чально виртуальных. Конец света - определение условное. Это скорее за-

хлопывание... аплодисментами, дверью или захлопывание как удаление.

Или мимикрия - социалистическая революция, перестройка...

- Можно ли захлопнуть смерть? Удалить под аплодисменты?

- Ты имеешь в виду центробежную силу идиотизма? Или мировые от-

крытия?

- Я хочу спросить, может ли быть у смещения конец?

- Нет. Независимо от того, какое это смещение - колёса телеги или

мировоззрения. Речь идет о фиксированном мгновении. Насколько при-

менима сегодняшняя формула для завтрашнего дня? Что словарь Даля

- для Интернета?

Смещение - это продукт не закавыченных человеческих действий. Нам

трудно ориентироваться в происходящем, потому что живём по закону

навязанного. У нас идея заранее противопоставляется её реализации, по-

лучается раздвоение. Отсюда - путаница. Каждый человек как бы под-

мигивает собеседнику: «Я понимаю, о чём ты говоришь» - а на самом деле

- нет! И смещение - как отход от навязанного, чтобы вернуться к себе!

Осознать: что ты потерял? Что приобрёл? Кто ты - на ладони времени?

Когда я работал в цирке, там был ручной медведик, перед выступле-

нием его держали на цепи. Он вставал на задние лапы и долго-долго под-

прыгивал - вверх-вниз, имитируя бег. Вот так и мы - думаем, что куда-то

бежим, а на самом деле как тот медведик...

Трагедия каждого человека - его проблемы. Трагедия личности, управ-

ляющей государством, - трагедия народа. Какой ценой обретаем мы до-

блести наши? Проживая в скудоте, утверждаем, что богаты. ...Смещение

- как «раскоряченность» в сознании, когда вдруг понимаешь, что многое

неблагополучно.

И что самое удивительное - двое будут размышлять 72 часа, абсолютно

утеряв суть предмета обсуждения, но при этом делать вид, что понимают

друг друга. Трудно найти момент сближения. И вместо того, чтобы сказать

«да», мы вступаем в конфликты - то есть делается всё, чтобы укоротить жизнь,

а не продлить её. Нам необходимо определиться в этих размышлениях. Если

будем говорить о человеке - результат один. Если об обществе - другой.

- Этот процесс закономерный? Или форма самозащиты?

- О человеке - защита. Об обществе - мировоззренческая усталость.

87

Невозможность закончить одно, чтобы перейти к другому. У любого дела

должен быть результат. Вот мы желаем уйти от войны, насладиться побе-

дами. И вдруг оказывается, что «победа - дураку награда, для мыслящего -

тяжкий крест». У меня есть стихотворение: «И то, что в молодости подвиг,

иначе в зрелости звучит...».

...Усталость и самозащита так же условны, как жизнь. Из чего мы вы-

рывались с кровью - возвращаемся к тому же, но уже по доброй воле. Упо-

ительный возврат в тюрьму-казарму, в храм-тюрьму или симуляция воз-

вращения к вере... Причем всё происходит молниеносно. Только подумал

- а оно уже воплотилось! Уплотняется разница до мгновения между тобой,

пропевшим и мною, услышавшим.

...Смещение как движение по восьмёрке - от разумного к безумию. Что-

бы кормить время, человек насаживает самого себя на крючок вместо на-

живки, делает пируэт и в повороте пытается рассмотреть себя в простран-

стве... Так меньше разрушается психика, её защитная часть. Безразличие

времени, избыток его ведёт к смятению, обезличивает потери, находки,

слова уже не соответствуют заложенному в них смыслу.

...Не надо мешать жизни определениями, умершими вчера. Вся она -

смещение... чтобы ошибаться, делать открытия, забывать о них и возвра-

щаться к прежнему. Но капелька рассвета рождает восторг.

- У тебя есть тревога, что жизнь коротка?

- Что за ценность обретённой жизни, если другой распоряжается име-

нем моим?

- Где же спасение, выход?

- В уровне самооткрытия - «нимб имени моего». Человек открывает свою

неповторимость. И через неё только я просматриваю условность или кон-

кретность происходящего. В отчаянии мы выбрасываемся из существо-

вания, как киты на берег... Это крик о невозможности реализовать себя

в той среде... почти всегда зная, что только такой ценой можно заявить о

себе в мире безумия. Киты, работающие «на обслугу», не выбросятся.

Я вижу строительство будущего по принципу ласточкиного гнезда. Из

маленькой грязючки птаха лепит домик, в котором родятся птички и осе-

нью улетят, но инстинкт рождения непременно приведёт их обратно.

В мире, строящемся по подобию ласточкиного гнезда, не бывает тако-

го, чтобы то, что один созидал годами, другой получал за минуту без вся-

кого труда. Если твои действия вызывают у окружающих улыбку хотя бы

малого удовлетворения, уход с мировой сцены воспринимается как пол-

ная исчерпанность в деле, которое было для тебя музыкой. И тогда уход

не так страшен. Просто: «Прощайте, ухожу...»

СМЕЩЕНИЕ

Как формируется калека?

Смещают свет и тьму ума

В бетонной центрифуге века:

Страна - казарма, храм - тюрьма.

Народный голос - рёв амбиций.

И друг вчерашний - враг уже.

И выполняют план убийцы

Под лязг затворов и ножей.

И удобряют ниву прахом.

И нет претензий. А к кому?..

И торжествует Молох Страха,

88

В мешке ведущий

Свет во Тьму.

* * *

Обиды нет

На ревизоров высших.

Их дело - план,

Колонки цифр и строф:

Сочтут рекорды,

Нас бесстрастно спишут

В счёт великозапойных катастроф.

Судимым, битым,

Недочеловекам

Нам даже мёртвым искажают счёт.

Я не пропал. Пришёл к исходу века.

Бежит река судьбы моей. Течёт.

А где-то над болотами, лесами

Кочуют стаи душ!

Метель, дыми,

Сокрой их, нелюдей,

Кого списали...

Те, кто всегда зовут себя людьми.

* * *

Свечи. Свечи. Свечи в ряд.

В память обречённым

Души-свечечки горят

В сверхдержавье чёрном...

БРАТЬЯМ МЕНЬШИМ

Приручённые братики-звери,

Всё пронзительней

Душ наших связь:

Я в загонное счастье не верю,

А иного не будет для вас.

Но нельзя.

Не спастись нам иначе.

Легче тем, кто рождён взаперти.

Только я по ночам

Ещё плачу,

Что-то помню о прошлом пути...

То ль леса,

То ли вольное поле,

Где не раз я бежал наугад,

С сердцем,

Рвущемся радостной болью,

Сквозь февральские

Настежь снега.

А теперь от лесов обнищанья

Веет долгая в душу тоска.

Как и вы - я себя ощущаю

В индустрийных железных тисках.

89

Иногда вдруг заслышу - завыли!

И зайдусь, задыхаясь в ночи.

Сам из тех,

Что в отстрел не добили,

А теперь вот

Должны приручить.

* * *

Иллюзий нет.

Мой путь почти что пройден.

Каков итог? Осмыслим рубежи.

Впитал, вдышал я

Ужас «малых родин»,

Чтоб навсегда

Большой,

Страдая, жить.

Жестокий век,

Жестокий личный опыт.

В нём ослепленье и прозренье в нём.

И что пришлось, отхлопав, перетопать,

Уж никаким не истребить огнём.

И в отдалённых тех краях недаром

Жевал свой хлеб,

Как жестяной осот.

Оттуда «десять сталинских ударов»,

Из далей тех осмыслил и высот.

Сбрось массовый психоз, народ, не рань

Себя лесами идолов в металле!

Оплачь калек войны, уродцев, рвань,

Их по твоим же просьбам заметали.

Иллюзий нет, душа.

Помыслим, стой.

Вглядись в фанерки звёзд, в погосты-чащи.

Легко произнося: «Тридцать шестой...»,

Мы восхваляем мрак кровоточащий,

Тот, ножевой, жерёбый злобой взмах,

С которого начнутся все расчёты:

Смешав идею Господа и чёрта,

Чума свила гнездилища в умах...

Пока буржуев превращали в нищих