Схомячив пару больших печенек, я пошел к часовом и отдал ему котелок. Это тоже правило: часовому обязательно надо оставить и поесть, и покурить. Даже если он сам сказал, что не хочет. И тот, кто стоит первым, потом отдыхает дольше, его нужно сменить при первой возможности.

Правила… правила… от них нет спасенья, верно? Сзади ко мне подошел один из мародеров. "Длинный" – определил я по шагам, не оборачиваясь.

– Я это… А вы наверх когда собираетесь?

– Не знаю. Сейчас проводить можем, а потом – извини. Свои дела есть.

– Да я понимаю… А с вами пойти?

– Если в рейде на хвост садишься, то своей доли нет. В курсе?

– Это как? – удивился марадер.

– Бывает так, что ты просто вынужден присоединиться к уже сформированной бригаде. Отказывать не принято, но идешь, как говорится: "прицепом" и на долю в хабаре не претендуешь. Зато те, кто тебя вел, могут попросить денег за сопровождение. Это их право. С другой стороны: считается правильным севшему на хвост все-таки какую-то долю выделить, если рейд удачный получился. Но нам там хабар не светит.

"Длинный" замолчал. Видимо прикидывал, сколько я с него денег запрошу.

– Наверх вам, ребятки, сейчас соваться совсем не с руки, – сказал я. – Если там стая мутантов, то на нас они не полезут, но вас, как только одни останетесь, порвут.

– Блин…

Он явно грустил,

– Да не расстраивайся. Утро вечера мудренее. Наверху сейчас как раз темнеет. Отдыхайте, потом решим, что делать.

– У меня фонарик садится. У вас батареек нет? Мы бы купили.

Вот чего он хотел…

– Наши батарейки тебе не пригодятся. Потуши. Сейчас свет будет.

Сзади в потолок ударил мощный, яркий луч света. Один из братьев зажег подствольный фонарь на автомате. Мародер обрадованно погасил свой и ушел к своим. Они о чем то пошушукались и пошли к противоположной стене, располагаться на ночлег. Ни один даже не подумал еще раз подойти и поговорить насчет смен на карауле. Новички, что с них взять? Надо сказать, что весьма везучие новички. Метрах в полусотне, там, где путепровод загибался влево, в тоннеле висят два "трамплина". Они прошли прямо между аномалиями, не заметив их в темноте. Обрадовать их, что-ли?

– Эй, Длинный! Гайки есть?

– Есть пара.

Всего две гаечки. В Зону они пришли… Туристы прохладной жизни!

– Неси сюда.

Вместе с ним мы сделали три десятка шагов к повороту и я запустил гайку прямо в центр "трамплина". Последовала яркая оранжевая вспышка и на мгновение аномалия высветилась во всей красе рисунком из желтых шестиугольников на поверхности. Мародер охнул.

– Видел?

– Да. Этот… как его? "трамплин", да?

– Он самый. А вон второй.

Вторая гайка полетела во вторую аномалию.

– Неплохо, да?

– Мы, значит, между ними?

– Тебе видней, Сусанин. Но попасть в любую из них в замкнутом пространстве – верная смерть. Присмотрись к потолку.

Мародер добросовестно вгляделся.

– Что там? Не вижу.

– Подсвети.

Щелчок выключателя.

– Ну и что?.. О-о-о!

Прямо над нами на потолке висел дохлый тушкан. Видимо мутант куда-то спешил, или от кого-то убегал, вот и вляпался. "Трамплин" метнул его в потолок с такой силой, что буквально размазал тушку по бетону. "Длинный" отскочил к стене и его стошнило. Я спокойно пошел обратно к стоянке. Говорят, что если Зона дает тебе урок, то сначала пересчитай руки, ноги, потом пальцы на них, потом патроны, а потом поблагодари ее. Но вряд-ли здесь мы дождемся благодарности. Вон как его выворачивает.

Утром я понял, что мародеры к нам вчера за ужином не присоединились не от того, что не хотели есть. У них просто не было еды. Палатка была, спальники, вода в бутылках, а вот еды не было. Как выяснилось, все было в рюкзаке у покойного Примуса. Они и спали натощак. Нет, ну это даже не смешно! Пришлось задержаться. Я выдал им по банке тушенки из наших запасов и мы ждали, пока они ее съедят. Потом ждали, пока попьют. Потом пока… пропустим физиологию. В общем времени прошло изрядно.

– Ну что решили? – спросил я. – Наверх, или вперед?

– Вперед, – пробормотал "длинный" с унылым видом.

Не слишком ему хотелось "вперед". Ну а кому сейчас легко?

– Тогда держитесь по центру тоннеля, между нами. Держи.

Мародер поймал брошенный ему подствольный фонарь.

– Кнопка сбоку. Нашел?

– Ага.

Темноту тоннеля проткнул луч света.

– Идешь по центру, светишь вперед. За ружья не хватайтесь. Если мы на опасность не среагировали, то вы точно не успеете. Идите цепочкой, пять шагов друг от друга. Все ли понятно? Ну тогда двинулись.

Под моими ботинками тихонько похрустывал мелкий гравий. Тоннель шел вперед под еле-еле заметным уклоном. Свет фонарика прыгал по стенам, выхватывая то лохмотья старой краски, то космы "жгучего мха", то кабеля и трубы на потолке. "Мох" любит такие места. Тепло, влажно… Чем он тут питается, интересно? Это ведь растение. Ему свет нужен, как и любому другому, но здесь откуда свет? А "мха" много. Мародеры дисциплинированно шли по центру, как им и было сказано.

Лишь раз мы остановились, заметив аварийный выход в виде вертикальной шахты. Один из братьев поднялся по металлической лестнице наверх, но верх шахты оказался обрушен и завален. Пошли дальше в том же порядке. Я прикинул, что мы скоро выйдем за территорию завода, если уже не вышли. Потом путепровод кончился и мы вышли в помещение, которое я про себя назвал разгрузочным терминалом.

Тоннель расширился к платформам по бокам. Слева и справа было по трое грузовых ворот с надписями: "Склад" и номерами от одного до шести. Но меня больше заинтересовали категории помещений на тех же самых дверях.

– Соблюдать осторожность! – сказал я.

Мародеры повернулись в мою сторону,

– Видите двери? На них надпись: "Кат. Е". Знаете, что это означает?

Те помотали головами.

– Не вздумайте хвататься за ружья. Категория Е – это боеприпасы. После буквы нет цифры, значит склады многоцелевые. Вряд-ли здесь что-то осталось, но не вздумайте палить во все стороны. Поняли?

– Поняли, – кивнул "длинный". – Заглянуть туда?

– Загляни.

Тот забрался на платформу, подошел к воротам и потянул их на себя. Раздался скрежет. Посыпалась ржавчина. Створка медленно отошла, открыв полуметровый проход. Мародер посветил туда фонарем.

– Там штабели ящиков.

– С чем? – спросил я.

– Не видно. Зеленые и большие.

– Пропусти… Ну ты и напылил!

Я вскочил на платформу, подошел к воротам и заглянул внутри. Да!.. Теперь я знаю, откуда рядом с "Юпитером" взялась одна из самых известных аномалий Зоны. Наверняка там был примерно такой же склад. Его вскрыло оползнем, потом одна-единственная "жарка" – и приехали. Бабахнуло тогда видимо знатно!

Мы приоткрыли ворота пошире и вошли внутрь. Ну точно, артиллерийские снаряды. 100-миллиметровые унитарные выстрелы к противотанковой пушке МТ-12.

– Уходим, – сказал я.

– А снаряды? – удивился "длинный".

– Хочешь взять пару ящиков? У тебя что, пушка есть на примете, или танк, который подбить нужно?

Ящики даже с виду выглядели тяжеленькими. Редкая находка, но для нас совершенно бесполезная. Не воюют здесь таким оружием. Зачем, интересно, эти снаряды потребовались на заводе? Их здесь не так уж и много, ящиков двадцать, причем разных типов, а остальные помещения оказались пустыми. Напрашивается объяснение, что где-то здесь испытывали броневые листы. Возможно? Вполне. Примем, как версию.

Тоннель, между тем, уходил еще дальше. Ну да, там южнее депо, грузовой терминал железной дороги и подъемник. Мы там уже были. Подъемник сломан, терминал давно обрушился. Тупик. Мы пошли не в ту сторону.

Я повернулся к мародерам и сказал: