Валера все еще не говорил о своих грязных подозрениях, но его намерения стали совершенно очевидными.

Я схватила сотовый и нажала кнопку быстрого доступа к последним исходящим звонкам. Первым в списке стояло агентство. Ниже — Глеб.

— А вот этого не надо. — Валера прыгнул на меня, выбивая раскладушку из рук. — Ты что же, всерьез полагаешь, что тебе удастся скрыть убийство за ширмой мистических переживаний? Я ведь не просто стажер. Я, на самом деле, лейтенант милиции. И корочки у меня настоящие. Меня внедрили, чтобы разоблачить это шарлатанское агентство.

И уже не важно, где этот Валера самозабвенно врал, а где говорил правду. Все равно напугать его не удастся, а жаль! Я пыталась отбиваться, но парень был сильнее. Он придавил меня своим весом:

— Я вовсе не жажду тебя посадить! — словоохотливый насильник, похоже, уговаривал остатки своей совести, а вовсе не обращался ко мне. — Но и молчать я не имею права. Однако, я — легко закрою глаза в обмен на простую любезность.

— Нет, подонок!

— А ведь заявить на меня ты не можешь. На тебе «мокруха»! — все, Валера решил больше не скрывать свои подозрения и действовать наверняка. — Что ты рыпаешься? У тебя все равно нет выбора!

Я закричала.

— Дура. — усмехнулся Валера. — Все знают, что ты сюда зашла с милиционером. Если услышат, решат, что мы труп нашли или еще что. Никто двери взламывать не станет.

Как у него все продумано!

Интересно, в магическом салоне знают о его подвигах?

И, может быть, нет никаких магистров, а есть кучка импотентов, помогающих друг другу таким вот образом лишать чести и невинности девушек и без того попавших в трудные обстоятельства? В самом деле, разве парень обратится за помощью к магам? Да ни за что.

И ведь думала же я позвонить Светке. Словно сама притянула эту дурацкую ситуацию. Ну откуда я могла предположить, что и за колдунами наблюдают похотливые ищейки? Если, конечно, этот козел не сочиняет. А, похоже, что врет. Милиционера-то найти намного проще и подставить его можно на волне борьбы с «оборотнями в погонах».

Надо было звонить Светке! При нем, демонстративно, пока бумаги оформляли. Почему я сразу этого не сделала?

Валера заткнул мне рот ладонью, локтем передавил руки так, что я и пошевелиться не могла:

— Зря ты так. Могла бы быть и поласковей. С Органами-то.

Я брыкалась, но ни один из моих жалких ударов не достиг цели. Валера залез свободной рукой мне под юбку. Сволочь, порвал колготки.

Я укусила его за ладонь, зажимающую рот.

— С-сука! — прошипел Валера, рванул молнию на штанах, и я почувствовала прикосновение его горячего тела.

И в тот же миг раздался зловещий хохот.

Начинается чертовщина!

Я замерла, точно испуганная девочка и зажмурилась.

Валера, похоже, тоже здорово струхнул, весь обмяк и обернулся на звук:

— Мать твою! — липовый милиционер выскочил прочь из квартиры, на ходу застегивая штаны.

Превозмогая охватившую панику, я открыла глаза. Возле меня стоял старичок с козлиной бородкой. Он весь был соткан из струящегося сиреневого тумана, и в одной руке у него было что-то вроде посоха, объятого настоящим пламенем. Кажется, он огрел этой палкой мента позорного.

Призрак подмигнул мне. И я узнала его. Это был тот раскосый длинноволосый старикан, которого мы встретили и слегка напугали, когда шли знакомиться с моими родителями. Это точно был он: владельца такой колоритной внешности трудно с кем-либо перепутать. Но он был здесь не весь, не физически.

— Герман жив. — сказал призрак. — И ты сможешь его вернуть. На чудеса способна лишь сила любви.

Все это произошло за считанные доли секунды. Дверь за беглецом тем временем хлопнула, и призрак рассеялся вместе с порывом ветра.

Я встала, подтянула порванные колготки, взяла забытую Валерой сумку с его долбанными магическими маятниками и дозиметром, и, выйдя на площадку, швырнула все это вниз, в лестничный проем. Сумка загрохотала по перилам и ступеням.

Захлопнув за собой дверь, я села на пол, подпирая стену спиной, и разревелась.

Я совсем запуталась во всем происходящем. Я настолько углубилась в мистические переживания, что забыла об элементарных мерах предосторожности. И все это так глупо, потому что никогда ничего подобного со мной не происходило. Я повела себя как законченная блондинка! От этого на душе было еще горше.

Мне было все равно, сошла я с ума или нет, и без разницы, какая сила спасла меня от насилия. И я уже даже не боялась всех этих самопишущих компьютеров и старичков с горящими палками.

Я поняла, что попасть туда, куда провалился Герман и вернуть его оттуда может только один человек на земле. И не поможет мне ни настоящий магистр, ни священник. Нужно было просто набраться мужества и поверить в свои силы. Дальнейшее, скорее всего, произойдет без особых усилий с моей стороны.

Возможно, в игре участвуют две силы: одна Геру похитила, другая — хочет освободить.

Почему-то сразу вспомнилась моя соседка по дому с крючковатым носом, похожая на бабу Ягу.

А что: пасьянс-то раскладывался. Две силы: старик и старуха с яркой внешностью делят сферы магического влияния.

Гера — худо-бедно, но фантазер и сочинитель.

Старухе нужно, чтобы он написал роман, который непонятным образом увеличит ее власть и мощь, а старичку этого не надо, но и убивать Геру не входит в его планы: вдруг он тот же самый роман перепишет в его пользу?

Господи, я все больше и больше начинаю думать, как мой Гера. Я словно складываю мозаику из намеков и образов, понимая, что все это не может быть правдой. Но и иного объяснения происходящему попросту нет.

Вот как Гера пропал?

Проснулся.

Раз Марья Ивановна слышала свисток чайника, значит Гера опять пил кофе. И потом он исчез.

О чем он думал?

Обо мне? Может быть, но если смотреть на вещи трезво: скорее всего — о сюжетных линиях какого-нибудь рассказа.

Даже известно какого. «Инквизитора».

Нужно заставить себя сесть за компьютер и, для начала, прочитать этот шедевр. В нем, наверняка, есть ключик к тому, как попасть в тот мир, и как из него выйти.

Я размазала слезы по щекам и подсела к ноуту.

Монитор сразу очнулся от сна. Передо мной услужливо раскрыли «вордовский» файл.

Похоже, я приняла единственно правильное решение за весь сегодняшний безумный день.

Давно ли я ощущал себя изгоем на уральской земле? А теперь я — глава Ордена.

Я уезжал отсюда с желанием стереть с лица земли жалкое, никчемное отродье людей. Я мечтал пробудить красную магическую расу, возродить великих магов, погибших вместе с Лемурией. И Москва приползла ко мне, точно побитый щенок!

Но я опять вернулся в Екатеринбург, точно жизнь водит меня по кругу. Изгнанный, презренный, выживший, победивший…

«Изгой». Я покатал это слово на языке. Мало кто помнит, что означает это слово. «Гой» в «Талмуде» — это не еврей, а любой другой человек, который, согласно учению, приравнивается к домашней скотине.

Изгой. То есть изгнанный из среды евреев, ставший одним из гоев, нелюдей… Как я сейчас.

Да, иногда я ловлю себя на мысли, что весь наш мир какой-то не совсем настоящий, он построен на игре слов, символов и понятий.

Вот и сейчас я просто играл в бисер. И не было в душе моей никаких эмоций. Я бесстрастно жонглировал словами и фактами, ничего из них не выводя.

Я ехал в трамвае по улице «Восьмого марта».

Машины двигались потоками. По тротуарам, рядами, навстречу друг другу, шли люди. И все это было хаотично, не то, что у муравьев. Забавно было следить за этим.

Люди… Как ни грустно, но все они непременно вписываются в общепризнанные типажи.

Вон идет банкир, расфуфыренный, точно министр, расталкивая всех пивным животом.

Вон суетятся поджарые жулики с угловатыми лицами и узловатыми фалангами пальцев.

Вон студенты, которые вечно кучкуются и щебечут, радуясь жизни и обсуждая жизненно важные вопросы, которые непременно попадут в экзаменационные билеты.