Глава 6

Люк практически никак не отреагировал, когда я согласилась.

— Сегодня мы играем на вечеринке у Кэнди Лейк. Там хорошо платят. Не облажайся, — кивнув, сказал он.

Не облажайся. Кажется, это совет. Я вытерла о штаны вспотевшие ладони и кивнула.

— Конечно. Я это сделаю. То есть, не сделаю. Не облажаюсь, я имею в виду.

Я уже все испортила.

Эмерсон закатил глаза.

— Мы уже все точно решили? Цыпочки доставляют проблемы. — Он насмешливо скривил губы. — Особенно эта.

— Во-первых, она прекрасный барабанщик. Во-вторых, несмотря на то, что она моя сестра и мне трудно это признавать, реально трудно, но она сексуальна. Девчонки валят толпами, чтобы посмотреть на нас, а теперь будут приходить и парни. Прости, Бри. Я себя чувствую как сутенер, — прокричал из фургона Брэйден. Я пожала плечами, а он продолжил: — и, в-третьих, ей нужно чем-то заниматься. Нам стоит держать ее подальше от Тернера все свободное время.

— Он мой лучший друг, мудила, — проворчал Эмерсон с соседнего сидения.

— Ты имеешь что-то против того, чтобы она находилась подальше от него? — ответил Брэйден.

Кузен склонил голову. Брат его сделал.

Люк покачал головой.

— Зачем ты выдумываешь все эти аргументы? Я же уже сказал, она в теме. — Он повернулся ко мне. — И я не шучу, Бри. Я слышал твою историю с Кэнди Лейк. Будь хорошей девочкой. Она устраивает две большие вечеринки каждое лето, и еще больше зимой. Уже и раньше приглашала нас и очень хорошо платит. Я не хочу потерять золотую жилу. Нам нужны деньги.

«Кэнди Лейк? Подвинься Эмерсон, это еще одна моя «поклонница». Губы дрогнули от собственной шутки. Я неадекватна, она такая же. Но никогда, даже ненавидя меня, она не вела себя так противно, как Эмерсон. Никто больше так не делал. Последняя наша встреча закончилась вырыванием волос и катанием по земле. Девчачья драка оказалась не такой уж забавной, и уж точно мне нечем было гордиться... Я могла бы драться лучше, но она застала меня в крайне пьяном состоянии. Все на вечеринках любят драки, но не я.

Я пожала плечами.

— Первая я не начну. — Но если она выкинет что-нибудь в стиле дурных девчонок, ей придется еще раз хорошенько об этом подумать.

— Я серьезно, Бри. Ты ненавидела ее в старшей школе. Но не нужно заводиться сегодня вечером. — Он обошел меня и сел за руль, а Брэйден похлопал по месту рядом с собой.

— Давай, Бри. Тащи сюда свою задницу, да поедем. Заставим цыпочек кипятком писаться в трусики.

Он прав.

Я покачала головой и залезла в фургон. Но едва брат захлопнул за мной дверь, заметила:

— Думаю, мне стоит напомнить, что я твоя сестра.

— Да брось, все так, но теперь ты еще и наш кореш, — подмигнул Брэйден.

— По каким-то причинам я сочла это за комплимент, но понятия не имею, почему.

Эмерсон закатил глаза.

— Мы общаемся с тобой на равных. Хватит уже ныть.

— Почему бы тебе не перестать ныть? — Я схватилась за подлокотники. — Чья бы корова мычала.

Он уставился на меня.

— Держи свой…

— Заткнитесь, — оборвал Люк, выезжая с парковки, — вы оба. Вот план. Мы едем на вечеринку, играем сет, который репетировали с Бри в подвале, а потом возвращаемся. Вам даже разговаривать друг с другом не обязательно.

— Но она…

— Понял? — рявкнул Люк и пригвоздил друга взглядом в зеркало заднего вида.

— Ага, — кузен опустил голову, — понял.

— Бри? — Люк обратился ко мне.

— Да?

— Никаких драк. — Я ухмыльнулась. Посмотрим. — Серьезно говорю.

— М-да. Ладно, — кивнула я.

Приехали мы быстро и, помня о Кэнди Лейк, я не удивилась, увидев особняк и гостевой домик, расположенные на пляже в окружении деревьев. Люк подъехал прямо к сцене, которая находилась перед домом с видом на океан. Заглушил мотор, и мы начали расставлять оборудование. Никто не произнес ни слова, что меня удивило, хотя и не расстроило. Эмерсон, кажется, все еще злился, а Брэйден останавливался возле каждой проходившей мимо девушки.

Кэнди Лейк в старшей школе пользовалась популярностью. Люк и Брэйден тоже, но их никогда это не заботило. Они просто нравились людям, и к счастью для меня, не отказывались тусить со мной. С популярными девушками я никогда толком не ладила. Они болтали о ерунде, которая меня не интересовала: мода, парни, сплетни, а мне лишь хотелось играть на барабанах. Я выросла сорванцом, и с большим удовольствием зависала с братом и его друзьями.

— Мы готовы начать?

Люк подошел к нам и в один прыжок оказался на сцене. Его атлетизм не должен бы производить такое сильное впечатление, но от этого движения у меня перехватило дыхание. Он выглядел как хищная кошка. Еще одна его черта. Великолепный, мрачный, таинственный и спортивный, Люк мог бы заниматься любым видом спорта, и им бы восхищались, но его волновала только музыка и... я проглотила ком... и я.

— Бри! — крикнул Брэйден.

— Что? — Я дернулась. Оглянувшись вокруг, поняла, что все уставились на меня и щеки мгновенно покраснели. — Вы что-то говорили?

Эмерсон выругался и склонился над гитарой, настраивая ее.

— Так ты готова? — Встав передо мной, брат сжал мои плечи. — Я знаю, что это твое первое выступление перед публикой с нами, но ты справишься. Для тебя это естественно. Репетиция прошла потрясно. Сбоев почти не было.

— Эмерсона там тоже не было.

Брат отпустил меня и отступил.

— Он играет, как и Ганн, даже лучше. Эм справится. Мы хорошо сыграем. — Он выругался. — Хотя, может, ты права. Люк, может, стоит еще раз прогнать сет?

Тот поправил микрофон, скользнув взглядом ко мне.

— Ага. Не помешало бы.

— Круто. — Брэйден хлопнул в ладоши и пошел за гитарой. — Погнали. Мы будем круты.

— Ты под чем-то? Если да, то это нечестно. Делись, братец, — хмыкнул, Эмерсон, закатывая глаза. А потом оскалился, показывая зубы. — Все, что угодно, лишь бы справиться с этим.

Кузен говорил не о выступлении. Он имел в виду меня, и я сразу же обиделась. Мои глаза превратились в щелки и я, не отдавая себе отчета, бросилась на него. Достал. Но передо мной неожиданно возник Люк. Схватил меня и оттащил назад, бросив через плечо Эмерсону:

— Ты можешь угомониться? Это уже начинает надоедать, и я подумываю, не вышвырнуть ли тебя.

Одна рука Люка лежала у меня на бедре, и я ощутила жар даже от такого незначительного прикосновения.

Я не обратила внимания на ответ Эмерсона. Вдохнула и закрыла глаза. Не думала, что Люк еще когда-либо ко мне прикоснется, а уж о том, чтобы обнял, обхватил за плечи или играл с моей ладонью, как мы делали раньше, и говорить нечего. Но потом он убрал руку, повернулся и внимательно посмотрел на меня.

— Все в порядке?

Услышав грубость в его голосе, я подняла глаза и смогла только кивнуть в ответ. Люк направился к микрофону, отворачиваясь от меня, но снова возникло это будоражащее чувство. Старая связь между нами еще осталась. Осознание того, что она никуда не делась, завело меня.

Я уселась на стул и взяла барабанные палочки, готовая начать.

***

Я держала палочки так, чтобы легко крутить ими в воздухе. Песня замерла. Меня ждали, но я продолжала свое занятие. Это мой звездный час, плевать на Эмерсона. Все дело в музыке, в нашей музыке. Я лучшая, и ему придется запомнить это. Неважно, какое дерьмо он говорил обо мне, после выступления придется заткнуться. Лучше всего у меня получалась игра на барабанах, и именно здесь я чувствовала себя на своем месте. Я позволила атмосфере накалиться. Толпа ждала. Все ждали. Мое тело жаждало темпа. Бит струился по венам, но я смаковала момент. А потом, наконец, подцепила палочку указательным пальцем, поймала ее большим и начала выбивать ритм.

Вот теперь все правильно. Мелодия стала идеальной.

Я не слышала толпу.

Знала, что рты раскрыты, руки в воздухе, но меня это не волновало. Публика ничего не значила. Музыка — вот что важно для меня. Отбивая такт ногой по басу, я взглянула на Брэйдена, зная, что он наложит свой аккорд на мой бит. Он почувствовал взгляд и инстинктивно обернулся. Тут же наклонил голову ниже, полностью сосредоточившись на струнах. Между нами не было никакой связи, кроме музыки.

Затем присоединился Эмерсон, играя свою партию. Бит продолжался, пульсируя все сильней. Мы заражали каждого. Приближалась кульминация, после которой никто не останется в стороне.

То, что мы делали.

Как играли.

Это была команда.

Брэйден добавил шоу, взяв высокие ноты, а Эмерсон усилил напряжение. Мы ждали. Скоро к нам присоединится еще один — вокал.

Люк стоял впереди, спиной к нам. Голова опущена, в руках микрофон. Он все чувствовал, позволяя мелодии нарастать. Когда мы достигли нужной точки, он вскинул голову и запел.

Его голос был ровным и ясным. Стоило ему начать, как толпа завелась еще больше. Но я все равно их не слышала. Закрыла глаза и отдалась музыке.

Слилась с битом.

Мы не останавливались, я не могла этого позволить. Имелись небольшие перерывы, краткие моменты, но потом по сигналу начиналась следующая песня. Весь сет прошел в бешеном ритме. Единым идеальным целым. Я пронесла бит через всю игру, наполняясь адреналином. И так будет каждую ночь. Зная это, я наслаждалась своим состоянием, предвкушая веселье.

Когда Люк затянул слова, а Эмерсон переключился на басы, Брэйден ударил навязчивыми аккордами.

В этот момент толпа нас прочувствовала в полной мере. Если кто не завелся до этого, то теперь их буквально лихорадило. Кровь бурлила от осознания, что мы причина такого возбуждения. Нам решать, как народ будет себя чувствовать. Мы словно боги, все контролируем. Руки опустились на барабаны с удвоенной силой, я стиснула зубы, будто каталась на крутых американских горках.

Несколько раз Люк ловил мой взгляд и переносил в другое измерение. Он тоже все чувствовал. Все дерьмо ушло. Мы группа. Эмерсон, может, и ненавидел меня, но не когда мы играли вместе. Музыка связывала нас. Никто не шел против другого, иначе налажали бы все.

Мне так этого не хватало. Игры с Брэйденом. Люком. Ритма.