— которые отталкивали в свое время Белинского и приводили его к резким

столкновениям с Бакуниным (см. об этом письма Белинского к Бакунину от 10

сентября 1838 г., от 12—24 октября этого же года и др.— Белинский, т. XI, стр.

281—305, 307—348).

[110] Анненков явно сгущает краски. В письме к Пыпину от 3 июля 1874 г.

он более объективно и более глубоко, на наш взгляд, расценивал

правогегельянский искус Белинского. «Примите особенную благодарность,—

писал он,— за вашу мысль о том, что консервативная теория Белинского 1840 г.

стояла выше разодранных протестов прежнего времени, потому что представляла

уже систему, из которой мог быть выход, между тем как из порывов и стремлений

никакого выхода не бывает» (ЛН, т. 67, стр. 547). Кроме того, Белинский всегда

был не только свободен от какого бы то ни было «послушнического» подчинения

Гегелю и его системе, как пишет Анненков, но и оригинален в своих философских

исканиях и особенно в своих критических суждениях (см. например, его письмо к

М. Бакунину от 12—24 октября 1838 г.— Белинский, т. XI, стр. 313).

[111] На самом деле «многие из друзей редактора» (М. Бакунин, В. Боткин, К. Аксаков и др.) были «недовольны» не «примирением» Белинского, как

пытается представить Анненков, а его обличениями, его независимостью и

активным вмешательством с помощью журнала во все важнейшие вопросы жизни

того времени. И друзья не раз пытались «образумить» Белинского ссылками на

авторитет Гегеля, Станкевича, с помощью своеобразной «дружеской» цензуры и

т. д. Когда же «образумить» Белинского не удалось, «друзья» попросту перестали

сотрудничать в журнале. Объясняя свои неудачи с «Московским наблюдателем», Белинский писал Станкевичу: «Участие приятелей моих прекратилось — я

остался один; цензура теснила» (Белинский, т. XI, стр. 399). Так уже в период

«Московского наблюдателя» началось то распадение разнородных элементов в

кружке «друзей Станкевича», которое в начале сороковых годов выльется в

идейное размежевание. Что же касается неудачи с этим журналом, то Белинский

принял его редактирование в тот момент, когда журнал был уже загублен

403

прежней редакцией. Издатель Степанов срывал выход номеров в срок, цензура

снимала статью за статьей, и если все же «Московский наблюдатель» выходил в

течение длительного времени (апрель 1838 г. — июнь 1839 г.) и стал при

Белинском едва ли не лучшим русским журналом, то это объясняется только

неутомимой деятельностью редактора.

[112] «Московский наблюдатель» редакции Белинского т. XVI кн. I,

цензурное разрешение 11 апр. 1838 г.) в качестве философской программной

статьи имел предисловие М. Бакунина к его же переводу «Гимназических речей

Гегеля» (стр. 5—20). Статья же Ретшера, тоже программная по вопросам эстетики

и критики, в переводе и с предисловием М. Каткова, была напечатана в т. XVII (цензурное разрешение 22 сентября 1838 г.).

[113] Цитата (с пропусками) из статьи Белинского под названием: «Полное

собрание сочинений Д. И. Фонвизина.—Юрий Милославский, или Русские в 1612

году» (см. Белинский, т. II, стр. 565). Статья эта была напечатана в «Московском

наблюдателе» (т. XVIII, кн. II — цензурное разрешение 16 ноября 1838 г.) и

посвящена преимущественно вопросам теории искусства.

[114] Анненков имеет в виду статью Белинского «Гамлет». Драма

Шекспира. Мочалов в роли Гамлета». Начальная часть статьи была напечатана

через посредство Н. Полевого в «Северной пчеле» (1838, № 4), полностью статья

появилась в «Московском наблюдателе» в I и II мартовских, I апрельской

книжках за 1838 г. (т. XVI). Основываясь на отдельных, отнюдь не главных

положениях, Анненков субъективно трактует содержание этой статьи Белинского, не утратившей своего позитивного значения и до сих пор.

[115] Цитируется отрывок из рецензии Белинского на книжки

«Современника», изданные после смерти поэта. Рецензия напечатана в разделе

«Литературная хроника» в «Московском наблюдателе» (1838, т. XVI, март, кн. I).

Курсив принадлежит Анненкову (см. Белинский, т. II, стр. 348—349).

[116] Приводится с пропусками отдельных фраз отрывок из рецензии

Белинского «Очерки Бородинского сражения (Воспоминания о 1812 годе)».

Сочинение Ф. Глинки», опубликованной в «Отечественных записках», 1839, № 12

(см. Белинский, т. III, стр. 341).

[117] Анненков имеет в виду письмо Белинского к И. И. Панаеву, впервые

опубликованное последним в его «Воспоминании о Белинском», напечатанном в

«Современнике», 1860, № 1 (см. это письмо — Белинский, т."Х1, стр. 371—374).

Вторая часть «Фауста» Гете действительно подала повод к полемике между

Белинским и остальными членами кружка. В письме к М. Бакунину от 12—24

октября 1838 г., в котором Белинский отстаивал свою независимость от Гегеля, он

заявлял, имея в виду Вторую часть «Фауста» Гете, что «символы и аллегории»

для него — «не поэзия, но совершенное отрицание поэзии, унижение ее»

(Белинский, т. XI, стр. 314).

[118] В «Телескопе» 1835 года помещены были образцовые статьи:

«О русской повести и повестях Гоголя», «О стихотворениях Баратынского»,

«Стихотворения Владимира Бенедиктова» и «Стихотворения Кольцова».

Надеждин, поручивший издание «Телескопа» Белинскому при своем отъезде за

границу, был удивлен по возвращении в декабре 1835 года и доброкачественности

404

ю статей, в нем помещенных, и запущенности редакции, не додавшей множество

книжек журнала. Таков был и потом Белинский как «редактор». (Прим. П. В.

Анненкова.)

[119] См. мои «Воспоминания и критические очерки», т, I, в статье- о

Гоголе. (Прим. П. В. Анненкова.)

[120] Московские знакомые и доброжелатели — очевидно, М. Погодин, С.

Шевырев и Киреевские, тяготевшие к «Московскому наблюдателю» в период

фактического его редактирования С. Шевыревым. О Гоголе в «Московском

наблюдателе» писал сам Шевырев. Статья его о «Миргороде» появилась в

журнале в 1835 г. (ч. I, март, кн. 2) и вызвала ядовитый отклик Белинского в его

обзоре «О критике и литературных мнениях „Московского наблюдателя"» (см.

Белинский, т. II, стр. 136— 137).

[121] «Место», которое прочел Гоголь, содержится в обзорно-теоретической

части статьи Белинского «О русской повести и повестях г. Гоголя» (Белинский, т.

I, стр. 286—287). В этой же статье Белинский положительно оценивал и повести

Н. А. Полевого — «Живописец», «Эмма», «Рассказы русского солдата» и др.

(Белинский, т. I, стр. 278—280).

[122] «Московский телеграф)» Н. А. Полевого, основанный в 1825 г., был

лучшим по тому времени журналом в России. Запрещен в начале апреля 1834 г.

по повелению Николая I. Поводом к запрещению послужил отрицательный отзыв

редактора о пьесе Н. Кукольника «Рука Всевышнего отечество спасла».

[123] Белинский опровергал критика «Московского наблюдателя», то есть

С. П. Шевырева, многократно. По поводу мнения Шевырева о гоголевском

«слышу» Белинский писал в той же статье «О русской повести и повестях г.

Гоголя» (см. Белинский, т. I, стр, 305).

[124] Анненков имеет в виду целый ряд выступлений Белинского в защиту

комедии, начиная с его первой рецензии «Московские записки» на постановку

«Ревизора» на московской сцене («Молва», 1836, ч. XI, № 8). Уже в этой

рецензии, ошибочно не включенной в состав академического собрания его

сочинений, Белинский охарактеризовал появление «Ревизора» как начало

подлинно русского «национального театра». В статьях 1838 г. «Московский

театр» и «Петровский театр» Белинский называл ^Ревизора» «гениальным

созданием», «великим произведением драматического гения» («Московский

наблюдатель», 1838, т. XVI, апрель, кн. I и т. XVII, июнь, кн. II). Развернутый