— А серьезно? — Уно развернула ко мне раскрытую папку и ткнула правым передним копытцем в одну из строчек. — Здесь постоянно живут две сотни зебр из числа «слабосилков». Одни рожали по три, другие по четыре раза. Сомневаюсь что тебе удастся их уговорить сотрудничать, просто пообещав место в «Городе мастеров».

— Но и отпускать две сотни одаренных, пусть и откровенно слабых, что поправимо, просто нельзя. — Прикрыв глаза, мысленно прокручиваю в голове заготовленную речь, которую буду произносить перед матерями моих зони. — Не беспокойся на этот счет, я что-нибудь придумаю. Скажи лучше, ты уже подготовила реформы к плану обучения?

— Ничего особого менять не буду. — Откинувшись на спинку кресла и завернувшись в крылья как в кокон, ответила зебраска. — Введу обязательные факультативы по шаманизму для друидов и некромантов…

— Не забывай и о других науках. — Наставительно поднимаю правое переднее копыто. — Шаманам основы целительства, без применения духов, тоже будут полезны.

— Не учи ученую. — Фыркнула желто-черная летунья. — Но мне кажется, что я буду тут зря тратить время.

— А вот и нет. — Одним движением соскальзываю на ковер, мягко приземляясь на ноги. — Ложись на стол…

— Неужели гранд-магистр, решил воспользоваться своим положением, дабы надругаться над беззащитной подчиненной? — В фальшивом испуге округлив глаза, с нотками ужаса в голосе спросила Уно, (при этом начав собирать со столешницы разбросанные документы).

— Доиграешься, что я действительно решу над тобой надругаться. — Ворчу сердитым голосом, демонстративно сдвинув брови.

— Ты только обещаешь. — Весело хихикнув, крылатая зони забралась на стол и улеглась на спину, широко раскинув крылья. — Я готова на все!

— Выпорю. — Встав на задние ноги, передними копытами опираюсь на край столешницы, вторым мыслительным потоком уже сплетая заклинание диагностики.

— Нет, такие игры мне не нравятся. — Наморщила носик желто-черная кобыла.

— Скарлет нажалуюсь. — Нашел я новый выход.

— А вот это бесчестно. — Искренне возмутилась сестра.

— Тогда не мешай, и твои фантазии останутся только между нами. — Сменив гнев на милость, левым передним копытом прикасаюсь к печати, внутри которой заточен зверобог. — Структура прижилась нормально, так что я открою клапан на один процент. Будешь каждый день прогонять силу по организму, по вечерам опустошая резерв на две трети. Через месяц, открою канал еще на процент.

— Но ведь с такими темпами, я не буду готова к моменту вторжения! — Зебраска попыталась подняться, но была остановлена моей правой передней ногой, опустившейся ей на грудь и надавившей сверху. — Ладно-ладно, я спокойна.

— В первых сражениях ты точно участия принимать не будешь. — Заявляю твердо и уверенно, чтобы не возникло и мысли о том, что я могу изменить решение. — Зебрика не в столь плачевном состоянии, как кажется нашим «друзьям». Двурогие в этом скоро убедятся, прочувствовав все наше гостеприимство на своих шкурах. Скажу даже больше того: применение секретного оружия в первом же бое, покажет нашу слабость и неготовность к затяжному конфликту.

— Но ведь ты будешь участвовать? — Летунья нахмурилась. — А меня и Тантру, прячешь в бункеры…

— Совпадение. — Отмахиваюсь от слов сестры. — Просто мне больше некого поставить для управления этими комплексами. Вы же сможете проследить, дабы среди жеребят и их матерей, царили самые благоприятные настроения.

— Ты так и будешь гладить меня по животу? — Неожиданно сменила тему желто-черная кобыла.

— Уже почти закончил. — Вношу последние штрихи в настройку печати и убираю копыта от тела сестры. — Теперь тебе следует чаще тренироваться, но не перегружать энергетику.

Утром, в центральном зале второго этажа, я произнес речь перед жеребятами, восхищенными глазами глядящими на настоящего гранд-магистра, (большинство зеброгов видели себя на моем месте, а в их глазах с новой силой начинал пылать энтузиазм, дабы снова «грызть гранит науки»). Потом маленьких зони увели по классам, знакомиться с новыми учителями и повторять пройденный материал, а в помещении остались две сотни настороженных и напряженных кобыл, рядом с которыми виднелись совсем уж маленькие зони, еще не достигшие школьного возраста.

«Ну и что им сказать? Заготовленная речь явно не рассчитана на усталых обозленных матерей, у которых регулярно забирают малышей».

Планы столкнулись с реальностью и как часто бывает, не выдержали этой встречи. В установившейся тишине, мои шаги звучали особенно громко, а продолжающее сохраняться молчание, вызывало все большую тревогу на мордочках зебр.

— Вот смотрю я на вас… — Остановившись напротив кобылы, на спине которой была закреплена сумка с жеребенком, осматривающимся любопытным взглядом. — Смотрю и вижу себя. Своих мать, сестру, брата…

На последнем слове голос ощутимо дрогнул, а зебра оказавшаяся в центре моего внимания, неуютно поежилась.

— Много времени прошло с тех пор, когда… Не важно. — Дернув головой, отхожу от первого ряда кобыл, давая им свободно выдохнуть, а затем повернувшись к слушательницам мордой, говорю твердым уверенным тоном. — Я знаю, вам было тяжело и вы наверное уже не верите в обещания, которые давал Цезарь. Не буду вас винить, у вас есть право на недовольство и злость, в конце концов, часть обещаний уже нарушены, пусть в этом и виновата война. Но…

Делаю паузу, которую нарушила невысокая полная зебра, по возрасту как раз ровесница моей матери:

— Что «но», гранд-магистр? Скажи нам что-нибудь. Пообещай золотые горы и море роскоши.

В толпе начал слышаться ропот, а кобыла почувствовавшая поддержку, уже набрала в грудь воздуха, дабы продолжить тираду, но я ее опередил.

— Сегодня, лишь перед вами, я говорю не как гранд-магистр и посланник Цезаря. Сейчас перед вами сын, выросший в каменных стенах… Сын, более десяти лет не видевший мать и младшего брата.

Боевой пыл, до этого момента сверкавший в глазах кобылы, как-то сразу потух. Впервые с момента моего появления, она посмотрела на меня не как на очередного чиновника или офицера…

«А как на своего жеребенка, который ушел на войну и больше не появлялся в ее жизни. Подло конечно, но такова жизнь».

— Вам обещали щедрую плату? — Смотрю в глаза дрогнувшей спорщицы. — Мы готовы дать вам все, что у нас есть. Хотите получить магическую силу? У нас есть способы, как становиться сильнее. Все что я могу просить у вас, это немного подождать и помочь нашим младшим братишкам и сестренкам, вырасти полноценными членами общества. Через десять лет, эти стены покинет последний воспитанник, а вместе с ним уйдет и последняя мать… Дайте время, и вас будет ждать город, в котором вы возможно встретите тех, кому когда-то дарили свои любовь и заботу.

— И нас больше не заставят рожать каждые четыре года? — Голосом почти срывающимся на крик, спросила зебра из второго ряда.

— Вы — матери, которые дали жизнь зони. — Вскинув голову, смотрю поверх голов вздрогнувших слушательниц. — Вы дарили нам любовь и заботу, когда мы были жеребятами, и теперь пришла наша очередь заботиться о своей семье.

Хрупкая тишина повисла в большом зале, а затем будто хрустальный бокал, разбилась на тысячи осколков, звон которых состоял из сотен голосов.

Вперед вышла первая спорщица и твердым шагом направилась ко мне. Этот маневр заметили остальные, в результате чего голоса утихли до перешептываний.

— Я не знаю, жеребенок, кто твоя мама, но мне хочется верить, что она хорошо тебя воспитала. — Говоря эти слова, она смотрела куда-то мимо меня, а затем словно пересилив себя, заглянула в разноцветные глаза и продолжила. — Мы поверим тебе, в этот раз. Но помни: мы верим именно тебе, а не Цезарю или Зебрике.

— Я ценю это. — Отвечаю, уважительно склонив голову.

В следующий момент, кобыла прослезилась и отвернулась, скрывая от меня свои слезы. Это можно было бы считать победой, но в груди почему-то было больно.

«Пойду на третий этаж, хоть развеюсь немного».