То, что увидел Тассин дальше, ввергло его в суеверный ужас. Из возникших посреди улиц столбов света посыпали кошмарные существа, сошедшие с древних фресок. Краснокожие рогатые демоны с горящими глазами и звериными мордами — ими родители пугают непослушных отпрысков, они фигурируют в мифах и легендах многих культур Тир Адалатта.

— Я вижу, вы потрясены, экзарх.

Тассин постарался сохранить самообладание.

— Просто слегка удивлен.

Толпа демонов отнюдь не напоминала стадо обезумевших от голода зверей, наоборот, в их действиях чувствовалась слаженность. Примерно каждый второй держал в лапах стрелковое оружие, на поясных ремнях они носили боезапас. Над краснокожими возвышались существа ростом в четыре раза выше любого альва, облачены они в испещренные колдовскими рунами бронзовые доспехи.

Демоны разбились на отряды и приступили к зачистке района от выживших арахнидов. Часть врагов успела скрыться на верхних этажах мегаскребов, где периодически гремели залпы огнестрельного оружия, взрывы гранат и магических заклятий. Экзарха впечатлила эффективность, слаженность действий необычных союзников Федерации. Демоны подобно урагану налетали и расправлялись с остатками сил Конклава. Боевая магия жуков встретила не менее мощного конкурента. На исходе первого часа боев жуки были окончательно выбиты из предместий Саталя, воины эси'руун обратились в бегство.

— Отступают, в первый раз наблюдаю такое. — Тассин не мог до конца поверить картинкам с зондов-разведчиков. Возможно, впервые появляется реальный шанс переломить ход войны в пользу Лиги Адал. — Обычно жуки сражаются до конца, не считаясь с потерями, а тут улепетывают словно елины от хищника.

— Одаренные в магическом плане демоны Хаоса легко могут ввести разумное существо в состояние паники, порой не приходится даже начинать сражение. С арахнидами этот прием работает не так эффективно, мы их напугали, но не до состояния полной невменяемости.

— Жаль вы не появились на Адалатте восемь лет назад.

Тирус. Южная часть Антарктического полуострова.

Земля Палмера. Республика Горасная.

Спустя три недели с момента начала операции «Ледовый шторм».

Бронированный внедорожник то и дело трясло на ямах, ухабах, образовавшихся на дорогах Ландана после боев недельной давности. Фронт отодвинулся на две сотни километров южнее и сейчас город находился в глубоком тылу Федерации. Союзники уже никогда сюда не вернутся, не успевшим эвакуироваться жителям придется навсегда смириться с приходом новой власти, хотя некоторые готовы во что бы ни стало продолжать борьбу.

— Следующий поворот налево, — приказал СЕ20056, сверившись с показаниями навигационной системы. — Маршрут будет короче.

— Есть, — отчеканил солдат, выполнявший функции водителя транспортного средства. Наблюдая за обстановкой сержант отметил, что на улицах появилось множество гражданских лиц — им разрешено выходить из домов в дневное время, когда не действует комендантский час. Нарушителей ждет арест и серьезное разбирательство с внесением в личное досье соответствующей отметки. В отношении бывших граждан СНР действует политика мер интернирования. Вокруг Ландана уже возводится стена ограничительного периметра, выйти за который можно по специальному разрешению. За порядком будут следить дроны, подразделения гуманоидных БРП, многочисленные системы наблюдения, у партизан просто не останется простора для ведения подрывной деятельности. Таков удел побежденных.

— Вы прибыли в пункт назначения, — оповестила бортовая навигационная система. Внедорожник припарковали на обочине дороги, остаток маршрута предстояло проделать пешком, так как габариты автотранспорта не позволяют проехать через узкие переулки Ландана. Жители, едва завидев, солдат-синтетов поспешили спрятаться по домам, Трансчеловеческий корпус внушал ужас не меньший, чем демоны Хаоса. Только кем-то оставленная на крыльце собака истошно лаяла на представителей Федерации. В памяти CE20056 всплыл фрагмент воспоминания из прежней жизни: он тоже держал в качестве питомца овчарку…

Добравшись до нужного дома, солдаты рассредоточились, дабы отрезать подозреваемой пути отступления. CE20056 занял у позицию у главного входа, еще двое бойцов следили за окнами и выходом на задний двор.

— Начинаем!

В окна полетели светошумовые гранаты, бионическая нога сержанта с первого удара выбила металлопластиковую дверь с петель. В прихожей никого не было, зато в гостиной находилась дезориентированная вспышкой женская особь. Оказать сопротивления она не успела, CE20056 выпустил заряд пониженной мощности из станнера. Фиолетовая искрящаяся сфера с треском пролетела два метра и врезалась в тело подозреваемой, немного подпалив одежду и нанеся ожог второй степени. Женщина рухнула на пол из-за кратковременной потери сознания.

— Докладываю, у меня один задержанный! — заходивший с черного входа солдат ввел в гостиную особь мужского пола с волосяным покровом на лице. На лбу имелся кровоподтек после удара автоматным прикладом, вшитые в сознание синтетов директивы допускали для усмирения гражданских лиц прибегать к избиению.

— Что происходит? — человек с бородой требовал от солдат объяснений. CE20056 не видел препятствий для объяснения причин задержания.

— Вы Джубар Асаш?

— Да.

— Вы арестованы и едете с нами для процедуры проверки.

— Знаю я ваши «проверки»…

CE20056 поднял пребывающую в бессознательном состоянии женскую особь на плечо и потащил к транспорту. За сержантом следовал гражданин СНР в наручниках и второй солдат, третий остался охранять жилье Асаша до прибытия группы синтетиков из военной полиции. Они обыщут дом на предмет нелегального оружия, средств связи, армейского снаряжения.

Сури очнулась на койке в камере временного содержания, куда красные свозили часть задержанных. Долго ожидать разбирательства не пришлось, где-то через полчаса к ней заявился боевой синтетик.

— На выход, — грубым баритоном приказала жестянка.

Задержанную ополченку отвели на второй этаж полицейского штаба. Здесь присутствовала куча военных Федерации из числа людей, гуманоидных БРП и арестованных гражданских, с которыми работали новые власти.

— Весело тут у вас, — пробурчала Сури.

Небольшую каморку два на три метра приспособили под комнату для допросов. За столом сидел человек в зелено-сером цифровом камуфляже, судя по внешности, русский или уроженец северной Ази, их почти не отличить.

— Присаживайся.

— Я постою.

— Как знаешь, дело твое, — пожал плечами дознаватель и опустил взгляд к сверхтонкому монитору складного компьютера. — И так… Сури Сангрит, девятнадцать лет, не замужем… А, вот, полгода назад ты вступила в «Тетраграмматон», верно?

Смысла отпираться нет, у красных есть подробное досье почти на любого землянина. Как бы Министерство информации СНР ни старалось защитить свои сети от красных, они везде умудряются получать доступ.

— Да.

— Почему?

— Что почему?

— Не надо валять дурака, отвечай на поставленный вопрос. От этого будет зависеть твоя дальнейшая судьба.

— Вы меня повесите и все дела. — Сури сохраняла маску холодного безразличия, если ей предстоит уйти, сделает она это с достоинством. Лить слезы, молить красных о пощаде — удел трусов.

— Мы не убиваем всех подряд без разбору, только тех, кто заслужил.

— Дети, гибнущие от ваших бомб тоже заслужили? — задала Сури каверзный вопрос.

— А сколько детей убил «Тетраграмматон» во время восстания, ты думала? Только от атомных бомб погибли два с лишним миллиона, немногим меньше сгинуло народу в ходе погромов и этнических чисток, организованных этой организацией.

— Это было сто лет назад.

— Такие преступления не имеют срока давности, ну да ладно, вернемся к тебе. Повторю вопрос, зачем ты вступила в «Тетраграмматон»?

— Как и многие другие люди, чтобы получить льготы от государства. — Не стала врать Сури. — И немного улучшить себе жизнь.