Глава 38. Папочка пришёл домой

Ревик, нахмурившись, уставился на фасад органического здания.

Он мог чувствовать вторичную конструкцию с того места, где стоял, хотя он и его команда ещё не покинули защищённые пределы парка.

Они стояли неровной линией у края каменной стены, на противоположной от восточной башни Госсетта стороне Пятой авеню, к северу от 79-й улицы, которая делила парк пополам. Они не должны быть видны с любой дороги без датчиков, и Ревик велел своим людям следить за флаерами и сканерами в самом парке.

До сих пор они ничего не нашли.

Ряд вязов стоял у стены, где они присели, листья и ветви дёргались и раскачивались от резких порывов ветра. Команда уже промокла от постоянной мороси из тяжёлых облаков, и дождь теперь пошёл сильнее. Ревик чувствовал в холодном воздухе заряд, слабый намёк на электричество — достаточно хорошо, чтобы понять, что погода вот-вот станет намного хуже.

Впрочем, его это не слишком волновало.

Конструкция захватила подавляющее большинство его внимания. Его команда вытащила то немногое, что осталось. Он чувствовал, как Врег, Ниила, Локи и Чинья тоже изучают конструкцию. Гар сосредоточился на ОБЭ, и именно этого Ревик хотел от него.

— Ужасно тихо, laoban, — произнёс Врег по субвокалке через коммуникатор.

Мускулистый видящий поправил ремень своей автоматической винтовки, обхватив татуированной ладонью тело покрытого органикой пистолета.

— Мне кажется, что нас ждут, — пробормотал он. — А тебе?

Ревик хмыкнул, не потрудившись ответить.

Он взглянул на Джона, стоявшего по другую сторону от Врега. Он почувствовал порыв в aleimi другого мужчины, сопровождавшийся ощущением давления, когда щит вокруг его света уплотнился. Он заметил, что Джон, как правило, больше зацикливался на щите, когда нервничал, что вполне устраивало Ревика.

По меркам нервных тиков такой был чертовски полезным.

— Мы будем стучать? — спросила Ниила по тому же каналу.

Даже через коммуникатор Ревик уловил проблески её ироничного юмора.

— Похоже, ему бы этого хотелось, — пробормотал Джон, не утруждаясь говорить через коммуникатор. — ...Засранец.

Его слова вызвали первый низкий смешок в группе с тех пор, как они покинули отель.

Даже Ревик слегка улыбнулся ему, хотя улыбка казалась не слишком связанной с остальной его частью. Тем не менее, он ценил всё, что удерживало его команду от фаталистического настроя. Он определённо не способен самостоятельно вытащить их из этого состояния.

Он импульсивно прикоснулся к гарнитуре, послав сигнал Балидору через конструкцию.

Он не потрудился создать частный канал для обмена информацией.

Он также не стал утруждать себя приветствием.

— Мы на месте, — сказал он прямо. — Всё ещё в парке, но уже на пороге.

— Понял.

— Есть успехи в разведке внутренней планировки? Вам удалось откопать актуальные чертежи?

Балидор поколебался. Ревик скорее почувствовал паузу, чем услышал её.

— Что? — резко спросил он.

Другой видящий покачал головой. Ревик ясно видел этот жест через ВР, но также уловил смутное ощущение того, что свет другого мужчины закрыт щитом. Прежде чем он успел спросить снова, Балидор нарушил молчание деловым, будничным тоном.

— Да, у нас есть предварительные данные, но, боюсь, они ничего не обещают. Чертежи устарели. Данте убедительно доказала, что новые версии каким-то образом скрыты — либо они никогда не предоставлялись, либо были изъяты из публичного архива. Мы смогли сделать некоторые обоснованные предположения, используя старые чертежи, Барьерные отпечатки и структурный дизайн конструкции, особенно её защитные функции. Однако мы видим доказательства того, что вторичная конструкция вне первичной защитной сетки содержит несколько слоёв. Эти внутренние конструкции внутри конструкций затрудняют распознавание физического строения, так как они были разработаны частично для того, чтобы затемнить и исказить эти самые особенности.

Балидор тихо щёлкнул языком, и в его голосе звучал гнев.

— Мы видим множество этих искажений и путаниц, Прославленный Меч. Структура, план которой мы составили, имеет схожий каркас и сложность с тем, что мы видели в Аргентине. Есть первичная конструкция, которая организует остальное и может быть связана или не связана с конструкцией над Манхэттеном. Проблема в том, что большая часть моей команды до сих пор не видит манхэттенской конструкции, хотя предоставленные вами структурные точки помогли составить карту некоторых из более сильных течений.

Выдохнув с несколькими щелчками языком, он добавил:

— Независимо от того, связана она с той, что над Манхэттеном или нет, конструкция вокруг Башни, похоже, стабилизируется через соединение в Барьере. Она, по-видимому, не связана с конкретными физическими особенностями здания или любой из окружающих территорий, или даже исключительно с общегородской конструкцией. Я вынужден предположить, что они используют один и тот же основной столп для этого...

— И этот столп не Менлим? — уточнил Ревик.

— Да.

Сделав многозначительную паузу, Балидор добавил:

— Самые плотные из этих структур находятся в подвале. На данный момент по нашим подсчётам они добавили к первоначальному строению от десяти до пятнадцати этажей ниже уровня земли.

Ревик взглянул на Врега, понимая, что тот это слышит.

Похожий на китайца видящий раздражённо щёлкнул, глядя на улицу и словно пытаясь заглянуть сквозь неё на нижние уровни.

— Подвал, — пробормотал Ревик. — Потрясающе.

— Да, laoban, — ответил Балидор, поразив Ревика более неформальным прозвищем «босс», которое обычно использовал Врег. — Полагаю, это не случайность.

Хмурый взгляд Ревика сменился чем-то похожим на мрачное выражение.

Остальные знали о его нелюбви к замкнутым подземным пространствам. Балидор определённо знал — и Врег тоже. Единственными, кто открыто поддразнивал его по этому поводу, были Врег и Элли, и даже они были осторожны в формулировках шуток на эту тему.

Ревику было непросто в канализации на пути к ограблению их с Элли банка, хотя именно он предложил такой подход, зная, что это имеет наибольший смысл. По той же причине он держал точку входа короткой. Когда после этого они несколько часов бродили по этим туннелям, избегая полиции Нью-Йорка, СКАРБа и кого бы то ни было ещё, он большую часть того времени пребывал в состоянии какого-то транса, даже если не считать того, что он был ранен, а его свет истощился.

Как кролик, пойманный в свете фар, его мозг просто... перестал работать.

Он также был с ней, погруженный в её свет. Он никогда не смог бы сделать это в одиночку. В какой-то момент он был бы вынужден всплыть на поверхность, будь то ради вызова подмоги или ради самостоятельного возвращения в отель.

Он никогда не говорил ей об этом, но задавался вопросом, знает ли она.

Хотя бы догадывалась, наверное.

Он намеренно отдал Врегу эту часть операции в Сан-Паулу, когда они охотились за главным процессором Секретариата. Как и в случае с банком, посмотрев на чертежи, он знал, что их главная точка доступа должна находиться под землёй. Он не говорил об этом, но все, кто работал с ним какое-то время, знали этот факт.

Менлим знал это лучше, чем кто-либо другой. Именно он породил эту фобию, и именно он со временем превратил её в нечто парализующее.

— Рекомендации по подходу? — спросил Ревик бесцветным голосом.

— Тебе придётся спуститься вниз, Ненз.

Ревик почувствовал, как его пальцы сжались вокруг пистолета, который он держал.

— Ясен пень. Канализация? Входная дверь? Боковой вход? Можешь ли ты что-нибудь сказать по конструкции?

— Под землёй ОБЭ сильнее, — Балидор поколебался. — Моя рекомендация на данный момент, учитывая то немногое, что мы знаем — парадный вход. Я основываю этот совет на общей планировке и дизайне конструкции, которая, по-видимому, была укреплена, чтобы обеспечить гораздо более ограниченный доступ снизу. Но Ненз, — сказал Балидор, и в его голосе зазвучало больше эмоций. — Там ты попадёшь в какие-то лабиринты. Это похоже на зеркальный зал, который мы видели в том доме в Патагонии. Возможно, даже хуже, поскольку там, кажется, именно над нижними этажами есть дополнительный слой конструкции, который потенциально направлен на то, чтобы скрыть любые пути отступления.

— Ты хочешь сказать, что у них там есть своя точка доступа?

— Да.

— Бл*дь, — Ревик и Врег обменялись хмурыми взглядами. — Что именно? По воде? Что-то вроде амфибии? Поезд?

— Неизвестно.

Балидор помолчал, явно рассматривая что-то на экране или в Барьере.

Ревик сдерживал нетерпение, дожидаясь, когда он закончит.

— Я не вижу никаких признаков того, что тебя там могут отрезать, Ненз, — наконец сказал Балидор. — От нас, я имею в виду. Но это вполне возможно. Тебе лучше взять все отпечатки, которые у нас есть сейчас, на случай, если они помогут тебе там.

— Пошли их всем членам команды, — тут же сказал Ревик.

Тотчас же до него стремительно дошли многомерные и безмерные карты Барьерных сооружений вокруг Башни с очень подробными снимками.

Осматривая их в высших структурах своего aleimi, Ревик не смог подавить более интенсивную боль, которая поднялась в его животе. Он знал, что это была чистая эмоция, никак не связанная с логикой, но на короткое время он не мог её контролировать.

Он знал, что и Балидор, и Врег почувствовали это, когда последний бросил на него обеспокоенный взгляд.

Даже Джон повернулся и уставился на него.

Теперь Ревик действительно мог видеть своих людей — во всяком случае, некоторых из них. Бледное лицо Джона выделялось между колышущихся теней от веток деревьев, сквозь которые пробивался свет одинокого уличного фонаря, работавшего, должно быть, на тех же генераторах, что питали Башню.

Отбросив в сторону реакцию других видящих, он заставил себя сосредоточиться на той части карты, где, как он знал, он, скорее всего, найдёт Касс и Териана — и в теории своего ребёнка тоже. Что-то подсказывало ему, что нельзя ожидать Менлима в том же месте.