— Он придёт сюда? — дрогнувшим голосом сказала Мира и потянулась за одеждой. — Ты же говорил: защита стен!

— Это было так давно! Но, знаешь, если даже он придёт сюда… его здесь хорошо встретят!

Миру напугал его чёткий профиль, серьёзно сжатые губы. В одной нижней юбке она подскочила к охотнику, обняла его со спины и прижалась всем телом. Она молчала, не зная, что сказать.

— Прости меня, мышка. Но мы с тобой непростительно легкомысленно забыли о войне.

— …Извечной войне! — почти беззвучно прошептала она.

Карл обернулся к ней.

— Всё будет хорошо, — попробовал успокоить он. — Мы готовы к битвам.

— …Но и он готов!

Карл поморщился, словно от боли.

— Мира, думай о своём задании! — шутливо заметил он, но выражение его лица было далеко не весёлым. Он отпустил её, оставив дрожать от нового холода — предчувствия беды. На ходу надевая сюртук, охотник вышел в кабинет главы и скоро вернулся.

— Вот, возьми брошь. Она пригодится тебе на балу больше, чем мне здесь.

Мира приняла вещицу: круглая, не больше крупной монеты. На эмалевой поверхности был изображён герб Ордена: кинжал и солнце.

— Охотники обязаны подчиняться владельцу броши, как главе Ордена, — она натянуто улыбнулась. — Не боишься наделить меня чрезвычайными полномочиями, глава?

— Так гости Бала лучше послушаются тебя, — серьёзно сказал он и шутливо подтолкнул её к дивану. — Одевайся же!

Мира молчала, пока застёгивала платье. Молчание её было обречённым. Она вдруг почувствовала себя маленькой и слабой, беззащитной перед новым надвигающимся ужасом.

— Какие же мы были дураки! — прошептала она. — Дураки!

— Что ты…

— Мы с тобой. Молчать столько лет! — она снова подошла к охотнику, коснулась его щеки. — О, лучше б мы сбежали тогда, семь лет назад, вместо моего посвящения и треклятых бессмысленных поисков! Но пойми меня: я боялась…

— Мышка, куда ты стремишься сбежать всё время? — Карл засмеялся. — Зачем бежать? Что мы смогли бы вдвоём? Чтобы провернуть то, что я задумал, нам нужна сила, нужны люди. Эти годы поисков прошли не напрасно. Я собрал и подготовил особый отряд… Так что всё правильно. И пока ты не вернёшься с Избранной, нам по-прежнему нельзя выдавать своих чувств: слишком много у нас врагов, даже внутри Ордена. Крас…

Вампирша улыбнулась и покачала головой.

— Отряд уничтожения Бездны? Это не шутка? А я всё равно боюсь другого! Знаешь, сегодня я шла сюда сказать тебе, что ты спас меня от Бездны, как Охотник спас Майю, а теперь…

Их прервали быстрые шаги в коридоре. Охотник и вампирша отступили друг от друга. Оба прислушивались к шагам, гадая, кто это может быть. Мира вертела брошь в руках. Безотчётная тревога охватила её сердце. Она чувствовала, что до краха хрупкого мира зимней ночи остаются считанные мгновения.

Дверь отворил незнакомый охотник. Он оторопело поклонился сначала ей, потом Карлу. Доложил:

— На Арвуме собралась толпа. Человек пятьдесят. С факелами. Мы следили за ними с крыши. Сейчас они выходят на Срединную улицу. Юстин думает, они идут сюда!

— Пятьдесят человек! Кто их ведёт?

— Юстин видел там Крылатых…

Договаривал он уже в коридоре. Карл вышел, оставив Миру, не попрощавшись. Мгновение она стояла в кабинете, прижав пальцы к губам, потом, спохватившись, бросилась за охотниками. Она догнала Карла на лестнице в обсерваторию, тихонько вложила свою ладонь в его, и он успокаивающе пожал её пальцы. Молодой охотник отворил дверь обсерватории и они услышали далёкий бой часов. Четыре утра.

Толпа была видна и без телескопа — Мира выглянула в щель в куполе обсерватории и сразу же увидела её: широкая чёрная лента с яркими пятнами огней. Люди шли быстро, уверенно. Они подходили к Красному мосту.

— Так. А там что? — Карл смотрел в телескоп. — Что это горит… Склады?

— По местоположению похоже.

— И на востоке дым, — глава оторвался от телескопа. — Плохо. Юстин, Мартин, готовьте колокол. Мира, пойдём на крышу.

После длинных коридоров с потолками, теряющимися в темноте, заметная из всех районов Доны башенка со шпилем показалась тесноватой и довольно низенькой — в полтора человеческих роста. Отсюда был виден весь Ориенс и почти весь Сатур — вплоть до ажурной арки Золотого моста над чернильной водой Сермы. Мира, вцепившись в ограждение, глядела туда. Ей чудилось мельтешение чёрных теней.

— Карл, я думаю, вампиры Дэви там, — она указала рукой. — Там, на Набережной, дом Владыки.

В башенку поднялись и юные охотники. Один нёс небольшую лестницу. Чтобы не мешать им, Мира и Карл вышли на крышу. Юстин поднялся под купол башенки и принялся открывать окошки в нём.

— Зачем это он?

— Там колокол. Боюсь, сегодня нам придётся ударить в него. Впервые за столетие!

— Зачем?

— Если толпу собрали вампиры, его звон разобьёт их чары.

— Это хорошо, — испуганно сказала Мира. — А зачем мы здесь?

— Хочу понять, кто ведёт толпу, — охотник прищурился и огляделся. — Но нет, ещё рано. Когда они подойдут ближе, можно будет снова попробовать.

Близкое-близкое небо смотрело на них тысячами глаз. Мира подошла к краю крыши, глянула вниз, на площадку перед колоннами центрального входа, и у неё закружилась голова. Она торопливо отступила от низких перил ограждения.

— Давно ли ты боишься высоты, Крылатая? — охотник улыбнулся, подхватил её, но, когда она повернулась к нему, его лицо вновь было серьёзным:

— Уходи сейчас, Мира. Только не спорь.

— Я останусь.

— Уходи, — терпеливо повторил Карл. — Не тревожься обо мне. Всё будет хорошо.

— Я такой же охотник, как ты, и я, чёрт подери, тоже хочу свести счёты с Владыкой вампиров. Я останусь.

— Сведёшь счёты с Дэви, когда найдёшь Избранную и посвятишь её в Орден. Твоё задание крайне важное, Мира! — он ещё раз оглядел вдруг ставшую чужой и опасной Дону. — Особенно теперь. Война начинается чуть раньше, чем мне бы этого хотелось.

Мира вздохнула. Но времени спорить не было совсем, и она неохотно разомкнула губы:

— Да, ты прав. Я поеду в Карду, — резко развернувшись, она бросилась к обсерватории. Она не хотела, чтобы Карл видел слёзы на её глазах. Слёзы не обиды — страха.

— Куда ты?

Она обернулась и даже смогла улыбнуться:

— За оружием. И брошью… Не провожай меня. Я уйду. Честно.

Но Карл пошёл с ней — собирать людей по Академии. Они снова встретились через несколько минут в том же коридоре третьего этажа у знакомого зеркала. Охотник не удержался от улыбки, увидев её.

— Дай-ка я поправлю, — сказал он, и, подойдя, принялся затягивать ремешки с оружием на её талии и плечах. Его прикосновения опять пробуждали её для любви… Чтобы отвлечься, Мира следила за лицом охотника. Карл был спокоен и даже… радостен. Да, он был рад, что время тревожного ожидания подошло к концу и настало время битвы.

— Я принёс тебе меч, — сказал он, и вампирша улыбнулась, одними губами:

— И арбалет?

— Что? — он опять не понял, какую ночь она вспоминает. Мира опустила глаза.

— Ты знаешь историю Охотника и Майи? — звонко уронила она. — Я не договорила тогда: я боюсь, что наша закончится так же. Я боюсь потерять тебя.

— Не надо этого бояться, — спокойно и жёстко. — Не бойся смерти, бойся предательства.

Скрипнули рассохшиеся деревянные рамы, белая крупа снега, приставшая к ним, шелестя просыпалась на пол Академии. Охотник распахнул окно:

— Лети, Крылатая! Нет, стой…

Они вновь обнялись.

— Я скоро вернусь, — горячо прошептала Мира. — Ты только береги себя! Я ничего не буду бояться больше, но ты всё равно… дождись меня!

— Ты столько раз меня спасала! Ты — моя защита уже пятнадцать лет. Не тревожься, мышка. У нас ещё всё впереди.

Всего один поцелуй, прощальный — быстрый, сухой, какой-то неловкий, но страстный, утверждающий прошлые, залог на будущие… И Мира отступила к окну. Как тяжело ей дался этот шаг! Опять из тепла — в космический холод. Карл спокойно улыбался.