Никита чуть перевёл ствол с одного на другой, затем обратно, снова на второго - примеривался, тренировался. Потом задержал дыхание.

Девушка в первые секунды не сразу поняла, что произошло. Сначала голова мужика в милицейской форме дёрнулась, брызнув фонтаном крови, а затем лопнула и раскололась. После этого то же самое случилось с другим. Хлопок в заднем стекле, дырочка в затылке и сноп крови и мозгов из лица, разорванного невидимой силой.

Оба, Григорьев и его телохранитель, уткнулись в автокресла, забрызгав красным весь салон и красотку.

Бедняжка открыла рот и, не успев завопить, сипнула и потеряла сознание.

Топоркова уже не интересовало, что будет дальше, как поведут себя люди в 'жигуленке' и 'ниве', охрана Подпола. Он пригнулся вниз, вбок, назад и с 'винторезом' побежал по коридору к лестнице, на ходу ослабляя спецзажимы и разбирая оружие. Схватил заготовленный чехол, закинул орудие убийства туда, перебросил за спину. Шнурки чехла под весом оружия сами затянулись на груди.

Никита нажал кнопку самоликвидатора и закрыл сумку, тихо-тихо, как ниндзя в кино поскакал по ступенькам вниз.

Один из дежурных ночью вахтёров обходил свою территорию. Заступил полчаса назад и проверял вверенную ему зону охраны.

На шею ему капнуло раз, другой. Парень сморщился, выматерился и потопал наверх, размахивая дубинкой.

И тут навстречу выскочил человек. Для технички эта прыть была слишком подозрительной. Баба. Девчонка! О-о! Парень... мужик?!

Это вахтёр не успел воскликнуть или понять до конца - уборщица в прыжке ногой сильно, очень сильно ударила его в грудь. Парень покатился по лестнице, накручивая в больничный лист ушибы, вывих и перелом, а также растяжение связок.

Никита, наизусть изучивший свой родной 'универ', прыгал и нёсся по этажам и коридорам словно пушечное ядро.

Ногой выбил фанерную дверь, другую, очутился рядом с окном. Раскрыл его и спрыгнул вниз...

...Со двора университета, из каменного кармана выезжала его тачка! ЕГО тачка! Никиту аж пот пробил. Во гады! Угнал кто-то добрый!

Он побежал за удаляющейся 'девяткой' и так выскочил на улицу. Автомобиль резко свернул на Володарского и помчал в центр. Навстречу ему гнал с включенными фарами 'жигуленок' ФСБ.

Никита рванул в противоположную сторону, к книжному магазину 'Знание', за него и во дворы.

Его видели, но не придали значения. Только некоторые улыбнулись, не поняв, мужик это или женщина.

Было еще совсем светло. Тёплый летний вечер. Тишина и покой.

Эфэсбэшники затормозили прямо перед 'девяткой'. Та сдала назад, пытаясь оторваться, но не успела. Выскочившие агенты 'наружки' оккупировали 'ладу' и вытащили за волосы водителя. Заломали ему руки. Всадили по почкам. Уложили. Одели наручники. Удивились, что не Топорков (фото было при них). Но успокоились. Арестованный пытался сопротивляться, но затих, недоумевая о таком скором, неудачном исходе. Зачем только позарился на тачку?! Влип!

Коломейцев чуть не обкончался на месте, увидев в окуляр бинокля разорвавшиеся головы в 'мерседесе'. Три секунды. Дырка в стекле! Две секунды. Там, на той стороне площади! Четыре секунды. Университет! Зажигание! Выезд. Пять секунд - разгон...

...Путь ему преградили обезумевшие и чуть струхнувшие, суетящиеся охранники Григорьева, облепившие 'мерс', как пчёлы матку.

Закричали, приказывая остановиться. Вынули и навели пушки.

Коломейцев притормозил, гаркнул в открытое боковое стекло: 'РУОП. Коломейцев!', мелькнул корочками и газанул. 'Нива' помчала по площади, в объезд 'универа'. Успел заметить в зеркало заднего обзора, как 'жигули' понеслись по прямой, а охрана Подпола, размахивая пистолетами, погнала за ним.

Вывернул на улицу Республики против течения. Разогнал прохожих и застопорился перед потоком автомобилей, сорвавшихся со светофора. Его материли, ему сигналили, грозили, а он выкрутил руль, нажал акселератор и, чуть не сбив лоток с сигаретами и кофе, скрипя колёсами, повёл машину на Володарского.

Охранники Григорьева отстали. Коломейцев вылетел на перпендикулярную улицу через мгновение после того, как Топорков скрылся во дворе магазина. Поэтому и не столкнулись!

Повезло Истребителю! А может РУОПовцу! Кто знает!?

Двенадцать дней пролетело как-то незаметно и пусто. И вот, несмотря на скуку и 'безработицу', точнее сказать, 'бездельщину', Никита уже отрывал в настенном миникалендаре третий листочек июля. Долго и отрешенно смотрел на цифру 4, тёр щетину кулаком, да размышлял о том, как быстро проскочили эти деньки.

В тот вечер он посетил Бяшенцева Юру и, вручив ему деньги, пару раз выпил с Лысым водочки по 50 граммов. Закусывали колбасой, укропом и газированным напитком.

Парень вдруг схватился за живот, дальше за горло, потом попытался засунуть все пальцы в рот. Лицо его приняло бледно-зеленоватый оттенок после багрового, голова распухла от скопившегося в ней напряжения, а тело скрючилось в форме вопросительного знака.

Через четыре секунды Лысый умер от отравления.

Топорков даже не стал стирать отпечатки своих пальцев, подчищать квартиру, а вынул из кармана гранату Ф-1, кусок пластиковой взрывчатки, шнур, детонатор, постоял полминуты, подумал.

Убрал все, оставил 'лимонку'. Обошел кухню, выдвинул десятилитровый баллон с газом для печки, перетащил его в комнату с мертвым Бяшенцевым, забрал у того 'баксы' и соорудил хитрый механизм. Особым остроумием и коварством устройство не отличалось, потому как известно было еще по детективным фильмам. Граната, прикрученная к газовому баллону, тонкая стальная проволока от неё к входной двери в квартиру. Вот и всё! Просто и элементарно.

Никита с трудом прокрался наружу, замкнул замок и спустился по лестнице вниз.

Через четыре дня внутренности квартиры разнесло взрывом приличной мощности. В смежных комнатах вышибло оконные стекла, а очаг Лысого охватил всепожирающий огонь.

Пожар быстро потушили, а двух раненных бойцов СПЕЦНАЗа увезли в больницу МВД. К работе и исполнению своих обязанностей приступили эксперты-криминалисты, агенты ФСБ, прокуратура.

Топоркову искренне жаль было Бяшенцева Юрика, но отдавать его в руки правоохранительных органов очень уж не хотелось!

Как Никита и предполагал, решаясь тогда на устранение Лысого, эфэсбэшники подняли всю картотеку бывших заключённых, каким-то образом связанных со взломом, а особенно с угоном автомобилей по Шуменскому району. Как чуяли! Но добрались до возможных претендентов и подозреваемых в соучастии истребления 'ДЕСЯТКИ' только к концу июня. Опоздали на двое суток.

Пуминов разорялся. Еще бы! Всё время рядом с Топорковым и около них, органов, существовал путеводитель, готовый наводчик, суфлёр, напарник киллера-'десятника', стрелка к заднице сериального убийцы.

'Он всё время идет впереди на шаг от правосудия. Тянет нас за собой, но, тем не менее, уходит, вывёртывается, хитрит. И вершит свои делишки! Осточертело всё! Гори всё это синим пламенем! До каких же пор его искать, обсчитывать, обдумывать, вылавливать?! Ждать и верить? Сложа ручки или бессмысленно напрягаться?'

Пуминов держал на ногах и ушах всё Управление, всех подчиненных. Не спал и перестал ровно дышать сам. Забросил кроссворды, телевизор и футбол, огрубел с женой и детьми, срывался на коллег и по телефону. Главным кроссвордом теперь для него стал Топорков.

Единственное, что ему смогли сказать, намекнуть, харкнуть в тарелку с кашей его расследования, так это сообщение из Москвы. Ломакин - сотрудник ГУ ФСБ РФ, лейтенант из их же Системы, агент 'наружки' 7-го подотдела Особого отдела. Их миссия в Шумени неизвестна. Ревизор Сибирского региона, майор Протонов убит. Уничтожены полковник Субботин, подполковник Мальцев, Ломакин. Полковник Шулепов - руководитель некоей секретной операции 'Сибирский феномен', начальник этого самого подотдела, пропал без вести. Его квартира разгромлена, полусожжена, следы крови, определённой экспертизой Шулеповской. Здесь, в Шумени, установлены личности убитых в перестрелке около дома Топоркова - майор Никитин и капитан Лысенко. Тоже сотрудники Особого отдела ГУ ФСБ России! Парсуков - руководитель всей Системы - отстранен. Новый Секретарь Службы Безопасности РФ пока не в курсе событий и неизвестно, когда займется этим делом. Его сейчас, видите ли, больше Чечня интригует, да теракты в столице. ФСОТовцы вообще без понятия - им полномочий каких-либо никто не давал. Президент, переизбираемый в какой уже раз, исчез в отпуск. Или больничный взял! Директор ФСБ засуетился, но пока там разберутся сначала с седьмым подотделом, выяснят всё (бумаги и документы по 'Сибирскому феномену' тоже, оказывается, пропали или обнаружились частично, но в виде пепла, в сейфах Особого отдела!) - пройдет куча времени, Топорков перещелкает остальных... тьфу ты!.. последних двух 'десятников'.