— Сейчас! — крикнула Роза Монике, скрываясь за калиткой.

На пустой улице не было никого. Все-таки, этот район отличался почти полным отсутствием людей, в это время года. Окинув улицу взглядом, девушка присвистнула, заметив, как далеко отлетел мяч.

«Моника просто рождена для этой игры», — подумывала девушка, переходя улицу. Ее каблучки, сантиметра два, не более, весело постукивали по брусчатке. Мяч застрял около водостока, и девушке повезло, что он туда не провалился. Иначе пришлось бы искать другой где-то на чердаке. К слову, на чердаке у Зелмана можно было обнаружить столько интересных вещей, что глаза разбегались в разные стороны.

Наклонившись за мячом, девушка и не заметила упавшей на нее тени.

— Какая встреча, — раздался из-за ее спины знакомый голос.

Мгновенно обернувшись, Роза вскрикнула и выронила из рук мяч. Ее мгновенно схватили за руки и прижали к стене здания, находившегося через дорогу от поместья Зелмана. Сведя руки над головой девушки, собеседник довольно ухмыльнулся.

— Ну, здравствуй, Розмари, — проронил он.

— Кейдар Мохсен?! — взвизгнула девушка, силясь вырваться из железной хватки собеседника.

— Умница, запомнила, — одобрительно кивнул работорговец. — Не дергайся ты так, и не кричи — все равно бесполезно, — сладко прошептал он, наклоняясь к девушке. — Ты вновь без хозяина. И, дай угадаю, без документов?

— Не угадали, — сквозь зубы проговорила Розмари. — Карточка в правом кармане! Отпустите меня! Отпустите — покажу.

Не вняв просьбе девушки, Кейдар лично засунул свободную руку в глубокий карман ее штанишек, чем заставил девушку покраснеть до корней волос. Нащупав заветный кусочек пластика, он достал его и придирчиво осмотрел.

— Красная? Вот как, значит, — пробормотал он, сверля девушку своим взглядом. — Значит, ты тут живешь? — осведомился он, еще сильнее прижимая девушку к стене.

— С чего Вы…

— Не прикидывайся. Я видел, как ты выбежала из калитки этого поместья, наложница. Хм, как думаешь, сколько твой хозяин захочет за тебя получить?

— Этот товар не продается, — бросила Роза, борясь с желанием плюнуть в его самодовольное лицо и разбавить этот пафос.

— Как жаль. Но я думаю, мы с ним договоримся. Местные аристократы охочи до денег, — продолжал ухмыляться работорговец.

— Зачем я Вам?!

— Белая девушка. Молодая, с неплохой фигурой. Светловолосая и с серыми глазами. Из самого Шалле, — черт, да откуда он это знает?! — за тебя можно будет получить кругленькую сумму на Большом аукционе в Алжире, который состоится через месяц.

— Отпустите ее! — раздался крик Моники. Выбежавшая за ворота девушка решила отплатить подруге добром за добро.

На мгновение отвлекшийся Кейдар разжал руку, которой удерживал запястья Розы, дав той возможность отбежать в сторону, мгновенно пересечь дорогу и встать около Моники. — Спасибо — шепнула ей Розмари.

— Так-так, какие люди — покачал головой Мохсен. — Шерри, если я не ошибаюсь. Вся компания в сборе, не хватает только двух аристократов. Не хотите ли вы сказать, что они уехали в город, м?

— Вас это не касается, — отчеканила Моника, ловя мяч, который Кейдар услужливо бросил в ее сторону.

— И правда, не касается. Скажите только, когда они вернутся. Хочу с ними переговорить.

— Тогда отдайте карточку, — Розмари сделала шаг навстречу работорговцу, требовательно протягивая руку.

Она не успела даже пикнуть, как он в два шага преодолел расстояние между ними и схватил девушку за вытянутую руку.

— Договорились. Время?

— Обещали вернуться к семи часам вечера, — пробормотала Розмари, с трудом сдерживая крик боли. Кейдар не умел рассчитывать силу, и его хватка доставляла Розе дискомфорт.

— Хорошая девочка, — улыбнулся Мохсен, вкладывая в руку девушки карточку, и отпуская ее.

Не ожидавшая этого Розмари, упала на брусчатку, сильно ударившись спиной о бордюр. Прошипев что-то вдогонку удаляющемуся работорговцу, она с трудом поднялась и направилась в дом вместе с Моникой. Слова Кейдара заставили ее задуматься о том, что с ней будет, если он ее поймает вдали от дома. Картины, представшие в воображении у девушки, были настолько ужасны, что она поспешила отогнать от себя прочь эти мысли.

***

После прогулки Роза направилась в библиотеку. Там девушкой еще по прибытии в город было обнаружено фортепьяно, которое она мгновенно освоила. Разыскав среди огромного количества книг ноты и учебники музыки, девушка иногда безвылазно сидела в библиотеке, наполняя ее звуками фортепьяно. В последнее время она никак не могла осилить десятый параграф учебника, в котором рассказывалось о сонатах и патетических сонатах, а также, в конце параграфа как дополнение шла мелодия «К Элизе», Бетховена. Уже не раз виданная Розой, в последнее время она перестала ей «поддаваться». Не шла и все тут. Однако сейчас мысли девушки были о другом.

Она недавно одолжила у Зелмана тот самый роман «Мастер и Маргарита», и теперь с упоением читала его. Конечно, можно было бы делать это сидя в своей комнате. Но в пустующей библиотеке, в таинственном полумраке, при задернутых шторах и потрескивающем в камине огне, девушка ощущала уединение, не сравнимое ни с чем другим. Свет торшера, стоявшего за удобным диваном на котором расположилась девушка, мягко освещал страницы романа в руках Розмари. Девушку очень радовал богатый язык автора, и то, насколько были им раскрыты его персонажи.

Чего стоила одна лишь Маргарита? О, а любимый персонаж Зелмана, Фагот? Розе нравились почти все персонажи в книге, за исключением, на удивление, главного героя — Мастера. Что-то было в нем такое, что заставляло девушку как можно скорее читать его реплики.

— Что читаем? — над девушкой склонился тихо подкравшийся Зелман.

— Тот самый роман, — улыбнулась Роза, слегка вздрогнув от голоса аристократа, так внезапно раздавшегося у нее над ухом. — Уже вернулись?

— Я вернулся, а Рей задержался в городе. Сказал, что вернется, как и обещал, к семи часам. Сейчас же лишь без четверти пять, — вздохнул Зелман. — Зачитай-ка, что там сейчас происходит.

— «Будь добр, подумай над вопросом — что бы делало твое добро, если бы не было зла? И какой была бы Земля, если бы с нее исчезли тени?» — зачитала девушка, и потянулась к краешку листа, чтобы перевернуть его, однако ее опередил Зелман.

— …Ведь тени получаются от предметов и людей. Вот, например, тень от моей шпаги. Но бывают тени от деревьев, и от живых существ. Не хочешь ли ты ободрать весь земной шар из-за твоей фантазии наслаждаться голым светом? Ты глуп, — продолжил за Розой аристократ. И сделал он это настолько непринужденно, что Розмари была готова поспорить, что он знает роман наизусть. — Верно, — улыбнулся он, присаживаясь около девушки. В его глазах Роза заметила какой-то странный блеск. Неужели…?!

Она с опаской отстранилась от аристократа, вжимаясь в спинку дивана. Тот удивленно изогнул бровь, затем окинул взглядом девушку. На мгновение, о чем-то задумавшись, Зелман отрешенно улыбнулся.

— Знаешь, я тут подумал, — пробормотал он, придвигаясь к девушке и забрав из ее рук книгу, откладывая ту на столик. — …ты ведь, как выяснилось, совершеннолетняя…

— Зелман, не надо, — сглотнула Розмари, вставая с дивана.

Однако ее затея оказалась неудачной. Удержав девушку за руку, аристократ опустил ее на диван, из сидячего положения плавно переведя в полулежащее.

— Ты даже не дослушала. Так невежливо, — он цокнул языком, наклоняясь к девушке.

Раньше Зелман говорил так, с такой интонацией и таким тоном, лишь в двух случаях. Когда был крайне раздражен, либо когда играл с Розой. И нет, не в шахматы, не в Монополию и даже не в домино! Судя по блеску в его глазах и хитрой улыбке, аристократ думал завершить то, что начал во время их первой встречи.

— Не делай этого, Зелман! — взмолилась Розмари, силясь отодвинуться в сторону. Однако аристократ оперся руками о диван по бокам от девушки, заключив ту в некое подобие клетки.

— Мой поцелуй все еще за мной, — улыбнулся аристократ, ласково приподнимая лицо Розы, придерживая пальцами ее подбородок. — Ты как, не против, зайчонок?