Пресли и собака уходят, и я бросаю быстрый взгляд на ее покачивающуюся попку.

– Что думаешь? – Эмбер снова сплетет наши руки.

– Думаю, что, возможно, ты нашла собаку.

– Возможно, – девушка ведет нас обратно к парковке. – Но я думаю, возможно, мы оба кое-что нашли сегодня.

– Какие планы на сегодняшний вечер? – спрашивает меня Трипп с дивана, переключая каналы.

– Ужин с Робби и Эмбер. Думал ты тоже идешь.

– Я имел в виду после. Мы пойдем в бар?

– Что ты придумал?

– Бар, пьянка, может быть горячая красотка или две.

– Я с тобой по двум пунктам из трех. Давай немного поиграем в бильярд.

– Чувак, в чем твоя проблема? Ты принял обет безбрачия, о котором я не знаю?

– Неа, – я сую свой бумажник и телефон в карман, чувствуя его вопросительный взгляд.

Трипп часть группы моих друзей, с которыми мы очень близки еще со времен окончания школы. Мы все вместе и нас шестеро. В последние два года многое изменилось.

Двое из них женаты, а один помолвлен.

Трипп, Макс и я до сих пор холостяки. И нам всем по двадцать восемь лет.

Трипп и я соседи по комнате.

– Ты в порядке? – Трипп, вставая, косится на меня.

– Да, но получать дешевые острые ощущения в баре больше не в моем стиле. Я хочу чего-то большего, чем минет с цепляющейся сучкой.

Мой мозг проигрывает мерзкую сцену из прошлого месяца, которая помогла мне укрепить мое решение, что я перерос съемы в баре. Секс был отличным, пока девчонка не упомянула о позднем завтраке со своими друзьями на следующий день. Сексуальная пелена, вызванная алкоголем, пропала, и я остановился на середине пути. Даже в тусклом освещении комнаты я мог видеть ее остекленевшие глаза, так что я заставил себя закончить с ней, затем дотянулся до телефона и набрал свой аварийный код. Она была слишком далека, чтобы, что-то заметить, пока в комнате не раздался пронзительный звонок. Я громко выругался и притворился, что взбешен тем, что меня прервали. Я ответил своим лучшим обозленным тоном на предварительно записанное сообщение, затем встал с кровати и быстро оделся. Я почти почувствовал вину, когда девушка забеспокоилась о моей чрезвычайной ситуации на работе.

Чуть ранее тем же вечером, я в общих деталях объяснил, что работаю в правоохранительных органах. Она предположила, что я полицейский, и я позволил ей это. Ход мудака, но я не то чтобы лгал ей, просто не исправил ее неправильное предположение. Через три минуты я был в дверях, извиняясь и давая себе клятву, что это было в последний раз.

Трипп пристально смотрит на меня, пока я избавляюсь от воспоминаний. Он до усрачки удивляет меня, когда заявляет:

– Я согласен.

– Согласен?

– Ага, чувак, мне тоже надоели гулящие киски.

Я хватаюсь за стену, не веря, что мой друг, относящийся серьезно ко всему несерьезному согласен со мной.

– Десять секунд назад ты говорил о съеме. Теперь ты поменял свой настрой?

– Я тоже не совсем понимаю, что происходит. Но могу поклясться тебе, это не «болезнь», – он использует термин, который мы используем в отношении парней, которые быстро и бесповоротно влюбляются.

Мы едем к Робби и Эмбер, обсуждая его последний рабочий проект и стажера, который приступает к работе на следующей неделе.

Я еле сдерживаю язык, чтобы не рассказать ему о нашей встрече с Эмбер во вторник, но я обещал держать рот на замке относительно поисков собаки.

Когда мы подъезжаем к дому Робби, из меня вырывается стон при виде кузена Эмбер, Круза, который дико машет нам руками.

Мы едва остановились, когда он дергает дверь внедорожника и начинает бессвязно говорить о какой-то ерунде. Его партнер Алекс подходит и закрывает своей рукой его рот достаточно для того, чтобы мы смогли выйти и подняться по ступеням.

В какой-то момент я понял, о чем он говорит... Харлей... купить один из них.

– Круз, – я поворачиваюсь и кладу руку на его плечо. – Ты хочешь Харлей, так иди и поговори с менеджером по продажам и закажи один. Каждый из нас уже выбрал свою модель. Их скоро доставят.

Парень расслабляется и улыбается Алексу перед тем, как проскользнуть мимо меня в дом.

Эмбер в столовой, очень даже похожая на блистательную жену. Она сервирует стол и блещет своей обычной яркой улыбкой. Ее тетя Хлои выходит из кухни и машет, приветствуя нас. Робби показывает пять и дергает головой, давая нам знать, чтобы мы вышли на заднее крыльцо.

Отец Эмбер, Тэд, сидит в шезлонге, попивая пиво. Я не удивлен, увидев всю семью Эмбер. У нее было ужасное детство, которое даже привело к заключению Тэда за нападение на несовершеннолетнего. У нее никогда не было защиты в лице традиционной семьи. Так что теперь, она использует любой повод, чтобы собрать их вместе. А Робби сделает все возможное, чтобы сделать ее счастливой, поэтому соглашается.

Мы получаем пиво и присаживаемся. Робби тихо работает за грилем и мои инстинкты пробуждаются. Что-то не так.

– Робби не хочешь позволить Тэду понаблюдать пару минут за стэйками и пойти посмотреть на проблему в моем внедорожнике, – я делаю движение, чтобы встать, зная, что он понял мой намек.

– Черт, нет, вы не одурачите меня. Я тоже хочу знать, что у Робби в голове, – встревает Тэд, читая его настроение.

Робби вздыхает, его плечи резко падают. Я раньше видел этот взгляд. У меня скручивает живот, и я хватаю телефон, просматривая, и вижу два пропущенных звонка от Макса. Я автоматически понимаю, что у Робби в голове.

– Ты помнишь Саймона Чэмберса? Он был с нами в пехоте и жил на той же базе, что и мы.

Я киваю, вспоминая его глупую ухмылку и не типичные шутки, которые этот парень мог рассказывать бесконечно – некоторые смешные, некоторые вульгарные, а некоторые просто детские. Но он помогал сохранять дух на высоте. Из того что я помню, он был шутником.

– Он погиб. Сегодня Макс получил известие. Он был убит в бою.

Я свешиваю голову, разум сходит с ума.

– Сукин сын.

– Дерьмо, – шипит Трипп.

– Я понял, сынок, – Тэд берет щипцы и протягивает Робби пиво. – Иди, присядь.

– Расскажи мне, – я тру виски.

– Помнишь, он был из этих мест? Похороны пройдут на неделе, и его семья проводит их в восточном Нэшвилле. Я собираюсь пойти. Макс едет домой.

– Я тоже пойду, – я не сомневаюсь. – У него же был ребенок?

– Ага, дочь, насколько я помню.

– Мы все пойдем, – говорит Тэд, теребя плечо Робби в знак поддержки.

– Черт, да, – Трипп делает большой глоток пива, затем смотрит прямо на меня. – Ребята вы в порядке? – он спрашивает с тем же беспокойством, как и все члены нашей семьи и друзья, когда погибает военнослужащий.

Картинки того дня, когда с нами случился несчастный случай – мертвые тела, дым, обгоревшая плоть вокруг, беспрерывно проносятся в моей голове. Я борюсь с болью в животе, вспоминая экстренную необходимость найти Робби и страх, что он мог погибнуть.

– Да, – я пробегаю рукой по лицу. – Это настоящий отстой.

– Хочешь поговорить об этом? – Тэд устало смотрит на меня.

– После ужина, – говорит Робби. – Эмбер почти неделю с нетерпением ждала сегодняшний день. Я не собираюсь портить ее вечер.

Мы все соглашаемся, потому что Эмбер девочка, ради которой вы сделаете все, что угодно.

Час спустя, после ужина, Робби и я вспоминаем наше время с Саймоном и то, что осталось в нашей памяти.

Эмбер усаживает меня рядом с собой и Робби на диване, постоянно сжимая мою руку.

Каким-то образом мы начинаем обсуждать взрыв придорожной бомбы и друзей, которых потеряли.

Тэд допивает свой напиток и сосредотачивается на мне.

– Теперь я понимаю. Он герой.

– Черт, – бормочу я себе под нос. Я не герой.

– Круз, ты можешь взять мою смену в магазине? Я собираюсь на похороны, – спрашивает Эмбер.

– Конечно, – он в досаде сужает глаза. – В любое время, ты знаешь об этом.