Ввиду этого заселения правительству нужно было подумать о защите населения, вышедшего за укрепленную Симбирскую черту и расселившегося южнее ее. Вероятно, с той целью и построен был в 60-х годах XVII столетия город Пенза на р. Суре. Но постройка этого города еще более подвинула вперед заселение земель за Симбирской чертой. Служилые люди из соседних уездов стали обращаться к правительству с просьбой отвести им землю на пашню и угодья. На этих землях стали поселяться пришлые крестьяне, иногда даже без ведома владельцев. Вследствие прилива населения за Симбирскую черту у правительства в 80-х годах XVII столетия складывалась мысль провести новую черту укреплений южнее Симбирска. Для осуществления этого плана правительство сначала расселило в разных пунктах предположенной черты служилых людей, которые должны были составить контингент охраны будущей черты. В 1683 г. построен был город Сызрань на Волге, на южном конце Самарской Луки. Когда набралось достаточно служилых людей, проведена была и сама укрепленная черта от г. Сызрани до Пензы.

С проведением Закамской и Сыэранской черт русская оседлость охватила, можно сказать, все пространство земель, входивших в состав Казанского царства. Из сделанного мной очерка заселения этого края русскими людьми вы могли убедиться, что первоначальная русская колонизация этого края вызвана была чисто политическими причинами — желанием удержать завоеванную страну в покорности. Но с утверждением русского владычества в Казанском царстве дальнейшее заселение русскими людьми совершалось уже при действии совершенно других причин — экономических и социальных. Русские люди стали заселять край большей частью добровольно, находя здесь лучшие земли и угодья, чем в местах своего прежнего поселения, и различные льготы для своего труда. Военная колонизация при этом не прекращалась, но она уже не предшествовала земледельческой и промышленной, а следовала за ней и имела в виду не расчищение пути мирным колонистам, а охрану этих мирных колонистов, вышедших из укрепленного района. Все общественные силы в большей или меньшей степени принимали участие в заселении новоприобретенной страны. Но, как вы могли заметить, главная роль принадлежала все-таки крестьянину-земледельцу и мелкому служилому человеку. Они, можно сказать, шли рука об руку, взаимно поддерживая друг друга, мало даже отличаясь друг от друга по роду своей деятельности. Крестьянин-земледелец обрабатывал свою землю, но сплошь и рядом бросал соху и с оружием в руках становился рядом со служилым человеком. Последний, когда неприятель не тревожил Украйны, слагал оружие и брался за соху или косу. Крестьянин-земледелец нередко превращался в казака, стрельца, солдата, рейтара или копейщика, но, с другой стороны, и служилый человек нередко превращался в пахотного мужика. Одинаковые условия жизни на окраине порождали однородную деятельность, однородный быт, одинаковые жизненные привычки и наклонности в этих пионерах русской колонизации. Чрезвычайно характерными являются в истории заселения русскими людьми Казанского царства подвижность русского населения, та легкость, с которой оно покидало только что насиженные места и переходило на новые, это непрерывное стремление к расширению территории своей оседлости. В этом отношении история заселения русскими людьми Казанского царства дает множество подробностей, живо рисующих и поясняющих, как могло совершаться расселение русских людей и в другие, более ранние времена нашей истории, о которых мы не имеем таких полных и детальных сведений.

Не много спустя после того, как русские люди начали заселять Казанское царство, русская оседлость стала распространяться и по нижней Волге. При этом до конца XVII столетия русские селения не отходили далеко от Волги, а располагались по самым берегам ее, вытягиваясь таким образом узкой лентой в направлении на юг от Казанского царства, преимущественно по правому берегу Волги.

Русская колонизация Нижнего Поволжья началась непосредственно после занятия Астрахани, которое состоялось, как вы знаете, четыре года спустя после завоевания Казани. Московский государь, сделавшись владыкой в Среднем Поволжье, овладев тем центральным рынком, где Восток торговал с Русью, не мог оставаться равнодушным к тому, в чьем владении находилось устье Волги. В XVI в. все это было в руках хана особой татарской орды, отделившейся от Золотой Орды и в половине XVI в. насчитывавшей около 16 тысяч душ взрослых мужчин. Московское правительство сначала пыталось обеспечить себя со стороны Астрахани тем же способом, какой оно употребляло по отношению к Казани ранее ее завоевания, т. е. путем возведения на ханский престол своих ставленников. В 1554 г. 30-тысячное московское войско, посланное на судах к Астрахани, выгнало астраханского царя Ямгурчея, дружившего с крымцами, и посадило на царство в Астрахани царевича Дербыша. Астраханские князья, мурзы и уланы, и черные люди присягнули на том, «что им царю и великому князю и Дербыш-Алею царю служити прямо и полон русский весь отдати, откуда не веден, и в которой ни буди орде куплен; после же Дербыша, кого им не назначат из Москвы царем, тот им и люб».

Сам Дербыш обязался посылать в Москву ежегодно 40 тысяч алтын и три тысячи рыб. Кроме того, великокняжеские рыболовы получили право ловить рыбу от Казани до моря «безданно и безъявочно» вместе с астраханскими ловцами^{108}. Из этого вы ясно можете видеть, какие причины заставляли московское правительство стремиться к подчинению Астрахани. Оказывается, что через Астрахань вывозился из Руси на Восток живой товар в виде полона, нахватанного в разных местах татарами. Утверждением своего владычества в Астрахани московское правительство надеялось прекратить и, во всяком случае, уменьшить этот вывоз. Кроме того, астраханцы держали в своих руках богатые рыбные ловли Нижнего Поволжья и не допускали русских людей до этих ловель. Если вы примете во внимание огромное значение, которое имела в старину рыба в питании русского народа, то поймете, какой важный экономический интерес связан был с утверждением русского владычества в Нижнем Поволжье. При Грозном к Астрахани за рыбой и солью ходило ежегодно около 500 больших и малых судов. Но то средство, которое первоначально избрала для этого Москва, вскоре же оказалось непригодным. В Астрахани повторилась та же история, что и в Казани. Московский ставленник оказался не в состоянии держать своих подданных в подчинении московскому царю и даже вынужден был невольно изменить государю и соединиться с крымцами и ногайцми против Москвы. Вследствие этого Москва в 1556 г. отправила рать на Астрахань, и город покорился без сопротивления. Князья, мурзы и вся чернь астраханская присягнули на подданство московскому государю. Им роздали острова на Волге и пашни по стороне, с обязанностью черным людям платить ясак, как платили прежним царям. Для удержания Астрахани в покорности в ней оставлены были воеводы со служилыми людьми, стрельцами и казаками. Астрахань, таким образом, сделалась первым по времени пунктом русской оседлости в Нижнем Поволжье, и служилые люди низших разрядов вместе с духовенством — ее первыми русскими насельниками.