Хоть кто-нибудь это всё прекратит, остановит?!

Он догадывался, чем ЭТО ВСЁ для него кончится.

Он уже знал!

Эти прошедшие выборы президента. Второй тур. Тьфу, причем тут это?

Топорков?! Да, этот самый Топорков стал причиной, главным виновником всех бед! И его, Пуминова, личных!

Что ж это получается?! Сегодня утром пришли две спецтелеграммы, дополненные опоздавшими факсами по правительственной линии. Две жёлтые бумажки с гербовыми печатями, специальными грифами и красными рамками. Одна, присланная первой, была подписана самим премьер-министром и гласила о том, чтобы Шуменское УФСБ немедленно доложило о результатах розыска и поимке преступника, ликвидирующего 'ряд авторитетных, влиятельных лиц' (так прямо и напечатали в послании!) в Шумени, а также составило полный список всех работников РУ ФСБ вплоть до начальника, причастных к операции. Также извещалось, что президент РФ сам лично следит за исходом операции по 'пресечению деятельности уголовного элемента'.

Пуминов чертыхался про себя, не зная, на кого излить душевный истерический хохот. Начальник уехал на Север по срочным делам, ниже рангом никого подходящего рядом не было, поэтому Пуминов надрывно смеялся, лучше сказать гоготал, в пустоту, в безмолвные серые стены Управления.

Но это еще не всё! Как лошадь ржал он не только из-за этого!

Вторая телеграмма за подписью нового Секретаря Службы Безопасности Российской Федерации, которому сам президент дал все полномочия и узды командования, извещала Шуменское РУ ФСБ о срочной, незамедлительной передаче всех дел по Топоркову Н.С. в Особый отдел ГУ ФСБ РФ, полковнику Сафонову. Видно, новенький руководитель поставлен вместо Шулепова! Ладно. Дальше. В депеше значились фамилии самого Секретаря, непосредственного руководителя и директора ФСБ России. Говорилось еще и о том, чтобы Шуменское УФСБ ни в коем разе не объявляло федеральный или областной розыск, не передавало кроме Особого отдела бумаг и вещдоков по Топоркову никому, особенно 13-ому подотделу, бывшему Спецотделу ФСК. Вообще никому!

Совершенно секретно закруглить операцию по поимке Топоркова Н.С., не разглашать сведения о всём, что касается оного.

И ждать особой директивы из Москвы.

Курирует вопрос опять же президент России!

Пуминов задыхался. Пуминова распирало и раздувало от всего: недопонимания чего-то главного, потери рассудка кем-то из двух сторон, страха за себя и своё явное пошатнувшееся место, злости на этого парня-киллера, на 90 процентов замешанного в сверхсекретных операциях Особого отдела, судя по телеграмме из Москвы. От суматохи и неразберихи, от упадка и хаоса, затмивших страну!

Как когда-то и Никиту Топоркова!

Пуминов знал и слышал часто, что премьер-министр родом из Сибири, из Шуменской области, имеет здесь кучу своих сподвижников, друзей и 'кормушку'. Здесь и первые владельцы 'ГАЗПРОМа', глава области и мэры самых важных городов, крупнейшие 'авторитеты' всей Западной Сибири и Урала, иностранные инвесторы и большие дельцы Европы и Запада.

Сибирь родила его, накормила и кормила сейчас. Не забывал и не желал забывать ВСЕХ ИХ и он.

Просто, понятно и смешно до безобразия - премьер содержал ИХ, а ОНИ его! И как же здесь не попросить помощи?! И как же не помочь ИМ?! Нужно. Обязан.

Когда позже весть о двойном послании и приказе в Шумень дойдет до президента, тот сморщится, положит тяжелую руку на сердце и скажет только одно: 'Вы посмотрите на них, дерьмоедов! Разбирайтесь сами, да так, чтобы я больше никогда не услышал об этом!'

Так и сделают.

О Топоркове забудут все! Постепенно. Когда-нибудь. Но не скоро!

Пуминов еще успеет свернуть 'ДЕЛО' номер 237.ОВ и ОС', отдаст узды расследования местному ГУВД и прокуратуре. А затем его отстранят от занимаемой должности. Шуменской милиции достанутся только чистые бумаги и ноль вещдоков. 'Дело' Топоркова встанет и загниет. Но до одного из июльских жарких дней!..

Харлов Алексей Михайлович, 1968 года рождения, уроженец Челябинска, токарь 3-го разряда, проживающий в последнее время в Шумени и работающий по специальности в АО 'Сантехзаготовки', тоже, как и Топорков Никита Сергеевич ненавидел и не терпел всех этих 'крутых', 'новых' и бюрократов. Его бесили коррупция в правоохранительных органах, высших должностных эшелонах администрации и разгул криминала в городе. Разбой и раздел Шумени на сферы влияния, мафиозные рожи в иномарках и притеснённые ими представители простолюдинства, из среды которых был сам Харлов. Всё осточертело и бесило!

Когда начался смелый, хитрый отстрел местных 'крёстных' каким-то неизвестным киллером-профи, в то время, как по городу поползли, а затем окутали всё население Шумени противоречивые слухи о таинственном ликвидаторе 'ДЕСЯТКИ', в голове Алексея Харлова созрел страшный, немыслимый план.

План второстепенной, параллельной, так сказать, помощи этому смельчаку-инкогнито!

Братская помощь земляка-соратника!

Главное - прибрести хорошее оружие, желательно ствол точной и дальней стрельбы! Можно пушку! 'Макаров', 'вальтер' или 'кольт'.

Харлов бредил американскими пистолетами и немедленной 'освободительной войной'.

И он достал нужную штуку! Аж, за тысячу 'баксов'!

Харлов, вздыхая, не раз впоследствии вспоминал, каким нелёгким и долгим путём он приобрел 'смит-и-вессон'. Тяжёлый, барабанный, блестящий, почти новенький!

Пару дней потренировался перед зеркалом и, составив, на его взгляд подробный, чёткий план своих действий, отправился на первое и последнее в своей жизни дело.

Никита в эту пятницу шел устранять Регину Маковецкую. Точнее, уже возвращался.

Самым трудным явилось посещение им банка 'Нефтегазстройбанк' и всего-навсего подмена личной золотой ручки-пера 'Паркер' Маковецкой на свою, правдивей сказать, бывшую Бондарьскую.

Патрон-ручка 'Паркер' исполнения то ли Израиля, то ли Пакистана, то ли секретных спецов технических лабораторий бывшего КГБ имел большую мощность, убойную силу, и, вместе с тем, отличную, восхитительную внешность и изумительную инкрустацию.

И как две капли ручка была похожа на ту, которой пользовалась председатель правления Шуменского банка Регина Маковецкая.

Даже по весу и ценности!

Он всё рассчитал, всё сделал правильно!

Загримировался, приоделся, сменил на время походку, осанку, жесты и мимику.

Купил шикарную деловую папочку, органайзер, прихватил трофейный радиотелефон, взял 'погонять' у одной знакомой по работе в акционерном обществе толстую, тяжёлую, золотую цепь. Так же на время приобрел печатку.

Из оружия в этот раз на нём была только эта ручка во внутреннем кармане пиджака. И больше ничего! Первый раз!

Молодые, крепкие, строгие и исполнительные ребята из охраны банка проверили всё. Казалось бы!

Причина посещения - скупка акций 'Нефтегазстройбанка', его ценных бумаг и недвижимости якобы фирмой 'Эльбрус Плюс'.

Пришел узнать, поговорить с коммерческим директором насчёт купли-продажи, составить договор.

Его 'ощупали' специальным детектором, установили определённое время.

Он легко очутился на нужном этаже.

Он запросто проник в кабинет-офис Маковецкой благодаря наличию там ее зама (тоже женщины).

Поговорил. Отдал кое-какие фальшивые документы. Расстался.

Но вновь подрезал этаж, избегая видеокамер.

Опять очутился в офисе Маковецкой.

Подменил 'Паркер'. Удалился.

Как он только, шельма, всё так продумал?! Или случай?! Чудо, наверное!

На выходе из банка ему попался молодой парень, года на три старше Никиты. В сером польском костюме, с дипломатом в руке.

Переглянулись.

Харлов прошествовал внутрь красного здания. Ему теперь предстояло самое главное.

Топорков сел в такси и отъехал буквально метров двести. Расплатился, высадился.

Переоделся во дворе магазина, закрытого на 'учёт'.

Вернулся и занял НП возле остановки и ларька.

Регина Маковецкая прибыла на бронированном 'мерседесе' в сопровождении трёх машин охраны.