Господин Дрейкорн приветствовал его вполне дружелюбно, мне же кое-как удалось выдавить подобающие случаю слова.

– Вижу, госпожа Камилла, вы так и не забыли тот прискорбный инцидент в Адитуме. Наверное, я кажусь вам опасным злодеем, готовым утащить вас в жертвенный зал при первой возможности. Тем больше ценю то, что вы оказались выше глупых страхов и не побоялись принять мое приглашение. Быть теургом непросто, госпожа Камилла. Мы платим тяжкую цену, и иногда наше поведение не укладывается в привычные рамки. Вам нечего меня опасаться. Прошу, будьте моей гостьей, веселитесь, танцуйте.

Голос Крипса звучал печально, голубые глаза смотрели серьезно, с толикой обиды. В этот момент я невольно пожалела его и горячо уверила, что и думать забыла о прошлом.

Крипс повеселел.

– Как вы находите моих новых некроструктов? Выглядят забавно, не так ли?

– Они очень… необычные, – я не знала, что ответить на этот вопрос.

Крипс расхохотался так, что очки сползли на нос. Он поймал их, принялся протирать носовым платком, и все еще посмеиваясь, признал:

– Вы сама деликатность, госпожа Камилла. Эти некрострукты ужасны и бесполезны. Полный провал! Некрострукты-лакеи, музыканты – это ерунда. Игрушки, забава для гостей. Предполагалось использовать новые разработки на заводах, в армии, но ничего не выйдет. Совершенно бестолковые головы и неловкие руки. Что поделать, материал неподходящий. Я использовал части горилл и гиббонов. Лучше всего подошли бы альфины, но где их сейчас достанешь! Мозг альфинов близок к человеческому, и результат был бы лучше. Но ничего: как только удастся заключить Третий пакт, первоклассного материала будет достаточно.

Крипс нацепил очки на нос и поднял указательный палец, подчеркивая важность момента:

– Я получу людей! Преступники будут не только платить жизнями на алтарях. И тела пойдут в ход. Сколько проблем удастся решить! Стойкие солдаты, беспрекословно исполняющие приказы, неутомимые и покорные рабочие, расторопные лакеи. Больше никаких забастовок на заводах, бунтов в армии.

Господин Дрейкорн произнес сквозь зубы:

– Значит, заключение Третьего пакта – дело решенное?

– Все к этому идет. Голоса в Совете Одиннадцати разделились шесть против пяти. Сенат почти готов дать добро. Свою роль сыграла и ситуация в столице. Удивительно, но я благодарен этим бунтовщикам, Убийцам Магии, которые довели ее до точки кипения. Не запугай они капиталистов глупыми погромами, сенаторы колебались бы еще долго.

Я изо всех сил старалась не показать на лице отвращения, которое внушал в эту минуту гран-мегист Кордо Крипс. Слащаво улыбнувшись, он произнес:

– Если позволите, госпожа Камилла, мы с Джаспером оставим вас, поговорим о наших скучных делах. Слышу, в соседнем зале музыканты начали играть рейль. Баронесса Мередит ввела этот танец в моду. Предлагаю вам насладиться этим изысканным зрелищем; может, и сами захотите пройти круг-другой с подходящим партнером! Если ваш хозяин будет не против.

– Она подождет здесь, – учтиво ответил господин Дрейкорн. – Прошу, Камилла, никуда не уходите. Я скоро вернусь к вам.

Господин Дрейкорн и Крипс присоединились к группе мужчин в дальнем углу зала. Какое-то время я наблюдала за ними, гадая, как они узнают друг друга под нелепыми масками.

Беседа затянулась; вскоре хозяин решительно отвел Крипса в сторону для приватного разговора, и я поняла, что ждать придется еще долго.

В соседнем зале музыканты заиграли задорную мелодию, которую заглушали веселые крики, топот и аплодисменты. Оглядываясь каждую секунду, чтобы не потерять Джаспера из виду, я потихоньку приблизилась в арке и стала наблюдать. В пылу танца гости принялись избавляться от тяжелых масок. Сваливали их прямо на пол в углу зала и один за другим вставали в ряды танцующих. Веселье разгоралось, и торжественный прием все больше напоминал деревенскую вечеринку в трактире. Ну и ну!

С потолка в толпу ударили фонтаны разноцветных искр – заработали метатели безопасных фейерверков. Крики и смех стали громче; соседний зал уже не мог вместить танцующих, и живая волна хлынула туда, где стояла я. Меня закрутил водоворот ярких платьев и черных фраков; кто-то схватил и потянул за руку.

Я с негодованием вырвалась и с ужасом обнаружила, что потеряла господина Дрейкорна. Ни его, ни Крипса, не было видно; зато я наткнулась на канцлера Морканта, когда металась в толпе, разыскивая хозяина. Канцлер прятал лицо под простой черной полумаской, но спутать его с кем-то другим было невозможно – только у одного человека в империи был такой пронизывающий взгляд и улыбка, напоминающая оскал хорька. Я наступила канцлеру на ногу, и тот зашипел от боли; я быстро извинилась и ретировалась, но тут же ударилась спиной об одного из последних оставшихся в строю некроструктов-лакеев и содрогнулась от омерзения. Скрывавшаяся под ливреей плоть оказалась неприятно податливой, словно тронутой разложением. Я шарахнулась от него и чуть не сбила с ног дородного господина в костюме шестиголового монстра. Головы вразнобой болтались над плечами и напоминали плохо надутые резиновые пузыри грязно-серого цвета.

Казалось, количество гостей утроилось. На меня налетали стайки дам, напирали ряды танцующих, проносились мимо. Остро пахло вином, разгоряченными телами, приторным одеколоном и ритуальными благовониями.

Я металась, обезумев от тревоги: где же Джаспер? Сердце сжало от тоски, показалось, что я разлучена с ним навсегда, и теперь обречена вечно бежать сквозь обезумевшую толпу.

Наконец, я увидела его. Он стоял подле канцлера, который что-то увлеченно рассказывал. Оба были уже без масок. Джаспер не смотрел на своего собеседника; нетерпеливо озирался, на его обычно сдержанном лице читалась озабоченность.

Как пуля я бросилась к нему сквозь толпу. Заметив меня, хозяин коротко извинился перед канцлером и поспешил навстречу. Тревога на лице сменилась облегчением, затем брови грозно сдвинулись.

– Где вы были? – произнес он сердито.

– Простите, господин Дрейкорн, – начала я оправдываться, но больше ничего сказать не успела, потому что в этот миг он взял меня за талию мягко привлек к себе. Замирая от счастья, я пробормотала:

– Я ужасно испугалась, когда потеряла вас в толпе.

– Теперь успокоились? Не покидайте меня больше. Я с ума сошел от тревоги.

Он поднес руку к моему подбородку и потянул за маску, пока она не соскользнула на шею. Теперь он улыбался.

– Грех прятать ваше личико. Другим дамам это требуется, но не вам.

– Ну что вы, господин Дрейкорн, – растерялась я, – все дамы здесь изумительно красивы!

– Может и красивы, но смотреть хочется только на вас.

Несколько мгновений я всматривалась в его глаза, пытаясь понять его истинные чувства – напрасно. Однако готова поклясться, что с такой неприкрытой лаской на баронессу Джаспер никогда не смотрел. И тогда я призналась вполголоса:

– Хотелось бы и мне увидеть вас без маски.

Джаспер недоуменно поднял бровь.

– От своей я давно избавился при первой возможности.

Я покачала головой.

– Я говорю о той маске, которую вы не снимаете никогда.

Джаспер прищурился и подарил мне странный взгляд. Руки нежно скользнули по спине – хотелось, чтобы это мгновение тянулось бесконечно, но он уже отпустил меня и отошел на шаг.

– Пора браться за дело. Самое время осуществить наш план.

– Как понимаю, вам не удалось договориться с Крипсом? – произнесла я упавшим голосом.

Джаспер помрачнел.

– Нет, – отрезал он. – Придется встать на скользкую дорожку и добыть книги самостоятельно. Крипс проболтался, что хранит их в своей мастерской внизу. Я знаю, как туда пробраться. Проблема в том, что одна из книг не записана в каталоге коллекции Филиона Кастора, и я не знаю ее названия. Поэтому нужны вы, чтобы просмотреть все книгии увидеть знак, если он там есть. Ну как, готовы?

– Да, господин Дрейкорн.

– Поспешим.

Мы подошли к неприметной двери, возле которой терпеливо нес караул дюжий лакей. Компанию ему составлял неподвижный некрострукт – копия Большого Зигфрида, с которым довелось столкнуться в подземельях Адитума.