«Нам всем необходимо время, чтобы подумать», — сказала Робин. «Давайте просто отправимся домой и подумаем, и тогда мы можем попытаться решить, что будет лучше».

«А что если Патриция сбежит?» — я не хотел быть враждебным, но эти двое не сталкивались с суровой реальностью.

Она смотрела на меня, пораженная. «Я не могу уехать. Джошуа не достаточно силен, чтобы его перемещать я никогда не смогу оставить его.»

Мои инстинкты подсказывали мне, что она говорит правду. Я снял серебряный брэйф, и хотя она потерла запястья, ее кожа не была обожженной либо покрасневшей. «Вы сможете вести автомобиль?»

Она кивнула, ее лицо было бледным, глаза — широко раскрытыми.

«Хорошо. Я отвезу Робин домой. Каждая оставайтесь на месте и не волнуйтесь, пока мы не договоримся о новой встрече».

После этого мы втроем направились напролом обратно по темному ночному лесу, пока снова не выбрались на тропинку. Каждый из нас молчал и думал, в то время как мы шли на парковку. Патриция села в свою машину, а мы с Робин — в мою. Так и пришел конец властвованию Патрицией силой.

13. Морган

В четверг днем, вернувшись домой из Практической магии, я застала в гостиной тетю Эйлин и Паулу.

«Привет!» — воскликнула я, обнимая их. «Такое чувство, что не видела вас сто лет».

«Морган, это ты?» — позвала мама, входя в гостиную через кухонную открывающуюся в обе стороны дверь. «Не могла бы ты накрыть на стол?»

Предпочитая провести время с моей любимой тетей и ее возлюбленной, я с надеждой бросила взгляд через комнату в сторону Мэри Кей.

«Не надейся», — твердо сказала мама. «Я уже приготовила салат и почистила початки кукурузы от всякой волокнистой шелухи. Я здесь с четырех».

Ладно, один-ноль в ее пользу. Я встала и пошла на кухню за столовыми серебряными приборами. Обязанностям ведьмы нет предела.

«Так что, я думала, что зал абсолютно готов», — сказала Паула, когда мы рассаживались за стол. «Мы трудились над ним после работы каждый день всю неделю. Он выглядел таким красивым. Я свернула последний чехол от пыли…»

«Может, не надо рассказывать эту историю?» — горестно спросила тетя Эйлин, но я заметила, что они просто подразнивали друг друга.

«Вымыв щетки, закрыв крышкой банку с краской», — продолжила Паула, придвигая свой стул рядом со мной, — «Мы отошли назад и осмотрелись: комната была нежного, маслянистого желтого цвета…»

«Абсолютно прекрасной», — вставила Эйлин.

«Но когда я принялась обратно цеплять кабель, то увидела, что целая стена за шкафом для угощений осталась не тронутой!»

«Большинство людей не стали бы красить стену за огромным, тяжеленным предметом мебели», — оправдывалась Эйлин.

«Целая стена», — сказала Паула, взяв початок кукурузы и передавая остальное мне.

«Эту громадину мне даже с места не сдвинуть», — сказала Эйлин, однако на этот аргумент мы все расхохотались, и она заробела. Паула подмигнула ей через стол, и обе они заулыбались как сладкая парочка в медовый месяц.

«Почему эта история не удивляет меня?» — спросила мама, многозначительно взглянув на свою младшую сестру. Все мы засмеялись еще сильнее: весело наблюдать, что взрослые всё еще ведут себя как настоящие сестры. Мэри Кей, по другую сторону от меня, указала на меня вилкой, словно в знак того, что я стану такой же, как мама. Я наградила ее большой, притворной улыбкой.

«Я тут думала, есть ли у вас какие-нибудь новости из органов опеки», — сказала мама. «Вы ведь связывались с ними на прошлой неделе?»

Тетя Эйлин и Паула думали об усыновлении ребенка.

Эйлин кивнула: «Нам прислали огромный пакет документов с разъяснениями».

«Пугающий», — добавила Паула. Она вонзила вилку в кусок курицы на своей тарелке и съела его.

«Мы до сих пор точно не уверены — вот, к чему он привел», — продолжила моя тетя. «Желание усыновить нуждающегося ребенка действительно непреодолимо сильно… друг с моей работы недавно удочерил девочку из Китая. А один из наших соседей взял ребенка из Румынии».

«Однако каждая из нас всегда мечтала когда-нибудь иметь своего собственного ребенка», — сказала Паула. «В действительности, так много вещей надо обдумать, взвесить все за и против. Любая мысль кажется чрезвычайно важной».

«Просто нам требуется собрать побольше информации», — добавила Эйлин. «Думаю, чем больше мы узнаем, тем яснее станет наше решение».

«Усыновите по одному ребенку на каждую», — сказала Мэри Кей с полным ртом. Мы все повернулись к ней. Она проглотила и кивнула, ее сияющие рыжие волосы мягко упали на плечи. «У одной из вас появляется ребенок, и после этого вы усыновляете второго. Миллионы людей имеют двух детей. Разве в Америке среднестатистическое количество детей в семье не 2,1 или типа того?»

Паула и Эйлин уставились на мою сестру, как будто она была говорящей собакой.

«Мы никогда не думали об этом,» сказала Эйлин, и Мэри Кей пожала плечами.

«Двое детей. Это ни разу не приходило мне в голову», — сказала Паула потрясенно. «Я была так захвачена попыткой выяснить, как завести одного».

«Отличная идея», — сказала моя мама. «Если вы заведете ребенка и оформите усыновление сейчас, а потом еще через два или три года, когда наберетесь опыта, то у детей будет как раз нужная разница в возрасте».

Точно как у нас с Мэри Кей.

«Мне предложили стипендию на обучение в Шотландии этим летом». Как только слова слетели с губ, мозг уже кричал мне заткнуться. Что на меня нашло, чтобы выпалить это сейчас? Пять голов резко повернулись ко мне, пять пар глаз округлились в удивлении. «Морган, заткнись», — твердила я себе…. слишком поздно.

«Что?» спросила мама. «Ты не упоминала об этом. Какая стипендия?

«Мне сообщили об этом только сегодня», — сказала я, угрожая себе всеми возможными видами реванша за то, что являюсь такой тупицей. «Я даже не знала, что она существует», — добавила я честно.

««Что это за стипендия?» спросил мой папа. «Почему это в Шотландии? Как ты узнала об этом? Это по математике?»

«Мм, Эойф МакНабб звонила мне сегодня», — промямлила я, катая кукурузинки вилкой по тарелке. «Я не знаю, встречались ли вы с ней когда-нибудь. Но она… учитель. И она выхлопотала мне полноценную стипендию, чтобы поехать в действительно редкий, невероятный… колледж. Я единственная американка, которую они примут».

«Мои поздравления, Морган!» сказала тетя Эйлин. «Это изумительно! Это действительно впечатляет!»

«Господи, Морган», — сказала мама. «Я не думаю, что слышала, как ты упоминаешь о Еве МакНабб. Она одна из учителей в школе?»

«Не совсем», — ответила я, глядя в тарелку. «Мм, курс длится восемь недель. Я должна оплатить перелет, но обо всём остальном позаботятся. Это большая честь».

«Это через математический отдел?» спросил снова папа.

«Не совсем,» повторила я тихим голосом. Было несколько минут молчания.

«Для чего предназначается эта стипендия, Морган?» — спросила мама спокойным, не-позволяющим-говорить-чепуху голосом.

Для изучения заклинаний? Магии? «Эээ, для обучения лечению. Растительной медицине», — ответила я.

«Тебе дают стипендию, чтобы поехать в Шотландию изучать травы?» спросила Мэри Кей в недоверии.

Я не отводила глаз от своей тарелки. «Это знаменитое место обучения», — нарушила я оглушающую тишину за столом. «Там только самые умные и могущественные… преподаватели. Я самая молодая из тех, кого они когда-либо выбирали, и единственная американка. Это считается огромной честью — подарком судьбы. Миллионы людей пришли бы в восторг от такого предложения».

Я заметила, как переглянулись друг с другом Эйлин с Паулой: ставлю тысячу баксов, что они предпочли бы остаться дома сегодня вечером. Мэри Кей неподвижно уставилась в свое блюдо. Похоже, эта идея не слишком ей понравилась. На маму с папой я даже не хотела смотреть.

«Это та же учеба, но просто в Европе», — сказала я, начиная использовать отчаянные методы.

«Ничего о ведьмах», — подумала я про себя, потому что определенно намеревалась завести разговор о них, только дождавшись подходящего момента.