— А вы? — Вопрос прозвучал раньше чем Тантра успела его обдумать, а когда слова вылетели, было уже поздно.

— Моего слова вам мало? — Удивленно, даже с какой-то обидой, (хотя это могло просто показаться), уточнил собеседник. — Поверьте, после того как вы узнаете, какую именно тайну я собираюсь раскрыть, в моей клятве уже не будет смысла.

— Х-хорошо. — Черно-зеленая кобыла выпрямила спину и собрав всю волю в копытца, твердо посмотрела в затемненные стекла белой маски. — Я готова.

В словах клятвы не оказалось ничего необычного или подозрительного, обычное соглашение сохранять тайну, до момента ее публичного раскрытия, или разрешения полученного от второй стороны. После же того как отзвучали слова, «Безымянный», театрально медленными движениями поднял передние ноги и схватив копытами маску, осторожно снял ее с головы.

Морда жеребца, (все же оказавшегося зони а не шпионом единорогом), не отличалась особой утонченной красотой. Выделялся разве что левый глаз, радужка которого тускло светилась зеленым светом, на фоне которого отчетливо выделялся белый рисунок перекрестья прицела.

— Ну привет, Тантра. — Губы зеброга растянулись в улыбке. — Что, не узнала одноклассника?

Примерно пол часа Уно пришлось стоять перед дверью в кабинет «Седьмого». Мысленно она успела обругать и «Безымянного», который не умеет распределять свое время, и его посетителя, (посетительницу?), так на долго задержавшего очередь.

Из-за какого-то барьера, шаманка не могла узнать, что же происходит внутри, но воображение рисовало самые неблагоприятные картинки. На мордочке же ни одна эта мысль никак не отразилась, и даже взгляд был по прежнему холодным и сосредоточенным.

Наконец барьер исчез, дверь распахнулась и из комнаты, едва ли не подпрыгивая при каждом шаге, вышла лучащаяся счастьем Тантра. Подмигнув Зебраске, зеброжка заправила за ухо прядь растрепавшейся гривы и мурлыча в пол голоса веселый мотивчик убежала в дальний конец коридора.

«Ммм… Я так и знала. Надеюсь он уже наигрался, а-то мне раньше ни разу не приходилось выбивать зубы „Безымянным“. Впрочем, все случается в первый раз».

— Разрешите войти? — Задала летунья вопрос, не решаясь переступить порог распахнутой двери.

— Да, заходите. — Как-то устало отозвался сидевший за походным столом жеребец, одетый в серый комбинезон и белую маску.

— Офицер Уно, по вашему приказу прибыла. — Коротко отчиталась кобыла, остановившись в нескольких шагах от стола.

Шаманка совершенно не удивилась тому, что входная дверь захлопнулась а комнату вновь окружил барьер. Даже с каким-то разочарованием, (от ученика Цинка, она ожидала большего), приготовилась зарядить в лоб жеребцу чем-нибудь болезненным, но не смертельным.

В этот момент, «Седьмой» снял маску и мягко улыбнулся посетительнице. От теплого взгляда разноцветных глаз, в груди защемило сердце а уши нервно дернулись. Слова же, произнесенные приятным бархатистым голосом, не сразу дошли до разума:

— Рад тебя видеть, сестренка.

По мере узнавания, глаза зебраски все больше расширялись и начали наполняться слезами. Пусть она видела своего младшего брата ужасно давно, (почти в другой жизни), с тех пор он сильно вырос и возмужал… но знакомые черты, да и манера речи, остались прежними.

«Это не может быть Дос. Он в Эквестрии, улетел вместе с другими жеребятами, когда пони напали на базу».

— Не улетел. — Словно прочитав мысли сестры, ответил «Безымянный». — Я, Тантра и Мираж, сумели остаться. Позже меня взял на обучение Цинк, ну а подружки попали в обычный лагерь подготовки.

Прыгнув вперед, готовясь то ли ударить подделку, то ли обнять неожиданно обнаружившегося брата, Уно замерла расправив крылья и стоя на столе. Ее требовательный испытующий взгляд, уперся в незнакомую и одновременно знакомую морду.

Нет. — Хмыкнув, Дос откинулся на спинку стула и скрестил передние ноги на груди. — В свой табун я тебя точно не возьму. Слишком нервная ты стала…

Слезы двумя горячими ручьями хлынули по мордочке желто-черной летуньи, губы беззвучно шевельнулись а тело напряглось словно взведенная пружина. Мучительно долгую секунду она боролась с собой, пытаясь задавить укоренившийся в подсознании страх, а затем совершенно неуклюже, (как когда-то в детстве), свалилась на брата, роняя их обоих на пол.

Вцепившись в жеребца, будто боялась что он растает в воздухе как иллюзия, Зебраска всхлипывала и дрожала, а ее гриву в это время аккуратно гладили копыта вновь обретенного родственника.

(Конец отступления).

С дня моего прибытия в крепость, прошло две декады. Все это время мне приходилось изображать кипучую деятельность, при этом практически ничего на самом деле не делая. Дабы совсем не озвереть от подобного положения дел, каждый день «выкраивал» пару часов, чтобы принять нескольких бойцов Гривуса, пожелавших обзавестись «Печатью Нечестивого Бога», (по мнению легионеров, которое удалось узнать из подслушанных разговоров, от скромности я точно не умру).

И вот наконец настал момент, которого мы так долго ждали: гильдии наконец-то решили напасть на лабораторию, собрав для этого довольно внушительные силы. Если бы не взаимная неприязнь некромантов и друидов, то подобное единодушие можно было бы принять за сговор.

— Итак… — «Третий» обвел собравшихся в его кабинете разумных внимательным взглядом глаз, скрытых за затемненными стеклами маски. — С запада к нам движутся силы друидов, с востока отряды некромантов. По сведениям разведки, обе гильдии выделили для штурма не меньше дюжины мастеров и по два магистра.

Развернувшись к закрепленной на стене карте, «Безымянный» при помощи карандаша, обвел в круг нашу базу, а затем стрелочками указал маршруты противника.

«Похоже „наживку“ заглотили, только вот „рыба“ оказалась великовата».

Сидевшие на стульях, расставленных полукругом, командиры нашего войска, с напряженным видом слушали ученика Цинка. Уно и Тантра, которым я рассказал правду о намечающейся операции, время от времени кидали в мою сторону обеспокоенные взгляды, но все же держали себя в копытах.

«А ведь забавно получилось… Да и на удивление удачно».

Пока второй поток сознания выслушивал доклад командующего крепости, я позволил себе мыслями вернуться в тот день, когда открыл свою личность перед сестрой и подругой…

— Меня раздирают противоречивые чувства. — Призналась черно-зеленая кобыла, сидевшая напротив меня на раскладном стуле. — Хочется обнять и расцеловать тебя от радости, но перед этим хорошенько врезать по наглой морде.

— За что? — Изображаю удивление.

— За все. — Многозначительно буркнула зеброжка.

— А ограничиться только первым озвученным пунктом нельзя? — Добавляю в голос капельку надежды.

— Можно только второе без первого. — Был дан сердитый категоричный ответ.

— Эх. — Тяжело вздохнув, опираюсь на стол передними копытами, всем телом наклонившись вперед. — Приступай…

«А удар у нее хорошо поставлен. Да и взгляд, в котором мелькает паника от осознания совершенного поступка, стоил некоторых неудобств».

— Силы друидов представлены двумя частями: наземной и воздушной. — Тоном учителя перед школьниками, расписывал обстановку «Третий». — Наземная часть состоит из «броненосцев», (четвероногие ящеры похожие на быков, ростом в полтора раза превосходящие взрослую зебру, вооруженные парой длинных острых рогов, когтями на лапах, шиповаными булавами на кончиках длинных гибких хвостов, и кислотным дыханием), мантикорами, (львы с перепончатыми крыльями и скорпионьими хвостами), а так же древесными големами похожими на собак ходящих на двух лапах. Позади этого зверинца, ползет гидра с десятью головами, плюющаяся жидким огнем. Точное колличество одаренных неизвестно, но возглавляет их один из магистров.

— А второй? — Подал голос Гривус, как всегда облаченный в серебристую броню, но без шлема.

— Второй магистр будет командовать воздушными войсками, состоящими из «китов», (живые воздушные шары с крылышками), всадников на орлах, ну и конечно же крылатых ящеров.