- Куда? - заинтересованный обернулся Подпол.

- Канада. И все о'кей! - вытащил из кулака большой палец Мисин.

- Я в долгу не останусь, Сережа!

- Ладно! Ты и так много сделал! Займись лучше парнем!

- Всё, что могу!

Через пятнадцать минут Григорьев на служебном зелёно-белом 'мерседесе' с охраной выехал из ворот Мисинского замка, хозяин которого еще долго сидел в кресле и составлял, как говорил Топорков, ПДД.

Подпола повезли в Шумень, вслед ему направилась белая 'нива', а за этим кортежем пристроились 'жигули' с ребятами майора Трошева из РУ ФСБ.

Никита после разговора с Коломейцевым связался с Лысым, уточнил, где стоит машина, попросил его быть сегодня дома вечером. Сказал, что принесет 'бабки'.

Затем посетил свою новую квартиру на Профсоюзной, переоделся, взял всё необходимое для устранения подполковника Григорьева, попил из-под крана воды, отдающей хлоркой, и вышел на улицу.

У сворачивающей свой лоток торгашки купил сэндвич и сок. Желудок стал урчать и сопротивляться реакции сырой воды и витаминной жидкости, но вскоре успокоился.

Никита не стал пересекать площадь Ленина около УВД и бывшего обкома, а обошел ее вкруговую. В Шуменский ГНГУ Топорков проник без проблем. А вот на нужный четвёртый этаж прокрасться стало трудновато.

Во-первых, все входы и выходы закрыли, хотя раньше здесь царил простор. Можно было на велосипеде кататься!

Во-вторых, когда-то, видимо, тут бывали люди Пуминова или Григорьева, совсем недавно, и приказали посторонних не пускать. Заставили проректора университета поставить сторожа, которому всучили фото Топоркова. Мол, сиди, брат, бди! Если что, мы рядом, через площадь! Вот номер телефончика.

Сами поленились оставаться и ждать, когда же появится Топорков, киллер-'десятник', которого ищут только спецслужбы и оперативники ФСБ, МВД и ФСОТа.

Никита приставил к серой обшарпанной двери микрофон-пуговку, включился в прослушивание, замер!

В натянутом халате технички, в спортивных гетрах и чешках, в женском парике и с красными от помады губами он оригинально смотрелся на лестничной площадке. Приникший к грязным стенам и дверям коридора.

Остальные атрибуты Истребителя находились при нем же. И кроме этого рядом стояли швабра, ведро с водой и спортивная сумка с готовым самоликвидатором, формой и размерами напоминающим тюбик губной помады.

Никита не умел открывать двери без ключа, не мог завести автомобиль каким-то там контактом, поэтому действовал иначе. 'Лада девятка' стояла в кармане 'универа' и тихо работала - Бяшенцев за полчаса мастерил такую отмычку к блоку зажигания, что оставалось только удивляться.

Топорков достал 'Электрошок-2П', убрал микрофон, передавший шаги сторожа, вставил в горло звукоимитаторы.

А потом стал громко бренчать ведром, шоркать шваброй и напевать слова песни Ирины Аллегровой 'войди в меня, войди в мои сны!'

Задуманное свершилось! Надо отметить, Топорков досконально натренировал мышление, ум, фантазию к осуществлению ПДД, стал чутким и тонким психологом. Сторож вышел!

Здоровенный детина-акселерат, играющий мышцами (когда успел-то накачаться?), украдкой, осторожно выглянул на этаж. Нун-чаки приготовились к возможному бою, но вместо головорезов и парня с фотографии на лестнице корячилась задом к нему техничка. Вместо сильного мужика - какая-то вонючая уборщица, скорее всего уродина!

И сторож-здоровяк повёлся. Расклеился, даже не задумавшись, почему тётка убирает так поздно, когда университет должен закрываться.

- Тётка, меня не сбей своим... своей... своими стопсигналами! - сказал погромче охранник, полностью выйдя на площадку.

- Войди в меня... войди в мои... - продолжал Никита, высовывая прибор и не прекращая драить шваброй ступеньки.

Через секунду обернулся. Парень с нун-чаками вздрогнул от чего-то неестественного в облике технички. 'Электрошок-2П' щёлкнул, выбросив токонесущую спиральку. Сторож ойкнул, взмахнул руками и тотчас рухнул на пол, опрокинув ведро с водой.

Никита собрался и юркнул в коридор, закрыв дверь на замок торчащим в ней ключом. Быстро сориентировался, чертыхаясь на пролитую воду. Затем снова открыл дверь, затащил сторожа, закинул нун-чаки, ведро, швабру, повторил первоначальные действия.

Только льющая вниз по лестнице вода, переходящая в маленький водопад грязных капель, напоминала о происшедшем на этаже.

Никита втиснул парня-охранника в туалет, замкнул его, оборвал телефонный провод и пробрался к намеченному месту. Через пять минут он занял выгодную позицию у окна, вырезал треугольный кусочек стекла у самой рамы, примерил 'винторез' покойного Бондаря и расположился с 'УДН-15' рядом.

Ждать пришлось недолго, минут десять. 'Пока везёт!' - сказал внутренний голос парня. Его Величество Случай! И еще Интуиция!

'Мерседес' мента появился возле здания областной администрации в сопровождении охраны. Деревья ничуть не мешали, хотя считались здесь очень высокими и пышными. Слева стоял Ленин с кепкой в руке. Прямо за площадью и УВД - квартира Филина.

Оба автомобиля остановились, но не возле крыльца Управления, а метрах в пятидесяти, ближе к администрации.

Никита хмыкнул и задумался.

Но причина сразу же выяснилась - длинноногая девушка в мини. Брюнетка. Симпатичная. Восхитительная грудь под полупрозрачной блузкой. Туфли на модном сейчас, толстенном каблуке. Смазливая мордашка.

Как же Подпол мог проехать мимо такой!? Эту еще он не трахал!

Коломейцев смело поставил 'ниву' около Управления и стал ждать. Потом заметил 'жигуленок' эфэсбэшников и встрепенулся. 'Может сейчас? Топорков!'

Телохранители Григорьева выскочили из машин и прочёсывали в бинокли и 'СУОНы' округу, пока Подпол 'убалтывал' девушку. Та сначала сопротивлялась неохотно, но один из охранников силой загнал ее в 'мерс', девчонка зарепенилась конкретно, а когда Григорьев положил руку ей на голую коленку, то заревела.

Никита сполз за подоконник и вставил вырезанный треугольник стекла обратно. И вовремя!

Эфэсбэшники, Коломейцев, натасканные телохранители Подпола - все тщательно пробежались оптическими взглядами по крышам, окнам, дверям, углам, деревьям и бордюрам, не обделив вниманием и окно с Топорковым. Чисто.

Салоны автомашин на припарковке, скамейки с людьми, пешеходы, проезжающий транспорт - и это тоже процедили зорким взглядом.

Никита медленно высунулся, припал к 'УДН-15', насторожился.

'Жигули' белого цвета сменили НП, 'нива' с водителем-крепышом сиротливо приютилась в ряду служебных машин, и из неё никто не хотел вылазить. 'Мерседес' Григорьева тоже не спешил тронуться, как и авто с охраной.

Топорков положил перед собой оружие, имеющее спецустройство пламязвукогашения, лазерную наводку. Отличная штука!

Парень вставил магазин со спецпатронами СП-6, слился с прикладом. Палец лег на скобу спускового крючка с надписью 'Огонь'. Прислушался. Через две минуты, если ничего не изменится, нужно пойти продлить обморок сторожа.

Но вот в иномарку, пришедшую в 1994 году в Шумень по бартеру местным ГАИшникам, подсел один из застывших подле неё охранников.

Никита вжался щекой в серо-зелёный 'винторез'. Палец опустился ниже.

- Ах ты, сука, еще брыкаться будешь!? Сиди смирно, стерва! - прикрикнул Григорьев на 'арестованную' его ребятами девушку лет восемнадцати.

- Не надо! Прошу вас! Ну...не надо! - красотка забрыкалась пуще прежнего, отбиваясь от лап Подпола.

- Виктор Афанасьевич, помочь? - заглянул в машину начальник личной охраны Григорьева, на лице которого сияли преданность собаки и глупая усмешка.

- Ну попробуй, Дима! - вздохнул подполковник, поправляя галстук и причёску.

- Не надо, пожалуйста! - запричитала урёванная девушка.

Коломейцев, оба эфэсбэшника, да и пара телохранителей Подпола отвлеклись от наблюдения и взглянули на 'мерс'.

Может и не отвлеклись! Просто полюбопытствовали, как справится с красоткой начальник Григорьевской охраны.