Рыжая помрачнела.

— И это не все. Вот. — я протянула флешку. — В файле «Инквизитор».

— А Герман у вас не промах. — вяло пошутила секретарша. — Такие книги пишет!

Девушка открыла файл, пролистала его и ойкнула, точно обожглась. Она несколько минут ошарашено таращилась на фразу: «Лера. Не пугайся. Я жив. Я здесь, только не могу отсюда выбраться». Она даже коснулась пальцами экрана:

— Я так понимаю, эта надпись появилась у вас на глазах?

— Именно так.

Секретарша порывисто встала:

— Магистр приедет завтра. В десять утра. Я постараюсь все уладить. Вы звонили со своего сотового?

— Да.

— Значит, по нему мы с вами и свяжемся. Сейчас нужно уладить бумажные вопросы. Нам нужен адрес объекта и имена всех, кто теоретически может входить в квартиру в течение трех ближайших дней. И ваши паспортные данные. И еще расписка на ваше согласие для проведения церемонии. Мы ведь несем уголовную ответственность за сохранность вашей жизни, да и ценных вещей, пока проводим обряды. А Валеру мы сейчас вызовем.

Еще через двадцать минут в дверях появился парень лет двадцати пяти. Симпатичный, чем-то на Геру похожий, но было в нем что-то отталкивающее, скользкое и противное, что-то от той старухи в церкви. Нет, презрения в нем не было, но какая-то чернота проглядывала. Если бы он не был стажером, я бы приняла его даже не за ловеласа, а именно за свадебного афериста. Даже не знаю, почему.

Когда мы оформили бумаги, Валера провел меня на улицу и распахнул двери зеленой «девятки». Перехватив мой удивленный взгляд, он принялся оправдываться:

— Это не служебная машина, а личная. Пусть старенькая, но я ее сам заработал. Так-то я вовсе не бедный.

— Да мне какая разница? — я почувствовала, что парень пытается мне понравиться. Вот только зачем? Он ведь слышал, что у меня пропал жених. Ох, уж эти самцы, вечно они об одном думают!

Надо было позвонить Светке, вызвать ее для страховки. Что-то не хотелось мне оставаться один на один с этим хлыщем в Гериной квартире, но пока ей все втолкуешь. А время уходит. Кто знает, может быть, для Геры счет идет на часы?

И мы поехали.

Валера не умолкал ни на минуту. Он трещал о новых музыкальных веяниях; о гламурной тусовке; о том поднимается ли юмор «Нашей раши» от уровня «параши» или остается ниже пояса; о проекте «Дом-2», как о феномене, влияющем на умы молодежи.

Он говорил о сериалах так, словно, действительно, их просматривал хотя бы по диагонали. Он трещал о «Ранетках» и «Папиных дочках», о «Курсантах» и о «Колдовской любви». И, в целом, весь этот восторженный поток немного странных рассуждений утомлял и даже слегка раздражал.

Похоже, Валера думал, что отвлекает меня от черных мыслей. Но если он так выполнял часть работы, то долго ему еще в стажерах ходить!

Когда мы подъехали к дому, на лавочке сидела соседка Геры — Марья Ивановна. Она возбужденно рассказывала о чем-то подружке. Увидев нас, она ядовито прошипела, вроде бы тихо, но так, что бы я услышала:

— Полюбуйся, устроили тут Содом и Гоморру! Уже второго мужика в дом тащит. У них там секс сейчас случится, тьфу, глаза бесстыжие!

Валера услышал это, подмигнул мне и направился прямо к Ивановне:

— Уголовный розыск. — и он раскрыл перед бабульками какую-то красную книжечку, смахивающую на студенческий билет. — Оперуполномоченный Валерий Касторкин. Я так понимаю: вы соседки Германа? Сегодня ночью был совершен злодейский налет на его жилище. Из квартиры пропали деньги и ценные вещи. Вы не видели этой ночью никого поднимающегося или спускающегося по лестнице?

— Так и не было никого. — затарахтела Марья Ивановна. — А как могли ограбить, если Глеб вот с этой девахой как вчера вечером вошел, так и не выходил. Часа в три у них чайник вскипал. У них же свисток, дак, значит, они еще там были. Кишки, выходит, полоскали. А выходила только она! — и Марья Ивановна ткнула в меня пальцем. — Впрочем, ручаться не могу. Я на кухне возилась. Слышу гам, тарарам: выглянула: дверь-то их и захлопнулась. Видно поругались, и кто-то ушел. А кто, вот этого я не углядела. Может быть, Герман. Только уже потом, минут через пять и деваха эта смоталась. Вы на ее колено посмотрите. Вчера она без повязок туда входила. Я так думаю, подрались они, вот Герман и ушел. Не могли ночью квартиру обчистить. А вот днем деваха эта туда с другим парнем входила, и удостоверение мне они не показывали. Может это именно она в сговоре с преступниками!

— И как только твой язык не отсохнет? — я подошла к старухе вплотную. — А, может, это ты в квартиру залезла, пока нас не было? А что: двери — в двери. Нужно только ключик подобрать. Вот откуда ты можешь знать какой у нас чайник?

— И кто тебя вырастил только такую?! Ни какого почтения к старшим! Да про ваш чайник весь подъезд знает. Герман шумит им днем и ночью. Он же романы сочиняет. Писатель. Днем-то ему некогда: парень учится.

— Разберемся. — сказал Валера, явно пожалевший, что устроил эту перепалку. — Пройдемте на место преступления, гражданка.

— Вы уж с ней разберитесь! — донеслось мне в спину.

Когда мы зашли в квартиру, Валера сказал:

— Весело у вас. Кстати, а кого вы еще приводили?

— Да Глеба. Это друг Геры. Он все больше по компьютерам. Я думала, он сможет остановить это безумие, но Глеб сказал, что это не просто программа, а нечто такое, чего он даже понять не может. Вот я к вам и обратилась.

— Ясно. — Валера разулся, прошел на кухню, открыл свою сумку, достал из нее странную конструкцию из проволоки и маятник из гаечки. Держа это в обеих руках, он двинулся в обход комнаты. Видимо, проверял какое-то там магическое излучение.

Проволочная рамка прокручивалась, маятник мерно покачивался. Но мне почему-то казалось, что это пальцы Валеры просто подрагивали и приводили эти агрегаты в движение.

Пока Валера изучал квартиру, я ушла на кухню. Открыла настежь окно. Очень хотелось свежего воздуха.

Валера возился у ноута. Все его приборы, похоже, ничего ему не открыли. Когда я выглянула с кухни, на лице у Валеры было не изумление и даже не испуг, а какое-то глумление. Похоже, я была для него тупым «лузером», которого легко «развести».

— Ну что? — я подошла к Валере.

— Странно все это. — проворчал парень и прошелся пальцами по клавиатуре. Компьютер подчинялся командам и не своевольничал. — Ваш жених исчез. Вы приводили сюда друга. Старушки утверждают, что кто-то за пять минут до вашего побега кто-то выходил из комнаты. И я не вижу ничего необычного. Пси-излучение в норме. Радиация — и та в порядке. — парень ткнул мне под нос дозиметр. — Что вы на это скажете?

Я растерялась. Меня пытались уличить во лжи! Это стажер прямо показывал, что я либо лгунья, либо просто сошла с ума.

От Валеры шла волна странных ощущений. Я ему нравилась и, похоже, он думал, что я не просто разругалась с другом, а убила Геру, и разыграла весь этот спектакль как по нотам, чтобы завладеть квартирой. А Глеб мне в этом помогал, потому что он — любовник.

Я вдруг все это молниеносно поняла, точно прочитала его мысли. Похоже, этот тип не знал, что мы не расписаны.

Что ж, надо сказать, логика в этих подозрениях была безукоризненная. Дверью-то я дважды хлопала, и никто не видел выходящего Геру.

Вот только куда мы с Глебом труп дели?

Я сделала шаг назад и поняла, что совершила ошибку, не позвав сюда Светку. Я думала, что напасть он не посмеет: его видели, с ним разговаривали, он работает среди настоящих магов.

Но ведь подонкам все нипочем! Главное, чтобы их не взяли с поличным.

А ведь я его сама сюда привела, по собственной воле, и на меня из-за кустов с монтировкой никто не кидался.

Надо же, как глупо я защелкнула собственную клетку!

— Вам еще повезло, что вызвали меня, а не магистра. — Валера плотоядно улыбнулся. — Со мной можно договориться. Я напишу рапорт об изгнании. А завтра, когда явится босс, он увидит такую же чистую и пустую комнату, поверит, что я изгнал духа. И все будет шито-крыто.