значилось стремление большинства в сторону театра. Пер­

вые мы с Любой выразили, сначала довольно робко, же­

лание организовать, наряду с докладами, драматическую

470

студию и поднести ее Мейерхольду. Это предложение под­

держало большинство. Через недолю собрались у нас с

Николаем Павловичем, Обсуждался вопрос, делать ли

драматическую студию или ограничиться докладами и

диспутами по разным вопросам под руководством Блока.

Хотя большинство было за студию, все-таки к оконча­

тельному решению не пришли. Еще через неделю разго­

воры о кружке возобновились опять у Александры Ан­

дреевны; на этот раз присутствовал Блок. Настроение бы­

ло особенно приподнятое.

Все мы находились под впечатлением «Розы и Крес­

та» — новой пьесы Блока, прочитанной нам автором за

три дня до этого собрания у себя. На чтении пьесы, кро­

ме участников собрания, присутствовали Ольга Михай­

ловна и Всеволод Эмильевич Мейерхольд, поэт Верхов­

ский и, кажется, сестра Чеботаревской. На Мейерхольда,

как на всех присутствующих, пьеса произвела сильное

впечатление. Ему очень хотелось ее поставить, и он пред­

ложил Блоку провести «Розу и Крест» в Александрин­

ский театр, однако поэт не хотел давать свою пьесу ни­

кому, кроме Художественного театра, который, как из­

вестно, взял ее и не поставил. И на меня пьеса произве­

ла громадное впечатление. Океан, туман Бретани, Седой

рыцарь через незабываемый звук блоковского голоса

предстали передо мной по-особенному реальные, и не хо­

телось их видеть грубо воспроизведенными на сцене. Мне

казалось, что там все будет так, как не надо, и первая

мысль, которая пришла мне в голову, была: «Только бы

он не вздумал ставить эту пьесу». Я высказала свое опа­

сение потом Блоку. Многие просили у него «Розу и

Крест», и всякий раз, когда он говорил об этом мне, был

с моей стороны тревожный вопрос, не дал ли он согла­

сия, но Блок неизменно отвечал: «Нет, Валентина

Петровна, не дал и не дам». Втайне он, очевидно, все-таки

мечтал о Художественном театре.

Наступила весна. Мы продолжали часто видеться с

Блоком, причем он бывал почти всегда очень веселым.

Однажды я пожаловалась на то, что у меня идет кровь

из десен, и Александр Александрович сейчас же заявил

с довольным видом, что непременно меня вылечит, так

как сам испытал подобные страдания. Он посоветовал мне

тинктуру галларум, которую ему прописали во время его

болезни. Теперь он говорил об этом с легким смехом.

471

«Я вас сейчас напишу рецепт, Валентина П е т р о в н а » , —

прибавил он и написал три рецепта на маленьких лис­

точках — по-русски, по-французски и по-немецки. По­

следний пропал, привожу здесь первые два:

Pour les dents et pour les dentellès de m-me Bitsch-

koff. Paris, institut de l'agriculture et des siences

phisiques 105. Tincture Gallarum 10 cop. (en monnaie

russe).

Membre de l'institut A. Block *.

Затем: «Госпоже Бычковой Тинктура Галларум — на

10 коп.

Фельдшер епархиальной Оренбургской больницы Ал.

Блок».

Александр Александрович передал мне эти рецепты

через стол с довольным видом, со словами: «Теперь у вас

все пройдет...» После смерти Блока я с удивлением чи­

тала мрачные, безнадежные фразы под числами тех дней,

когда я его видела безудержно веселым.

«Тинктура Галларум», молодой смех и такие слова,

как «тоскую...», «безнадежная тоска» и т. п. Думаю, что

мрачное настроение часто появлялось у него внезапно,

заставляя зачеркивать все веселое и светлое, пережитое

в течение дня.

В ту пору я часто навещала Александру Андреевну

на Офицерской. Однажды пришла к Кублицким вместе

с Н. П. <Бычковым>. Вскоре зашла Люба, а потом Алек­

сандр Александрович в веселом настроении. Ему пришла

фантазия отправиться вместе с нами в «Луна-парк», кото­

рый находился совсем близко. Мы охотно согласились.

Блоку главным образом хотелось прокатиться по искус­

ственным горам, мы и отправились прямо туда. Николай

Павлович уже испытал это удовольствие раньше и пре­

дупредил, что неожиданные крутые обрывы, взлеты вверх

и особенно вниз производят неприятное впечатление, дей­

ствуют на сердце. Заявление это повлияло на Любу —

она осталась стоять у загородки. Мы с Блоком решитель­

но взяли билеты и поехали на тележке, в которой было

мало народу.

* Для зубов и кружев г-жи Бычковой. Париж. Институт сель­

ского хозяйства и физических наук 105. Тинктура Галларум.

10 коп. (русскими деньгами). Член института А. Блок ( фр. ) .

472

Александр Александрович прощался с остающимися

«на всякий случай», а они напутствовали нас комически¬

ми пожеланиями. Нам обоим понравилось мчаться вокруг

горы, поднимаясь все выше над городом, и неожиданно

лететь вниз на каких-то сумасшедших поворотах. Когда

мы приехали обратно, лицо Блока сияло от удовольствия.

Люба и Н. П. смотрели на нас, вопросительно улыбаясь.

Блок сказал: «Чудесно. Едемте, Валентина Петровна,

опять». После этих слов наши спутники молча перегляну­

лись и тоже взяли билеты. Мы вчетвером поместились.

на передних скамейках, а позади уселось несколько де­

виц, которые все время визжали как-то механически. Это

действовало очень неприятно. Нам сказали, что содержа­

тель «Луна-парка» им платил за это. Было непонятно, что

прибавлял такой визг к аттракционам? Мы бы катались

бесконечно, если бы не этот раздражающий, пустой крик.

После гор мы поплыли в лодке по гротам, но это оказа­

лось совсем неинтересно — совершенно бездарная выдум­

ка, которая нас почти рассердила. Затем мы отправились.

в лабиринт. Туда нужно было входить по одному, друг

за другом. Впереди меня шел Н. П., за мной Александр

Александрович и за ним — Любовь Дмитриевна. Была

кромешная тьма, мы ступали по чему-то мягкому, пол

под ногами прыгал, позади опять кричали пустыми голо­

сами. На меня лично это действовало ужасно. В то время

как мои спутники веселились, у меня сердце сжималось

от непонятной тоски. Блок говорил мне смешной вздор,

но я на этот раз не могла отвечать ему в том же тоне,

меня давила темнота, и я собрала все силы, чтобы не за­

кричать от ужаса. Когда я потом рассказала об этом Бло­

ку, он очень удивился и сказал, что на него темнота не

действует так удручающе. Мы зашли в некоторые павиль­

оны и потом долго сидели в саду на скамейке. Через не­

сколько дней после этого к нам пришла Люба и рассказала,

что Александр Александрович каждый день ходит

один кататься на горах. «Докатывается до сумасшест­

вия...» С ним всегда так бывало: когда начинал увлекать­

ся чем-нибудь, весь отдавался этому. В конце мая я уеха­

ла к родным. Н. П. писал мне в деревню, что был в

«Луна-парке» с моим братом и встретил там Любовь Дми­

триевну с Александром Александровичем. Они просили

передать мне привет, говорили, что скоро уезжают за

границу.

473

ЛИРИЧЕСКИЕ ДРАМЫ А. БЛОКА

В ТЕНИШЕВСКОЙ АУДИТОРИИ

А в т о р : Нет, эти господа не го­

дятся для такого рода поэзии. Я уж

лучше уйду.

Тик. Кот в сапогах

Осенью 1913 года наша компания собралась снова.

Все были бодры, полны энергии, и некоторым нашим меч­

там суждено было осуществиться: мы организовали дра­

матическую студию для Вс. Эм. Мейерхольда. Ввиду того,