4. Елиуй ждал, пока Иов говорил, потому что они летами были старше его.

5. Когда же Елиуй увидел, что нет ответа в устах тех трех мужей, тогда воспылал гнев его.

4–5. Сознавая промахи друзей и Иова, Елиуй тем не менее молчал, потому что не желал из уважения к старшим прерывать их рассуждения ( XXIX: 21 ). Его речь начинается лишь после того, как сделалось ясным, очевидным прекращение разговора, явилась возможность принять участие в споре без нарушения восточных правил приличия.

6. И отвечал Елиуй, сын Варахиилов, Вузитянин, и сказал: я молод летами, я вы - старцы; поэтому я робел и боялся объявлять вам мое мнение.

7. Я говорил сам себе: пусть говорят дни, и многолетие поучает мудрости.

6–7. Преклонение пред мудростью и житейским опытом старших ( VIII: 8–9 ; XII: 12 ; XV: 9–10 ) побуждало Елиуя не объявлять до времени своего взгляда (ср. Сир XXXII: 9–11). Решение вопроса он предоставлял пожилым (ст. 7).

8. Но дух в человеке и дыхание Вседержителя дает ему разумение.

9. Не многолетние только мудры, и не старики разумеют правду.

8–9. Объясняющие молчание Елиуя соображения оказались, однако, недостаточно основательными и убедительными. Мудрость находится в зависимости не от возраста, а от обитающего в человеке «духа и дыхания Вседержителя» (Быт II: 7), она - принадлежность человека вообще, как разумного существа, но не одних стариков (ср. Пс CXVIII: 100; Дан II: 21).

10. Поэтому я говорю: выслушайте меня, объявлю вам мое мнение и я.

10. Придя к такому взгляду, Елиуй и решается принять участие в разговоре.

11. Вот, я ожидал слов ваших, - вслушивался в суждения ваши, доколе вы придумывали, что сказать.

12. Я пристально смотрел на вас, и вот никто из вас не обличает Иова и не отвечает на слова его.

11–12. Перемена прежнего взгляда Елиуя на мудрость ( ст. 7 ) произошла под влиянием речей друзей. Внимательно вслушиваясь в их рассуждения и оценивая их аргументы, он не нашел в них ничего убедительного, опровергающего, Иова ( «никто из вас не обличает Иова» ). Слабые в этом отношении, друзья проявили свое умственное бессилие, недостаток мудрости и в том, что не смогли ответить на все положения Иова («никто не отвечает на его слова»). Старцы, носители и выразители мудрости, оказались далеко не мудрыми.

13. Не скажите: мы нашли мудрость: Бог опровергнет его, а не человек.

14. Если бы он обращал слова свои ко мне, то я не вашими речами отвечал бы ему.

13–14. В свое оправдание друзья не могут сказать, что опровергнуть, разубедить Иова - выше сил человека. Сделать это может один только Бог. Если бы речи Иова были обращены к нему, Елиую, то он нашелся бы сказать, что следует.

15. Испугались, не отвечают более; перестали говорить.

16. И как я ждал, а они не говорят, остановились и не отвечают более,

17. то и я отвечу с моей стороны, объявлю мое мнение и я.

15–17. Вмешательство Елиуя в разговор в данную минуту, но не ранее объясняется двум причинами. Одна заключается в прекращении спора Иова с друзьями. Елиуй начинает речь, не боясь прервать рассуждения других и тем нарушить обычай вежливости. Для соблюдения его им сделано все от него зависящее. Он ждал, не ответят ли друзья на последние речи Иова, но ответа не последовало, - знак, что ему можно начать слова.

18. Ибо я полон речами, и дух во мне теснит меня.

19. Вот, утроба моя, как вино неоткрытое: она готова прорваться, подобно новым мехам.

20. Поговорю, и будет легче мне; открою уста мои и отвечу.

18–20. Другая причина - это подготовленность Елиуя к речи. Его сознание переполнено мыслями, которые уже облеклись в словесную форму ( «я полон речами» ). Они бродят, рвутся наружу, подобно вину, готовому прорвать мехи (Ср. Пс XLIV: 2). Елиуй выскажется, и ему будет легче.

21. На лице человека смотреть не буду и никакому человеку льстить не стану,

22. потому что я не умею льстить: сейчас убей меня, Творец мой.

21–22. Полная беспристрастность суждений Елиуя. Если он будет говорить против истины, то пусть Бог поразит его смертью.

Глава XXXIII

Окончание введения и первая речь Елиуя. 1–7. Обращенное к Иову увещание внимательна отнестись к его речам. 8–33. Разбор одного из неправильных взглядов Иова.

1. Итак слушай, Иов, речи мои и внимай всем словам моим.

2. Вот, я открываю уста мои, язык мой говорит в гортани моей.

3. Слова мои от искренности моего сердца, и уста мои произнесут знание чистое.

1–3. Беспристрастные по содержанию ( XXXII: 21 ), заключающие одну только истину (3), речи Елиуя должны быть выслушаны Иовом от начала и до конца ( «внимай всем словам» ). К нему он должен отнестись без того предубеждения, которым встречал рассуждения друзей ( XIII: 4 ).

4. Дух Божий создал меня, и дыхание Вседержителя дало мне жизнь.

5. Если можешь, отвечай мне и стань передо мною.

6. Вот я, по желанию твоему, вместо Бога. Я образован также из брения;

7. поэтому страх передо мною не может смутить тебя, и рука моя не будет тяжела для тебя.

4–7. И с другой стороны, Иов может говорить с Елиуем вполне спокойно. И по духовной (ст. 4), и по телесной природе Елиуй совершенно подобен Иову: «вот, у Бога, пред Богом (евр. «ла-эл», ср. XII: 16 ) я, как и ты» (ст. 6). Елиуй не представляет из себя непреоборимого противника; спор с ним - вполне равный, по силам Иову. Последний без всякого смущения и страха (ст. 7; ср. IX: 34 ; XIII: 21 ; XVI: 22 ) может защищать свое дело. Синодальное чтение ст. 6: «вот я, по желанию твоему, вместо Бога» , не находит оправдания ни в оригинальном тексте, ни в речах Иова. Он, наоборот, решительно отказывается от рассуждения с людьми и горит желанием перенести свое дело на суд Бога ( XIII: 3–5 ); тем более у него нет даже следов желания видеть в лице Елиуя заместителя Бога.

8. Ты говорил в уши мои, и я слышал звук слов:

9. чист я, без порока, невинен я, и нет во мне неправды;

10. а Он нашел обвинение против меня и считает меня Своим противником;

11. поставил ноги мои в колоду, наблюдает за всеми путями моими.

12. Вот в этом ты неправ, отвечаю тебе, потому что Бог выше человека.

8–12. Одно из ошибочных мнений, допущенное Иовом в разговоре с друзьями и теперь опровергаемое Елиуем. Он считал себя чистым, беспорочным, ( X: 7 ; XII: 4 ; XIII: 23 ; XVI: 17 ; XXIII: 10 ; XXVII: 5 и д.; как ограничение подобного взгляда см. VIII: 20–21 ; XIII: 23 , 26 ; XIV: 4 , 16–17 ), а Бога - «выискивающим причины неприязни» (евр. «тенуот»; ср. числ. XXXII: 7 ), враждебным себе существом, сковавшим его, подобно узнику ( X: 13–14 ; XIII: 24 , 27 ; XIX: 11 ; XXX: 21 ). Иов не прав в этом случае, потому что Бог - «выше человека» (ст. 12). Последнему отношения Бога к Иову могут, действительно, казаться проявлением вражды и гнева. Но это объясняется тем, что ограниченный по уму человек не в состоянии понять смысла действий превосходящих его премудростью Бога ( «выше человека» ). Они представляются ему враждебными, а на самом деле не таковы.