- Я уж думала, что ебанутее тебя не бывает, - через минуту сказала она, ехидно улыбнувшись. – Ан нет. Котя берет лидерство.

- Он такой, - подтвердил я и пристально присмотрелся к лицу друга. – Коть, а чего у тебя глаз на член похож, который льдом помазали? Обидел кто? Ты же знаешь, братан. Скажи и я их отхуярю!

- Это гарпии, - поморщился Котя. – Они самоубийц терзают, а когда раны заживают, вновь начинают.

- Вот пидерсии крылатые, - оскорбился я, повернувшись к Астре. – Этот пацан себе в жопу на спор шоколадный батончик загнал, а они его еще и мучают. Да и свечой постоянно себе на хер капал. Грехи так замаливал. Флагеллант ебучий.

- Действительно, - съязвила Астра. – Уже настрадался, а ему и тут покоя не дают.

- Скоро они опять прилетят, - тоскливо заметило пухлое лицо неформала. – Каждый раз прилетают.

- Бля, дружище. Так чем помочь тебе?

- Если есть сигаретка, будет просто чудесно.

- Конечно, - я подкурил сигарету и вставил ее в бледные губы товарища. – Травись на здоровье.

- Спасибо, Збышек. А сейчас уходите. Не хочу, чтобы вы видели, как они меня мучают.

Спустя примерно десять минут от того места, где мы оставили Котю, раздалось жуткое карканье и стоны грешников. Гарпии трепетно относились к обязанностям. Я же прекрасно понимал, что помочь другу никак не смогу. Котя был связан своей душой с деревом, и вытащить его оттуда никак не получится. Астра, видя мою скорбь, принялась отвратно шутить, чем напомнила мне ненавистные шутки юмористов из телевизора. Затем она замолчала, предварительно огрев меня по голове палкой. И все за мое сравнение с этими самыми юмористами.

Лес Самоубийц также навевал грустные мысли, как и Первый Пояс. Слава Богам, что тут хотя бы извращенцев не было. Только души тех, кто решил покончить с собой и грешники слишком сильно подверженные популярной земной болезни под названием «Игромания». Игроков и мотов постоянно преследовали гигантские адские псы, не давая им ни секунды покоя. Нас они не трогали по той причине, что на груди висели амулеты Шестого Круга. Я боялся даже представить, что они сделали с нами, не будь у меня и Астры пропуска, гарантирующего нашу неприкосновенность. В таком отвратительном настроении и проходило наше путешествие, пока я не врезался в Астру, резко вставшую поперек дороги.

- Заинька, ты в туалет хочешь? За кустом можно, один хрен грешникам все равно. Хоть на писечку твою полюбуются. Всяк лучше стенания и разрывания гарпиями, - прокомментировал я, но Астра даже ухом не повела, уставившись на одно дерево, где застыло одно очень известное в реальном мире лицо.

- Мне не кажется? – протянула девушка, неловко переминаясь с ноги на ногу. Я отрицательно помотал головой, открыв вдобавок рот от удивления.

- Не. Это же Курт Кобейн, бля!

- А я все надеялась, что его убили.

- А он оказывается сам себе мозги вышиб, - констатировал я и подошел к дереву с ликом известного гранж-музыканта. – Курт?

- Ага, - скучающе ответил он. – Очередные поклонники?

- Конечно. На твоей музыке хуева туча металистов росла, пока не начали слушать что-нибудь побольнее и поэкстримальнее.

- Ебать, - только и мог произнести я. А что вы хотели? Фанатеете вы, к примеру, от пидараса Михайлова и тут раз, а он вам навстречу идет. Напомаженный такой и сияющий, как залупа кота Баюна. Вот и я был в некотором шоке, в который раз узрев очередную знаменитость, с которой даже не думал познакомиться. Курт ухмыльнулся и подмигнул мне. – Клевый ты. Жаль, что все так сложилось.

- Я не жалею, - через мгновение ответил он. – Сам этого хотел на самом деле. Просто сломался в один момент.

- Да ладно, чувак. Жена у тебя пизда тупая. Любой себе мозги вышибет, - ругнулся я, но меня тут же одернула Астра.

- Збышек!

- Чего? Эта блядина Кортни, как обсаженный коксом трансвестит. Уверен, что без ее влияния не обошлось. Ты посмотри, какой Курт душка. Разве можно на такого злиться? – музыкант рассмеялся в ответ.

- Смешной ты.

- Ага. Все, блядь, беды от таких злоебучих баб. Если дойду до Петра, попрошу, чтобы и эту уебину сюда отправили.

- Збышек, успокойся, - тихо сказала Астра, поглаживая меня по руке. Я разочарованно всхлипнул.

- Правда, заинька. Почему всякие долбоебы в рай попадают, а тут человека заебали и на тебе. Сиди в блядском дереве, как Буратино, и жди гарпий.

- Забавные вы, грешники, - подал голос Курт. – А сигаретки у вас случайно не найдется?

- Для тебя найдется, - улыбнулась рыжая, аккуратно вставляя зажженную сигарету в рот музыканта. Тот затянулся и блаженно промычал, что счастливее себя никогда не чувствовал.

- Раз Курт здесь, то и Дэд должен быть, - задумчиво буркнул я, оглядываясь по сторонам.

- Здесь он. Через пару деревьев от меня.

- Хайль Сатан, блядь! – раздался хриплый крик. Я не мог сдержать улыбку.

- Ага. Он самый, - я оставил девушку с Куртом, а сам пошел полюбоваться на известного мизантропа. – Бля, Астра. Он такие рожи уморительные делает. У, сатанюга полоумный.

- Раз, раз. Бафомет!

- Слушай, как мы тебе помочь можем? – спросила тем временем рыжая, склонившись к лицу музыканта.

- Никак. Пока жива моя музыка, живы и воспоминания обо мне. Слушайте почаще.

- Куда без этого, - грустно ответила Астра. Девушка теребила край своей майки с логотипом группы Nirvana, а в глазах ее блестели слезы. – Всегда тебя котировать буду.

- Спасибо, милая, - улыбнулся музыкант и тихо вздохнул. – Вам пора. Скоро тут гарпии будут.

- Котю, видимо, уже знатно отпидарасили, - согласился я и взял рыжую за руку. Та обернулась всего на мгновение, чтобы запомнить своего кумира улыбающимся, счастливым и окутанным сигаретным дымом. Не каждый раз встречаешь того, на чьих песнях ты вырос.

- Знаешь, Збышек, - тихо произнесла Астра, когда подходили к границе Второго Пояса с Третьим. – Несправедливо, что тут такие люди наказание отбывают. Скольких людей Курт осчастливил своей музыкой? Миллионы. До сих пор каверы рубят и трибьюты собирают. Кто тогда в Раю?

- Хуй его знает, заинька, - честно ответил я. – Доберемся и посмотрим. Наверняка там одни Папы Римские, патриархи и прочие лицемерные уебаны. Ад в этом плане более разнообразен.

- И в Аду также все несправедливо, как и в реальной жизни.

- Точно. Те, кто раскаиваются, получают мизерный шанс на прощение, да и то, спустя несколько тысячелетий.

- Уебанство, - фыркнула рыжая, закуривая сигарету.

- Согласен полностью. Пизданула ты, как Моисей с горы Синай, - улыбнулся я, глядя, как щечки девушки порозовели. – Так-то лучше. Когда ты хмуришься, я так и представляю, что у тебя лимон в писечке лежит и заставляет тебя грустить.

- Напомни, что нас ждет в Третьем Поясе? Людоеды? Хуеглоты? Клоуны?

- Блядь, ненавижу клоунов!

- Почему? Они же такие милые, с красными носами, белыми лицами и желтыми зубами.

- Вот не смешно, Астра! – завопил я, шлепнув девушку по заднице и убегая вперед от справедливого возмездия, но метко брошенная палка повалила меня на влажную землю. – Меня мама в детстве в цирке забыла. Стою я маленький такой, красивый, и тут из-за угла выходит клоун и бежит ко мне, смеется и руки тянет. Травма на всю жизнь. От их смеха ебанутого, чуть умом не тронулся тогда. Хе-хе, гориллы бледнорожие. От того клоуна еще и бухлом разило за милю, а для маленького меня это вообще ужас. Что ты ржешь?!

- Прости, - улыбнулась девушка. – Представила картину.

- Нихуя ты не представила, зубастая пропиздонушка. Это ужас всей моей жизни. Когда я «Оно» посмотрел, вообще этих пидарасов возненавидел. Пять лет меня соседская бабка водой заговоренной лечила, а потом матушка моя узнала, что там водка была и вломила старой шарлатанке знатных пиздюлей. Вот и тебе неплохо бы их выдать.

- Иди ты, Збышек!

- Иду. Куда мне, бля, деваться. Мы же друзья по металу и должны заботиться друг о друге, - я остановился, увидев выход из Леса Самоубийц. Впереди раскинулась безжизненная пустыня, а от раскалённого призрачного солнца дрожал воздух. Третий Пояс. Горючие Пески.