— Я думаю задержаться здесь, — произнесла девушка. — Здесь так хорошо, — и положила голову на плечо Ворка.

— Это отличная идея, Намира, — парень был доволен таким известием, ведь эта девушка что-то всколыхнула в нём. — Я смогу тебя ещё раз увидеть?

— Конечно же, дурачок, — ласково засмеялась она. — За этим-то я и остаюсь.

И с этими словами они поцеловались, это был первый в жизни Ворка поцелуй.

И так прошло несколько дней. Они встречались, гуляли, а вечером расставались, чтобы завтра вновь встретиться. За эти дни чувства обоих распалялись всё сильнее. Да, именно обоих. Намира также стала испытывать симпатию к Ворку, хотя понимала, что это ей только навредит, что ни к чему хорошему это не приведёт, ведь если это будет продолжаться, то она не сможет выполнить то, что от неё требовалось. Но нет, вопреки всем этим домыслам, её чувства к парню продолжали расти. И чем сильнее она этому противилась, чем больше боролась, тем глубже падала в яму своих собственных страстей.

У Ворка же не было никаких тайных мыслей. Он полюбил её и не скрывал этого. И эта прямота, эта открытость ещё больше заставляли её страдать, зная, чем всё должно закончиться.

— Я не могу, — наконец сказала она деревянному великану, когда в очередной раз пришла к нему. — Я больше не могу лишать жизни хороших и достойных людей. Это несправедливо.

— Несправедливо? — тихо переспросил дух, и в этом голосе послышалась реальная угроза. — А разве справедливо, когда люди поджигают леса, вырубают их, только ради того, чтобы построить себе новый дом? Разве справедливо, когда они охотятся на животных и убивают их только ради забавы? Справедливо, когда они мучают их, заживо сдирая кожу, смотря, как извивается бедный зверь? А? Разве это справедливо, это правильно? Они набивают своё толстое брюхо мясом из ноги животного, вырезая этот кусок, когда оно ещё живо. А потом выбрасывают полуживую тушу в сточную канаву. Это справедливо?! — вдруг раздался его громогласный голос. — Я чувствую каждого из зверей, каждую птицу и мелкую букашку. Я чувствую их боль и страдания, и вижу, как поступают люди с ними. Они убивают сотни и тысячи всего за несколько недель, даже не думая о последствиях. А ведь у цветов тоже есть сердце! Вот это несправедливо!

Намира, в испуге, отшатнулась назад, когда древнее божество встало с трона. Таким она его ещё никогда не видела. Казалось, что он настолько огромен, что затмил собою Солнце и небо. Потом он сделал шаг к ней.

— Если хочешь всё прекратить, то, пожалуйста. Я найду других, твоё место пусто не будет. Но учти, что тогда и ты и твой полумёртвый муж, сгинете окончательно, — с этими словами он протянул к ней руку и прикоснулся к плечу. В этот же момент девушка вздрогнула, а её кожа начала высыхать и осыпаться прахом. Она старела и умирала прямо на глазах. — И что же?

— Стой! — внезапно выкрикнула она, испытывая неимоверную боль.

Великан убрал руку, и тело Намиры вновь приобрело свои прежние прекрасные черты.

— Завтра утром, — резко сказал дух. — Либо ты делаешь это, либо это сделаю я, но уже с тобой и твоим мужем.

Наступила ночь. Они были вместе, Намира и Ворк. Сидели под густой зеленью невысокого дерева, спрятавшись от всех остальных. Она должна была решиться именно сейчас, ибо другого шанса у неё не будет.

— Ворк, — начала она. — Как поступить, когда встаёт вопрос о любимом человеке? Если тебе необходимо расстаться с ним?

— Ты уходишь от меня? — переспросил тот.

— Нет, нет, — заверила она. — Просто интересно.

— Хм, — задумался тот. — Наверное, поступил бы так, как подсказывало мне сердце.

Девушка поникла и замолчала.

— Что-то случилось? — спросил парень. — Я тебя чем-то обидел?

— Нет, — тихо ответила она, а потом, сделав глубокий вдох, добавила. — Мне нужна будет твоя помощь.

— Всё, что пожелаешь.

— Я хочу съездить в горы, полюбоваться на рассвет оттуда. Но боюсь ехать ночью одна. Ты сопроводишь меня? — с предательской нежностью посмотрела ему в глаза.

— Ну, конечно же, — улыбнулся тот в ответ. — Буду только рад помочь.

— Я всегда в тебя верила, — и Намира, поцеловав его, повалила на спину.

Эта ночь была прекрасна для обоих.

Солнце медленно поднималось за горами, освещая снежные пики. Парочка уже стояла на горной вершине, именно на том самом каменном алтаре, где вскоре должен был состояться кровавый ритуал.

— Какой прекрасный восход, — прошептал Ворк. — Всё же ты была права, и мы не зря сюда пришли.

На эти слова девушка просто отвернулась. На её глазах появились слёзы.

— Я… я должна кое в чём признаться, — выдавила она из себя. — Я не та, за кого себя выдаю.

— Что такое? О чём ты говоришь? — удивлённо спросил парень, но продолжал смотреть на неё с теми же влюблёнными глазами.

Она не ответила, вместо этого сняла своё платье. Он уже видел её тело, и познал его сегодня ночью. Но сейчас оно было другим, оно приобрело серо-зелёный цвет и покрылось мелкой чешуёй. Потом чешуя осыпалась, превращаясь в прах, а тело стало ещё зеленее, глаза девушки покраснели, волосы тоже, и кое-где на теле появилась небольшая трава, которая через пару мгновений так же, как и чешуя, осыпалась прахом. И вот Намира приобрела свой прежний вид и с тоской посмотрела на Ворка. Тот стоял в ступоре, поражённый увиденным.

— Кто ты? — спросил, наконец, он.

— Тебе не стоит этого знать, — послышался неподалёку голос.

Они обернулись и увидели, как из скалы вываливаются камни, а следом за ними выдвигаются огромные булыжники, которые приобретают человеческие черты. Это был дух леса, он пришёл, чтобы наблюдать за жертвоприношением, как делал это всегда.

— Ну что, Намира, ты решилась? — спросил он.

Но та не смогла ничего ответить.

— Что это? — тихо вымолвил Ворк.

— Прости, у него мой муж, — послышалась ломаная речь Намиры, а следом и её рыдания. — Я люблю его, но и тебя тоже, — она закрыла лицо руками, не в силах смотреть парню в глаза. — Я… не могу. Нет! — вдруг выкрикнула она и отмахнулась от Ворка. — Уходи! — крикнула она ему.

Но тот стоял и смотрел на неё.

— Так значит вот зачем всё это, — тихо произнёс он. — Ты просто хотела вернуть своего любимого, а взамен моя жизнь?

— Да, — также тихо ответила та, не отнимая руки от лица.

— Ясно, — парень поник, понимая, что все эти чувства были просто жестокой игрой. — Ну, тогда я согласен.

— Что? — девушка посмотрела на него красными от слёз глазами.

— Я согласен на это. Если на кону чужая жизнь, жизнь, которая дорога моей любимой, то я согласен.

— Я не… — Намира была в полном отчаянии.

И тут, непонятно как, в её руке возник кинжал, блеснула сталь, и клинок впился в грудь парня. Тот широко раскрыл глаза от неожиданности, но потом посмотрел на девушку как обычно, тем же любовным взглядом.

— Люблю, — прошептал он и погладил ладонью по её щеке.

После этого завалился назад и рухнул на камни. Кровь брызнула из раны и залила всё вокруг, но тут же впиталась, и вместо неё, из тонких щелочек, между камнями, стали прорастать разноцветные цветы.

— Нет! — выкрикнула Намира и упала на колени рядом с убитым, обхватив его руками. — Нет, нет, нет. — колотила его своими кулачками по груди, из которой от каждого удара прыскал небольшой фонтанчик крови, испачкавший все её руки. — Нет, это ты убил его! — вдруг выкрикнула она каменному божеству, стоявшему неподалёку. — Я не хотела этого!

— Рука была твоя, так что всё по-честному, — усмехнулся тот. — Я не против такого расклада.

— Я против! — вновь выкрикнула та, заливаясь слезами.

На это великан не обозлился. Он подошёл к ней, и с каждым его шагом камни осыпались, а под ними было молодое мягкое дерево. Склонился перед её лицом, мягко приподняв ей подбородок своей деревянной рукой. Потом томно вздохнул, из его рта шёл запах хвои и мха. Его длинный язык, мягкий, словно кожа младенца, лизнул её щеку, забрав скатившуюся слезу.