Молодой чернокнижник покивал своим мыслям.

– Ну что ж, с вас и начнем! – бросил он ведьмочкам и сделал вид, будто в самом деле собирается встать и повести обеих пленниц за околицу, где и…

Младшая не выдержала первой. Побледнев так, что глаза на детском еще лице вдруг стали огромными, она шагнула вперед и – упала на колени прямо в дорожную пыль. По чумазым щекам, сверкнув в последних лучах заходящего солнца, скатились две капельки, что иногда весомее самых лучших драгоценных камней. Руки ее заломились в отчаянии, а с разбитых губ сорвался едва различимый, горячечный лепет.

– Пощадите… У меня все впереди… Отслужу так, что не пожалеете… На все согласна…

Valle якобы нехотя показал на своем чуть скучающем лице некоторую заинтересованность пополам с удивлением. Осмотрел впавшую в отчаяние девчонку лет пятнадцати, и столь мастерски изобразил мелькнувший в глазах огонек похоти, что старый актер из Императорского театра, у коего он по какомуто наитию взял десяток уроков, остался бы весьма доволен.

Юную ведьмочку, утопающую коленями в мягкой деревенской пыли, с трудом можно было назвать привлекательной – присущая ранней молодости угловатость очертаний только намекала на будущее. Однако ж, каждый знает, что все боевые ведьмы славятся сногсшибательной внешностью и, мягко говоря, горячим темпераментом. То ли хоть и небольшое, но владение Силой оставляет такой экстравагантный отпечаток, то ли тот факт, что почти все они прошли обучение в Круге друидов в славных лесах Мирквуда, а это отнюдь не шутки…

– Как зватьто тебя? – чернокнижник мурлыкнул эти слова таким голосом, что даже и менее искушенная из женщин увидела бы в его тоне такое…

Зябко передернувшись от омерзения, ведьмочка в грязной, изорванной одежке обреченно выдохнула. – Джейн.

– Хорошо, Джейн. Если ты пройдешь испытание, я приму твою присягу. Но не думай, что тебе удастся меня провести – я посажу твою душу на хорошую цепь.

Чуть подумав, Valle встал.

– За мной. – и пошел в сторону ближней околицы.

Перейдя луг, процессия остановилась на углу выступающей опушки леса.

– Здесь? – осведомился Valle.

Хоббит огляделся – место для кладбища было почти идеальным.

– Лучшего места не найти, ваша светлость. – но в глазах малыша мелькнул тревожный огонек озабоченности. Нежелание присутствовать при тех событиях, которые явно прямотаки напрашивались, легко читалось на его круглой мордашке.

– Ну что ж, приступим. – кивнул мрачный некромант. Солнце уже село, и в сгущающихся сумерках его черный плащ навевал дрожь в коленках и тревогу в душе.

– Джейн, вот тебе испытание на послушание господину. Убей ее. – и он указал на остановившуюся в обреченности старшую ведьму. Затем повернул голову к хоббиту.

– Сбегай в деревню, пусть староста выделит парутройку крестьян с лопатами – могилу рыть. Не хочу возиться, распылять прах…

Круглые от природы глазки малыша совсем округлились от испуга, но он не осмелился не то, чтобы оспорить так явно подразумеваюшееся, но даже и както повлиять. Стиснув зубы, опрометью побежал к виднеющимся крайним домам, где в окнах коегде уже начали загораться огоньки.

Вечерняя прохлада приятно остужала разгоряченные от дневного жара тела, на охоту вылетел, противно зудя в напряженной тишине, первый комар – но ничего этого Джейн не замечала. Равно как и расцарапанную о корень пятку, сбившиеся колтуном грязные волосы – в голове билось только какоето тупое безразличие, а весь мир сократился до пристального, требующего, ожидающего взгляда некроманта.

Облизнув языком пересохшие губы, Джейн наконец сумела оторвать глаза от затягивающего в бездонный омут рабства и покорности взгляда чернокнижника. Из горла вместо слов вырвался только слабый звук – нечто среднее между рыданием и рычанием. Пересилив себя, молодая ведьма набрала побольше воздуха, но даже сейчас не смогла заставить себя произнести ответ.

Она просто повела в воздухе рукой в извечном жесте отрицания, и, шагнув, встала рядом со старшей ведьмой. Попыталась даже гордо вскинуть голову, но шея не послушалась, и с обреченно поникшего лица опять закапали слезы.

Вернулся хоббит, украдкой потирая подозрительно поблескивающие на хмуром лице глаза, и с ним трое селян с заступами. Молодой маг мельком взглянул на них, и взмахом руки отправил в землю чудовищной силы ледяную стрелу. Комья почвы, пучки заиндевелой травы разлетелись в разные стороны, но место для погребения осталось взрыхлено как раз на нужную глубину.

Проворно орудуя инструментами, крестьяне в полквадранса вырыли требуемую яму. Кивком отпустив их, барон мертвым голосом обратился к своему маленькому слуге.

– Найди Брена – как закончит с рекрутами, оба ждите меня в трактире.

Малыш попытался чтото спросить, но прыгающие губы не послушались его.

– Ступай, Хэмми, – нахмурился хозяин. – Не стоит тебе тут быть.

Понурившись, хоббит покорно поплелся через поле вслед за крестьянами, и вскоре растаял в почти опустившихся сумерках.

Молодой маг повернулся к оцепеневшим в ожидании ведьмам. Мигдругой пристально всматривался в них…

– Джейн, ты выдержала испытание. И я беру тебя на службу. – мягко сказал он. – Подойди и стань рядом со мной.

Вряд ли найдется мастер слова или кисти, способный описать тот переход от горькой обреченности к безумной смеси надежды, недоверия, радости и страха, что постепенно проступил во взгляде юной ведьмы.

– А если бы я… – она не смогла договорить – так затрясло девчонку.

– То останки вас обеих сейчас уже были бы там, – барон пренебрежительно указал взглядом в сторону чернеющей в полумраке ямы.

Джейн бросила на старшую подругу долгий взгляд. То ли прощалась, то ли чтото еще, неведомое этим грубоватым и прямолинейным мужчинам, а затем глубоко вздохнула, набираясь решимости, и подошла к человеку, отныне будущим ее хозяином.

– Смотри мне в глаза, – коротко сказал тот. – И откройся.

Молодая ведьма пошатнулась, когда взгляд несравнимо более сильного мага проник в самую душу, рассматривая и оценивая всю ее еще недолгую жизнь. Спасибо хоть, что этот жуткий черныйсумел сделать это мягко…

– Хм, странно, но ты еще не испорчена жизнью и Силой, – заметил некромант, отпускаяее. – Подходишь.

Затем необидно потрепал ее по макушке, поставил рядом с собой. Внимательно, оценивающе посмотрел на едва стоящую на ногах старшую ведьму.

– Ты ничего не хочешь мне сказать?

Та закусила губу, да так, что на подбородок скатилась почти черная капелька крови. Опомнившись, осторожно размазала ее. Посмотрела на испачканные пальцы, лизнула.

– Не знаю… не уверена, что правильно поняла сегодняшний ваш, господин некромант, урок. Но он был чертовски, я бы рискнула сказать, впечатляющ…

– Эльза, решайся. Доверься своему знаменитому чутью… – почти прошептала Джейн, держащаяся из последних сил.

Та в ответ горько усмехнулась.

– Джей, ты сделала свой выбор, и я не вправе судить тебя. И все же, поступить на службу к черному магу… есть некие границы, что не могу переступить даже я, при всей своей распущенности. Наша прежняя повелительница тоже была отнюдь не мед, но по сравнению с тем, что я знаю о некромантах… – Эльза покачала головой.

– Это ведь будет не просто служба. Повяжут так, что обратного хода и быть не может… Но все же – скажите мне правду, барон. Что бы вы действительно сделали, если бы Джейн не решилась? Или если бы попыталась выполнить ваш приказ?

Молодой маг, вдумчиво слушающий сентенции ведьмы, мысленно выругался. Проницательная, да еще и отнюдь не дура! Ладно…

– Отправил бы под конвоем обратно в Мирквуд. Но с таким сопроводительным письмом, что вы там потом пожалели бы, что на свет родились! – и он, поймав взгляд ведьмы, на миг открылся.

Пыльные волосы стоящей рядом Джейн встали дыбом, когда она уловила дыхание пронесшейся Силы и коекакие мысли некроманта. Покачнувшись, она стала оседать в траву, и Valle пришлось посадить ее на свой плащ, да еще и напоить глотком светящегося искристого эликсира. Девушка изумленно раскрыла глаза от такого зелья, и ей сразу немного полегчало.