников.

– Конечно же, достопочтимый учитель, желание дорогого гостя для нас закон. В принципе, все не так сложно, как выглядит. Наш капитан, поди, сказал уже вам, что мне невыгоден брак моей двоюродной сестрицы, впрочем, как и ее возвращение…

Я покосился на Лайкосту, чьи глаза уже просто пылали дьявольским огнем, и коротко кивнул.

– Ну, так он прав и не прав одновременно. Действительно, как только эта дурная малолетка выскочит замуж, как мне придется вернуть ей все ее наследство, а это…

– Мягко говоря, затруднительно, – буркнул Лайкоста.

– Помолчите, капитан, – поморщилась Энжела. – Лучше держите понежнее мою сестренку, а то молодая невеста с синяками в таких местах… Что гости подумают? А еще лучше, спустите ее на землю, ибо не думаю, что на вашем плече ей удобнее.

Капитан недоуменно посмотрел на Энжелу, но послушался и, осторожно спустив Алану со своего плеча, поставил ее на землю.

– Спасибо, – кивнула Энжела и вновь повернулась ко мне. – Так вот, господин учитель, я хотела… впрочем… опустим подробности. Ну а если вкратце, то замужество Аланы с человеком из другого мира, да к тому же достаточно влиятельным, мне очень даже выгодно.

– Чем же? – усмехнулся Лайкоста. – Неужто решили стать любящей сестрой и помочь Алане устроить личную жизнь?

– А если и так?

Капитан пару минут задумчиво рассматривал усмехающуюся девушку, затем мотнул головой:

– Не верю…

Ну, тут я был с капитаном согласен. Как‑то не особо верилось, тем более если учесть, что ребятишек явно чем‑то накачали, вон, до сих пор какие‑то заторможенные. Взгляд у обоих мутный и ни на что не реагируют, причем даже наша беготня не привела их в чувство. У Гая вообще царапина на лице, видимо, веткой кожу содрало, так он даже кровь не вытрет, что по щеке стекает. Так что… Стоп. Что это я туплю‑то? Ну, естественно, сестре Аланы подобный брак выгоден. Новоявленный супруг‑то не местный, а значит, наверняка увезет свою молодую невесту домой. Соответственно, Энжела так и останется в роли распорядительницы наследства сестры. Ребятки, конечно, придут в себя, но к тому времени их брак уже будет свершившимся фактом, а кто знает, какова тут процедура развода, может, вообще женят пожизненно или еще что. Нет, конечно, есть вероятность, что муженек останется здесь, но что‑то я в этом сомневался. Вон ведь Милана с Гербертом живет, а насколько я знаю, жена нашего паладина тоже каких‑то благородных кровей. Блин, чую, есть тут некий пунктик в местном законе по этому поводу, и Энжеле он прекрасно известен.