Ведьма миг подумала.

– Командир, колдовать можно?

– В пределах разумного. И без черного.

Она бросила на ярла быстрый взгляд и кивнула головой.

– Справлюсь.

«Айне, девочка моя. Проверяем Лару».

«Поняла. Вмешаюсь, только если совсем плохо будет».

Аэлирне попыталась встать.

– Сиди.

– А если что?

– Если что – так сразу.

Хрустнула ветка, и на поляну выбрались грязные, хмурые мужики с коекаким оружием.

– Ха! Гляди, Горбатый, бабы есть! А мы хотели в деревню идти, ноги ломать по грязи.

– Во, и правда! Ну, щас позабавимся. Первым – вон того хлюща подколите.

Ярл кивнул Ларе, стоящей в обманчиворасслабленной позе.

– Надери им задницы.

В ответ раздался хохот, сразу же перешедший в бульканье и предсмертный хрип. В левой руке ведьмы оказался длинный, свернутый из тугого воздуха хлыст, и этим хлыстом она стегнула разбойников по глазам. Миг – и затянутая в черное фигурка замелькала между ними, сверкая сталью ножа и свистя магическим кнутом. Хруст, чавканье, разлетающиеся ошметки трепещущей плоти…

Через несколько мигов все стихло. Лара перерезала горло бородатому, который лежал и мелко дергался. Осмотрелась, убрала хлыст и вытерла нож о лохмотья одного из убитых.

– Ну как? Я справилась?

Изза деревьев сзади, чуть слева, вынырнула Айне с луком наготове. Осмотрелась.

– Почти.

– Что не так? – удивилась ведьма.

– Тебя успели чиркнуть по руке, – показала девушка на порез. – Ого, даже кровь идет!

– Кроме того, заляпала ярлу сапог, – указала кивком Аэлирне.

Никто не успел ничего сообразить, как ведьма упала к ногам ярла и слизнула мокрое темное пятнышко с обуви хозяина. Так же быстро встала на колени, склонив голову.

– Прости, господин.

Ярл уже вскочил.

– Встать! – Его ледяной голос не предвещал ничего хорошего. Ведьма живо встала на ноги. – В глаза смотреть! Если еще раз унизишься передо мной или другими, выгоню к русалочьей матери – и без выходного пособия. Понятно?

– А если прикажешь?

Ярл вздохнул от отчаяния.

– Тогда смело можешь плюнуть в меня. Я разрешаю.

Ведьма помолчала, глядя своими темными пронзительными глазами.

– А если я от всей души? Если я подругому не умею?

Ярл поморщился и схватился за голову.

– Эти девицы меня с ума сведут.

Аэлирне хохотнула, встала на ноги и дружески обняла ярла.

– Командир, она и правда подругому не умеет. Видимо, такие у нее были хозяева. – Айне сочувственно потрепала Лару по плечу. – Лучше налей ей огоньку. Тот ножик ржавый был.

Ярл отрицательно покачал головой.

– Какой тут город поблизости?

Волшебница пробормотала Заклятие Поиска и через несколько мигов ответила:

– Раннен. На северозападе, лиг пятнадцать отсюда.

Ярл подумал, достал из воздуха плотный мешок, кинул ведьме.

– Головы, – и указал на побоище. Аэлирне сморщила носик.

– Командир, это вроде не твои, в коллекцию нельзя. Или – для колдовства?

– Все гораздо проще, мам! В городе за уничтожение этой банды наверняка отвалят цехинов. – И Айне, подавив брезгливость, пошла помогать.

– И то правда. Видно, засиделась я на одном месте.

В городе действительно отвалили пятьсот монет. Капитан стражи, слегка позеленев поначалу, всетаки признал голову Горбатого и распорядился насчет награды.

– Не мне. Ей, – показал ярл на ведьму.

Когда вышли на грязную немощеную улочку, Лара подала голос:

– Мне что, так и нести деньги в подоле? В кошельто не помещаются!

Ярл вздохнул.

– Я тебе плачу деньги за то, чтобы ты решала мои проблемы а не за то, чтобы ты их создавала.

Узнав у прохожего, где тут целитель, прошли в лавку, проигнорировав очередь, привели локоть Лары в надлежащий вид. Но, когда вышли наружу, тут уже собралась толпа. Ободранный старикан в рясе со знаком Единого бесновался:

– Люди! Я сразу признал – некромант он, и Ночная Всадница при ем! А эти две леанки – бесовское отродье! И дождь они наслали, чтоб урожай сгнил!

Толпа глухо загудела.

– А у Енки надысь корова издохла, так што ж мы терпим, люди!

Ярл еле слышно зарычал.

– Иногда я жалею, что пообещал старому Императору не трогать этих святош… Аэлирне, амулет на вас?

Волшебница сунула руку за пазуху и кивнула.

– Айне, убери лук. Возьмитесь обе за руки баронессы… – И ярл бросил в толпу народа серый туман заклинания.

Даже с крыльца было слышно, как у обступивших их людей заурчало в животах. Лица позеленели, и через пару мигов до отряда донеслось отвратительное зловоние. Враскорячку, держась руками за бунтующее брюхо, народ начал разбегаться, оставляя за собой желтобурые следы.

– Пошли, – бросил ярл и сошел с крыльца, благоразумно придерживаясь стены дома. Аэлирне и ведьма хохотали от души. Айне поначалу слегка побледнела, но ярл дал ей нюхнуть чегото резкосвежеколючего из пузырька, и она тоже улыбнулась.

Едва успели выйти на окраину города, сзади раздался конский топот.

– Подождите!

С коня слетел мужчина. На шее – косо висящая цепь бургомистра, левый рукав пустой и, чтоб не болтался, заправлен за пояс.

– Ваша светлость! – поклонился он, стараясь отдышаться.

– Где руку потерял? – Голос ярла был совсем не враждебным, даже дружеским.

– На флоте, ваша светлость, в бою.

– Ветеран, значит. Ну, говори.

– Не извольте гневаться, ваша светлость, места у нас глухие, народ темный, забитый. Может, смените гнев на милость, снимете мор? А то люди уже разбегаться из города собрались. По окрестным деревням, значит.

– Да не мор это вовсе. Так, квадрансдругой в отхожем месте посидят. Может, подумают в следующий раз, на кого руку подымать. А откуда знаешь, что меня светлостью кличут?

– Дык, не в обиду будь сказано, я сразу к капитану в казарму, чтоб стражу подымать с оружием. А он, значит, и говорит, ярл, мол, из столицы прибыли, дабы разбойный люд извести.

– Ну, с лихими людьми мы случайно столкнулись, когда через лес по своим делам шли. Так что не беспокойся сам и людей вразуми. А того жреца со знаком спровадь куданибудь потихому. От них беспокойство одно и смута в народе.

– Сделаем, ваша светлость! – поклонился бургомистр. – Он и мне уже до смерти глаза намозолил.

Ярл кивнул на прощание, и они опять вышли на Тайные Тропы.

Светлое? Нет, сюда, мимо кривой чахлой елочки. Так. Вот она, тропочка, вьется себе вперед. А ты спрячься, Дух бестелесный, нечего мне ноги запутывать… Ага, вот и старая кузня, теперь вот сюда, откуда грибами пахнет. Теперь через луг… Задержать дыхание… тут шаман орковский напакостил, а друиды плохо почистили. Вот и дорога.

– Можно дышать. Пришли. Середина Бриарвудского леса.

Лара от удивления сделала круглые глаза.

Через полсотни шагов вышли на большую поляну, где дорога, по которой они пришли, сливалась еще с двумя. У развилки горел костер, и в уже темнеющее небо улетали искры. Возле костра мельтешило несколько фигур.

Когда подошли, оказалось, что у огня сидит пара гномов, а рядом три ведьмы.

– Здоров будь, народ честной! – поприветствовал всех ярл.

– Здрав и ты будь, коль не шутишь, – проворчал один из гномов. Ведьмы же бросились к Аэлирне и Айне. Сразу ахиохи, а как там? И пошла прочая женская болтовня. На Всадницу поначалу косились, но приняли.

– Ты, что ли, будешь заказчик? Тоды объясни этим ведьмам, что подряд у нас тут на строительство. И что мы честные гномы, а не какиенибудь бродяги.

– Эй, дамочки, где ваша старшая с черепушкой? – спросил ярл и, подумав, достал небольшой – ведра на два – бочонок с пивом. Гномы сразу оживились.

Вместо ответа одна из местных ведьм свистнула в сторону леса. Да так, что аж просели прогоревшие дрова в костре и целый сноп искр взлетел в воздух.

Вскоре появилась и старшая. С радостным визгом она прыгнула к Аэлирне.

Ярл покачал головой и отвернулся к гномам.

– Ну чего, бородатые, сидите? Я думал, в бочонке уже половины нету.